лучше получилось! — негодовала маленькая белокурая эльфийка, топая ножкой на взрослую чародейку.
— Может быть, тебе повезёт в следующий раз, — игнорируя вызывающее и просто невозможное в реальной жизни поведение ребёнка-эльфа вообще и ученика-мага в частности, монотонно ответила женщина, чьё лицо явно было искажено в сторону больших карикатурности и неприглядности.
— Но мне не повезло, я справилась первая! Это не везение! Как вы не понимаете?! — продолжала бесноваться девочка, в чьих желаниях всё сильнее крепла идея наброситься на наставницу с кулаками. А ещё на ней всё ещё висела сонная пелена, хоть и надтреснутая, но именно она позволяла девочке яриться и вести себя совершенно нетипично.
— Невезение иногда случается, Нерия, не зацикливайся на нём… — не будучи в силах воспринять аргументацию, ибо она противоречила его сценарию в рамках сна, продолжил увещевать фантом.
— Эльфы могут только плакать и ныть! — вступил в разговор новый фантом, выглядящий как человеческая девочка с пшеничного цвета волосами. И тоже карикатурно-страшненькая — с широким ртом, глазами навыкате и аляповатым румянцем на щеках.
— Верно, — поддержала её «наставница». — Эльфы слабее людей, а потому нет ничего удивительного, что ты не справилась…
— Вы плохие! Люди — плохие и лживые! Вы всё врёте и поступаете несправедливо! — по лицу Нерии побежали слёзы, а сама девочка покрепче сжала кулаки.
— Плакса-плакса! — захохотала толпа учеников-фантомов.
— Нет! Я всё сделала! Первой! Глупые! Вы глупые и вруны! — маленькая эльфийка таки бросилась на обидчиков и начала толкать и бить фантомов. Те отлетали, падали, не в силах противостоять хозяйке сна, но продолжали смеяться, даже когда Нерия била со всей силы кулаком им в лицо, ведь этот смех был заложен в них подсознанием самой девочки.
— Может быть, тебе повезёт в следующий раз, — монотонно начала повторяться «наставница», игнорируя потасовку. Похоже, сон был ещё и зациклен.
Подхожу ближе и подхватываю Нерию за подмышки, оттаскивая от какого-то толстого темноволосого мальчика с совершенно расплывающимся лицом. Теперь аккуратно надавить Волей…
— Ну, рассказывай, — присаживаюсь на учительский стол и сажаю ребёнка себе на колени, позволяя сну идти своим ходом, пока его хозяйка постепенно осознаёт, что спит, освобождённая от пелены.
— Ой, я… — эльфийка морщится и потирает виски, с удивлением оглядываясь. — Я что?..
— Ты поколотила половину своего класса, кричала на учителя и топала ногами.
— Ох… — девочка сжалась и бросила потрясённый взгляд на продолжающих говорить однотипные фразы фантомов. В её желаниях ярко вспыхнуло отвращение к тому, что она только что делала, и она очень сильно захотела, чтобы такое больше никогда не повторялось.
— Вот уж точно «ох», — взъерошиваю белые волосы маленькой чародейки, заставляя те с затылка упасть на лицо, образуя лохматое «воронье гнездо». — Рассказывай, хулиганка, кто тебя так обидел, что тебе снятся такие сны и ты, даже не понимая, что спишь, призываешь меня помочь защититься от обидчиков?
— Не хочу! — всё ещё взвинченная, несмотря на удалённую сонную пелену и осознание ситуации, Нерия яростно замотала головой, отпихивая ладошками мою руку и пытаясь привести волосы в порядок. Эмоции и боевой настрой от сна никуда не делись, накладывая на неё отпечаток. — Я думала, что понимаю, что сплю, а… это случайно! — в ответ я ещё раз взъерошил её космы, сдвигая те на лицо. — Прекрати! — возмущённо запищала моя копия-подопечная.
— Будешь кукситься и злиться — не прекращу. Давай уже — приходи в себя, я тебя плаксой не называл, поэтому не переноси на меня свою агрессию, — поймав непослушные руки девочки, прижимаю их к бокам и, обхватив нервного ребёнка покрепче, постановляю: — Рассказывай, что случилось?
Недовольно засопев, растрёпанная малышка насупилась, не желая отвечать. Однако фантомы перед её глазами продолжали изображать свои роли и даже повернулись в её сторону, не замечая меня, но чётко адресуя свои реплики девочке. Долго так продолжаться не могло, и уже через десяток секунд сгорающая от стыда Нерия тихо попросила «убери их». Спорить я не стал и, накрыв сон своей Волей, развеял фантомы — после того, как девочка пустила меня в свою душу, управлять её снами стало даже проще, чем воплощать всё с нуля в белёсой хмари.
— Ну? — мягко подталкиваю её, чувствуя, что эмоции, навеянные кошмаром, утихли.
— Сегодня нас учили первому заклинанию, — ещё сильнее согнувшись у меня на коленях, отозвалась эльфийка. — Оно должно было заморозить воду в чашке, и у меня всё получилось, но пока я ждала, когда ко мне подойдёт наставница, другая девочка тоже справилась, а она была ближе к наставнице, и её увидели первой и похвалили на весь класс. Я целых десять минут ждала, пока наставница объясняла заклинание одному мальчику, а она справилась еле-еле, и лёд у неё был хуже, но сидела ближе, и её похвалили, а когда я сказала, что тоже смогла, то всем было всё равно, — искренняя детская обида сквозила во всей позе девочки.
— И ты полезла драться?
— Нет! Я промолчала, и урок продолжился… Я не знаю, почему мне такое приснилось.
— Ну, иногда маленькие несправедливости западают в сердце и рождают большие обиды, — пожимаю плечами. — Кто хоть был той девочкой?
— Солона. Она — человек, её в Круг взяли совсем маленькой.
— И она — плохая? — уже предполагая ответ по тому, как подсознание Нерии исказило внешность девочки, озвучиваю вопрос.
— Не знаю, мы почти не разговариваем, — опровергла мои ожидания волшебница.
— А есть у этой Солоны фамилия? — я не помнил никого с таким именем среди своих знакомых в Круге, потому не мог дать своей подопечной совет, как себя с ней вести. Скорее всего, в моей жизни к ней обращались по фамилии, такое часто бывало — некоторые фамилии куда звучней имён и прилипают быстрее, а если мы не слишком близко общались, что естественно для представителей разных полов в Круге, я мог и вовсе не знать её имени.
— Есть, но я плохо помню, — нахмурила лобик девочка. — Бакис… Ател… Аммен… — принялась она перечислять варианты… — Да, кажется, Аммен!
— Аммен? Может быть, Амелл? — ощущая укол нехорошего предчувствия, переспросил я.
— Да, точно! Солона Амелл! А ты её знаешь? — лазурные глаза удивлённо заглянули мне в лицо.
— Эм… Не уверен, но я слышал эту фамилию… — да, слышал…
Дайлен Амелл был моим, в некотором роде, соперником на протяжении всего обучения. Мы не враждовали, даже, можно сказать, дружили, хотя все, кто проживёт десять лет в одной общей комнате, волей-неволей, а подружатся, однако при этом мы являлись главными отличниками класса и на этой почве любили слегка уколоть друг друга, сделав что-то быстрее соперника. К тому же Дайлен больше любил школу Льда, а вот мне нравились молнии, так что
