Жень. Сегодня уже поздно, рабочий день скоро заканчивается. Нам надо Ларочку подготовить, вещички её собрать… Попрощаться ей надо с другими детками. Приезжайте с мужем завтра.
— Хорошо, — ответила Евгения, не в силах скрыть своего разочарования. — Что нам надо завтра привезти с собой?
— Сумку возьмите дорожную… Много вещей мы вам, конечно, не дадим, но всё необходимое на первое время у ребёнка будет.
— Спасибо вам, Александра Мироновна, — всхлипнула растрогавшаяся Женя. — За всё спасибо!
* * *
Святославль.
Чувствуя себя очень неловко перед Русланом Якубовым из-за того, что не смог ему помочь отстоять свои интересы, Шанцев зашёл к нему вечером домой и застал бурную деятельность по перетаскиванию мебели и вещей.
Запыхавшийся Руслан тут же воспользовался возможностью устроить перерыв.
— Этот гад уже прописаться успел в вашу квартиру, — начал Шанцев ему объяснять. — Ещё и с женой повторно брак регистрировать собрался, в пятницу заявление подали. Куда не сунься, время играет против нас. Пока мы будем добиваться его выписки, он успеет прописать жену и дочь.
— Да не будет он никого к нам прописывать, — ответил вдруг Руслан. — Ему наша трёшка, я так понял, и не нужна вовсе. Он её на Брянск обменять хочет. Сказал, что завтра уже люди приедут нашу квартиру смотреть.
— Вот как? Очень интересно, — удивился Шанцев. — Даже очень интересно.
В голове его закипели новые варианты… Он быстро попрощался с Русланом и отправился к Щербакову домой.
* * *
Увидев у себя на пороге первого секретаря горкома, председатель жилкомиссии растерялся было, но тут же взял себя в руки и пригласил Шанцева в дом.
— Мне только что стало известно, — сразу перешёл к делу тот, — что Левичев не собирается жить в той трёшке, что выменял у Якубовых. Он планирует обменять её на квартиру в Брянске. Завтра приедут люди смотреть её.
— Вот оно что, — хлопнул себя по лбу Щербаков, — Святославль на Брянск он обменяет с потерей площади и особых излишков у их семьи не будет. А дом они здесь продадут или на кого-нибудь переоформят… Хитро придумал, жучила!
— Не то слово, — процедил Шанцев. — Я что пришёл-то, Кирилл Иванович. Надо сделать так, чтобы Левичев не смог обменять квартиру Якубовых на Брянск, пока честно не расплатится по всем долгам.
— Понял, Александр Викторович, — стараясь скрыть свою радость, что снова в деле, охотно пообещал Щербаков. — Пока не получу от вас команду, Левичев в Брянск не уедет. Предлог найдем!
— Отлично, Кирилл Иванович! Мы ещё повоюем! — неопределённо погрозил куда-то кулаком Шанцев, и попрощался, пожелав Щербакову и его супруге, тоже вышедшей его проводить, спокойной ночи.
Проводив его до двери, Щербаков радостно потёр руки. Всё-таки, есть у него ещё шанс стать полезным лично Шанцеву!
* * *
Выйдя из дома председателя жилищной комиссии, Шанцев сразу отправился к Ивану Николаеву домой. Тот быстро вышел на лай старой овчарки и Шанцев от калитки помахал ему рукой.
— Александр Викторович? — немного удивился Иван, поздоровался и пригласил жестом пройти в дом. — Что-то случилось?
— Нет, — остановил Ивана у крыльца Шанцев и сел на лавку, решив не беспокоить семью с грудным ребёнком. — Просто зашел узнать, как у тебя дела. Удалось уже что-то найти на Левичева?
— Пока ничего, Александр Викторович. Времени было слишком мало. Был у них в Шамордино…
— И что там?
— Ну, что? Крепкий домик, гараж новенький, то ли сарай, то ли ещё какая-то подсобка тоже новье. Свой колодец на участке…
— Не хоромы, короче?
— Да какие хоромы? Земли, правда, сорок соток при доме.
— Это всё не то, Иван! Ищи… Нужно что-то, за что можно подцепить этого хитроделанного умника. Ну не может он всё предусмотреть… Такие хитрецы, когда долго безнаказанно всех обманывают, наглеть начинают, и прокалываются…
— Терпение, Александр Викторович. Я с вами полностью согласен, любой хитрец однажды доходит до того, что сам себя обманывает. Нужно время и всё найдём. И вы правы, он, собственно, уже и прокололся, раз привлек к себе наше внимание этим обменом.
* * *
После пар решил поработать в спецхране до собрания в бане «Полёта». До шести часов просидел в библиотеке и оттуда поехал сразу на часовой завод.
Народ собирался потихоньку, приехал Ригалёв и начал опрос, кому сколько рыбы надо. Заказал ему опять десять килограммов.
Приехал Мещеряков и как-то странно на меня взглянул. Но ничего не сказал. Подтянулся Сатчан и мы все вопросительно уставились на него. Но он только развёл руками, дав нам понять, что жена ещё не родила.
Мужики, кто как, пытались его подбодрить, но первенец — это всегда очень волнующе.
— Что насчёт колясок? — решил я отвлечь его.
— На четверг договорился. В обед, давай, поедем, — ответил он и я кивнул. Если на базе его готовы в обед принять, то мне, тем более, всё равно.
Подошли остальные и совещание началось. Начало было приятным, Бортко раздал конверты и народ засуетился, убирая деньги.
Подождав немного, слово взял Захаров.
— Теперь, товарищи, о делах наших насущных. По твою душу, — многозначительно посмотрел он на меня. — В следующий раз обо всех своих подозрениях, пожалуйста, не только Александру Юрьевичу сообщай, но и нам с Михаилом Жановичем. Знаешь, с кем встречался вчера новый любовник Самедовской пассии?
— И с кем же? — напрягся я.
— С твоим старым знакомым, Димасом, — многозначительно посмотрел на меня Захаров.
— Да ладно, — покачал головой я. Значит, гагаринские. Ну, в принципе, наибольшая вероятность сразу была, что это именно они.
— Вот тебе и да ладно, — добавил Мещеряков. — И он не просто с ним встречался, а Димас ему деньги передал.
— Блин… О чём-то таком я и подозревал, — честно признался я. — Но очень хотелось ошибиться… И что мы имеем?
— А то и имеем, что Володин по какой-то, пока неизвестной нам причине, решился нарушить перемирие, — подвёл итог Бортко.
Войнов поднял обе руки, и замотал головой:
— Товарищи! Можно больше ясности, что за любовницу мы тут обсуждаем, и вообще, что к чему?
Мещеряков по кивку Захарова рассказал о нашей с ним беседе, и действиях, что он предпринял, чтобы выйти на гагаринских.
— Вот теперь мне все понятно… — кивнул Войнов.
— Интересно
