– Почему именно Америка, а не Франция? – спросил Раймон.
– Да, по-моему, у нашего правительства просто денег не хватит, чтоб реализовать такое открытие. А главное – Франция не играет вполне самостоятельной роли в мировой политике… Может, я ошибаюсь…
– А если этот секрет попадет в Россию?
– В Россию? Ну, вряд ли. Русские, может, сами до этого додумаются, тогда другое дело. А секрет профессора Лорана… нет, каким же образом он туда попадет?
– Через коммунистов, например… – настаивал Раймон.
– Слушайте, Жозеф, у вас, мне кажется, голова здорово набита чепухой, – сказал Альбер, с удивлением глядя на него. – Ну как это коммунисты доберутся до профессора Лорана? К правительству он сам вынужден будет обратиться, рано или поздно, – но ведь наше правительство не состоит из коммунистов.
Роже, все время усиленно размышлявший, сказал:
– Я плохо слушал и что-то не понимаю, к чему вы тут завели разговор о коммунистах. Если кто из вас против них, то могу сказать, что зря: среди них есть чертовски славные парни. Я, правда, не всегда могу сообразить, что у них такое в голове, чего они добиваются, – но кого я из них ни видел, все народ стоящий. Но тут совсем другой вопрос: если твой профессор занимается такими делами, которые будут людям во вред, так я не пойму, зачем нам-то ему помогать?
– Роже, ты действительно не понимаешь, – сказал Альбер, – профессор Лоран пока еще очень далек от этой цели. И, откровенно говоря, вряд ли он добьется успеха: ты же сам видишь, он еле на ногах держится, а на это нужны долгие годы работы и, конечно, не в одиночку. Так что сейчас можно всерьез говорить лишь о том, что у него есть и что он может сделать за ближайшие месяцы, а может, и недели… кто знает, на сколько его еще хватит при таком адском напряжении. – Альбер задумался. – По-видимому, робот Шамфора произвел на профессора очень сильное впечатление. Мне кажется, если б профессор раньше знал о том, что делается в лаборатории Шамфора…
– Вы хотите сказать, по-видимому, что достижения профессора Лорана обесценены тем, что делает Шамфор? – спросил Раймон.
– Нет, я этого не хочу сказать! – живо ответил Альбер. – Ни в коем случае! Просто, если б эти два человека не ссорились, а работали в постоянном контакте, то обоим было бы намного легче и оба добились бы еще больших успехов.
– Еще больших? – Раймон усмехнулся. – По-моему, они и так чудеса творят.
– Конечно… – Альбер задумался. – Конечно, чудеса…
Раймон нервно барабанил пальцами по столу. У него просто руки чесались написать об этих чудесах. Сесть бы сейчас за машинку, да такой репортаж отстучать, чтоб газету из рук рвали!
Роже встал и начал собирать со стола.
– Ты мне одно скажи: есть польза от того, что делает твой профессор, или нет? – спросил он, унося посуду к раковине.
Альбер встрепенулся.
– Есть! – горячо сказал он. – Конечно, есть! Это просто бесценные опыты и для медиков, и для кибернетиков. Не говоря уж о том, что не мне, с моими куцыми знаниями, решать, правильный путь избрал профессор Лоран или неправильный. Мне показались убедительными слова Шамфора, это верно; однако не следует забывать, что профессор Лоран сделал то, чего никто еще на свете не делал и что всякому покажется чудом. Вы же видели, как был потрясен Шамфор, увидев лабораторию, – а он-то знал заранее очень многое, он работал на профессора Лорана… Да и вообще, наука не может всегда думать только о практической полезности открытия. Если б человечество всегда рассчитывало на прямую, непосредственную пользу, оно бы мало, чего добилось! Вон русские запускают спутники, посылают ракеты в космос – какая ж тут для них прямая польза?
– Ну, это другое дело, – сказал Раймон. – Это для пропаганды.
Альбер посмотрел на него и пожал плечами.
– Что же можно пропагандировать таким образом, интересно? Скажу вам прямо, Жозеф: мне ваши замечания не нравятся. Вы кто по убеждениям?
– Я? Да никто. Я не принадлежу ни к какой партии. А вы?
– И я ни к какой партии не принадлежу. И вообще политикой не занимаюсь. Но я заметил одно: если человек нападает на Россию и на коммунистов, то от него можно ожидать всяких неприятностей. Уж не знаю, почему это так, но на опыте это проверено.
Роже бросил посуду и подошел к ним, держа мочалку в мокрых дымящихся руках.
– Альбер верно говорит, – сказал он, угрожающе сощурив черные глаза. – Я лично это тоже заметил.
– Постой, Роже, не надо ссориться, – вмешался Альбер. – Мы все тут связаны общим делом, все подвергаемся опасности… Жозеф к тому же родственник хозяйки дома…
Этого не следовало говорить. Роже сразу, что называется, взвился.
– Такой же родственник, как и я! – вызывающе сказал он. – А ну, выкладывай начистоту, как ты сюда попал! – Он прыгнул к двери и заслонил ее своими широкими плечами. – Не уйдешь, пока не скажешь!
– Это глупо, – с достоинством проговорил Раймон. – Вы можете, в конце концов, спросить мадам Лоран…
– А чего это я буду мучить бедную девочку? У нее и без того хватает горя! А тебе и вовсе стыдно за ее юбку прятаться! Отвечай сам, как полагается мужчине!
– Послушай, Роже… – вмешался было Альбер.
Но Роже не собирался отступать.
– Не виляй, парень! – настаивал он. – Никакой ты ей не племянник, Роже Леруа не обманешь, и никакой ты не Жозеф. Давай начистоту: какого черта тебе понадобилось в этом доме и чего ты морочишь голову Луизе?
– Какая она вам Луиза? – надменно сказал Раймон.
Он лихорадочно обдумывал, как поступить. Он понимал, что этот проклятый Роже не отвяжется…
– А что, она, значит, только тебе Луиза? – ехидно спросил Роже. – Вот и объясни, почему так получилось.
– А по какому праву вы требуете объяснений? – все так же надменно возразил Раймон.
– Послушайте, приятель, – сказал Альбер: он уже понял, что подозрения Роже справедливы, – мы тут взялись за очень опасное дело. От поведения одного может зависеть жизнь остальных. К тому же профессор Лоран надеется, что мы сохраним в тайне то, что увидели здесь. За себя и за Роже я ручаюсь. А насчет вас мы, вполне понятно, хотим выяснить, что вы собой представляете. Вы лучше сразу откройтесь нам, а потом вместе обдумаем, как быть.
Раймон проклинал себя за то, что не предвидел такого разговора и не условился с Луизой о другой версии. Конечно, легко заметить, что их отношения не похожи на родственные…
– Разрешите мне немного подумать, – сказал он. – Через час возобновим разговор.
Но Роже только шире расставил ноги и покачался из стороны в сторону, стоя в дверях.
– Чего там думать? – сказал он насмешливо. – Забыл, как тебя зовут, что ли?
Раймон вынул сигарету, закурил. «Пожалуй, ничего тут не поделаешь, этот чертов моряк прицепился, как клещ, – думал он. – Их двое… Если выскочить в окно… Нет, догонят, пока откроешь калитку. Да и вообще – бросить Луизу так грубо, после этого разговора… и подвести ее под удар… если профессор узнает, что она была в сговоре с Пейронелем… нет, это уж просто свинство…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
