на мушке.
Сам же вытащил телефон и набрал номер нашего пилота.
— Надо забрать нас. Срочно. Берите военный корабль. Место посадки? Мы к какой посадочной площадке едем?
— Которая на кольце. Улица Союзов, — ответил водитель.
— Улица Союзов. На кольце. Жду.
В городе было достаточно много посадочных площадок общего пользования. Они были чем-то вроде остановок, чтобы любой мог приземлиться в той или иной части города при желании. Не такие частые, как автобусные остановки, но в каждой части Перта-Фронта их было пара штук точно.
Что же касается Катэрии…
Глядя на девушку, я чувствовал определённую вину за то, что произошло. У меня мелькало в мыслях, что отец может попробовать сделать нечто подобное. Однако в тот раз я отмёл вариант как маловероятный, посчитав, что это всё же его дочь, а он не похож на хладнокровного человека, который во имя целей пожертвует даже дочерью. Я схалтурил, не просчитал этот вариант и не предупредил Катэрию.
А теперь она лежит без сознания вся мокрая напротив меня и медленно дышит, приоткрыв рот и пуская слюну. Брюк нет, трусов нет, из одежды лишь блузка и жилет. И не совсем понятно, сделали с ней что-то или нет.
— Что с Катэрией? — негромко произнёс я.
— Тебя она волнует, да? — хмыкнул он.
— Да, меня она волнует. Что с Катэрией?
Он лишь улыбнулся. Криво, с мерзким взглядом. Мне взгляд не понравился. Я знаю, что каждое моё действие — это ещё один оборот ключа в замке, который откроет дверь к войне, однако сейчас у меня не было настроения играть в эти игры. Он перешёл черту, он тронул человека, за которого в ответе был и я. А значит…
Я пнул его в голень так, что Голд пусть и беззвучно, но скрутился, но тут же получил пистолетом в нос. Брызнула кровь. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я схватил его за шею, придавив к спинке кресла, а ствол прижал к его паху.
— Я сделаю сейчас с тобой то же самое, что ты хотел сделать с ней. Прямо сейчас. А затем повторю это и позже. Поверь, тебе сейчас лучше ответить, Джеферсон.
— Мы ещё не успели её тронуть, — улыбнулся он. Из его носа по губам стекало две струйки крови. — Она просто спит, чтобы не кричала.
— И лучше пусть это будет правдой, — негромко сказал я и сел на своё место.
Сейчас я боялся, что нас попытаются перехватить. Уверен, что у службы безопасности дома есть план на случай, если главу дома похитили. Как уверен и в том, что они будут действовать эффективно. К тому же им теперь известно, кто именно похитил главу. Вряд ли они будут разглашать об этом, но проблем не избежать.
Но мы доехали до посадочной полосы без проблем, припарковавшись подальше от дороги, чтобы нас заметить было сложно. Катэрия так и не проснулась. Я попросил Зигфрида осмотреть её, но тот сказал, что внешне она цела. Что касается её ребёнка…
Что ж, надеюсь, что её отец говорит правду. Так или иначе, как только доберёмся до поместья, это можно будет достаточно быстро выяснить.
Корабль прилетел через час и десять минут. К этому моменту я уже несколько раз замечал подозрительную активность рядом. Нам было главным добраться до корабля, а там уже его и ПВО не всякое возьмёт, не говоря о том, что в принципе нас сбивать с главой на борту никто не будет.
Вернув водителю пистолет, я приказал ехать прямо открывшемуся в корме люку.
— Прямо через газон. Нам очень важно доехать до него первыми, это ясно?
— Да, мистер, ясно. Но меня за это уволят.
— Тогда ты знаешь, к кому можно устроиться.
Машина сорвалась с места, пересекла дорогу и запрыгнула на бордюр. В разные стороны от нас полетела трава и цветы, когда мы помчались прямо по клумбе, оставляя за собой глубокий след свежевспаханной колёсами земли.
Я бросил взгляд по сторонам — нам наперерез уже ехало пара автомобилей. Корабль с открытым кормовым люком был всё ближе и ближе.
— Будешь вырываться, и он убьёт тебя голыми руками, — кивнул я на товарища, сам взяв на руки Катэрию. — Зигфрид, на плечо и бегом в корабль.
— Понял.
Машина выскочила на посадочную площадку, и нас бросило вперёд из-за торможения. В то же мгновение я открыл дверь и выскочил на улицу, подхватив на руки Катэрию. Она была тёплой и податливой, будто кукла, повисшая у меня на руках. С ней я бросился к кораблю, уже на бегу крича:
— ВЗЛЕТАЙ! ПОДНИМАЙСЯ, БЫСТРО!!!
И едва я запрыгнул на кормовой люк, машина вздрогнула. Двигатели заревели, и по корпусу побежала мелкая вибрация. Заскочив вглубь отсека, я обернулся. Машины преследователей остановились, из них уже выскакивали люди, но они не рисковали открыть по нам огонь. Вместо этого бросились к люку, на который только-только заскочил Зигфрид с главой дома.
Корабль медленно поднимался в воздух. Люди семьи Голд уже были рядом, готовые запрыгнуть к нам на борт. Нас разделяло буквально меньше десяти метров. Если запрыгнут сюда, будут проблемы, так как в корабле нет оружия, мы его всё оставили в ангаре.
Вот корабль приподнялся ещё верх…
Вот ещё немного… я увидел, как один из них подпрыгнул и вцепился в край люка пальцами, но Зигфрид, сбросив с себя Голда на пол, подошёл и без колебаний наступил на них каблуком. Послышался хруст, и человек, вскрикнув, упал вниз. Не сильно высоко, пролетел метра два вниз, вряд ли даже что-то сломал при падении.
А вот я облегчённо выдохнул.
Это было близко. Кормовые створки начали закрываться, отрезая нас от внешнего мира. Оставалось теперь покинуть город и вернуться в поместье, где мы будем в относительной безопасности. Пока у нас глава и старшая дочь дома, никто не рискнёт на нас нападать или объявлять войну.
Глава 112
— Без меня к той девушке-пустышке не подходи, — сразу предупредил я Зигфрида по прилёту. Мне меньше всего хотелось заглянуть в нашу санчасть и обнаружить бойню. Причём далеко не факт, что именно Зигфрид выйдет безоговорочным победителем.
Катэрия так и не проснулась, поэтому её положили в одной из комнат, которые ещё уцелели в поместье, а вот главу семьи отправили в подвал подальше ото всех. С ним ещё будет разговор, но перед этим требовалось понять,
