И банкир точно должен был быть в курсе закладной на землю и особняк.
Но требовать дать отчет по финансам деда я не стал. Ему доложат, таковы правила. И Лука Иванович обязательно вспылит по этому поводу.
Я же хотел все проблемы решить, вообще не привлекая деда к этому.
— Семен Аркадьевич, что с моими личными счетами? — поинтересовался я и сделал глоток кофе, напиток оказался прекрасным.
Банкир вздрогнул, но резво извлек какие-то бумаги из папки, что носил с собой. Разложил их на столе, придирчиво посмотрел и передвинул так, чтобы расстояние между листами было идеальным.
Вздохнул, видимо не добившись желаемого совершенства, и печально сообщил:
— Накопительный счет пуст, ваше сиятельство. Проценты по нему ушли на погашение задолженностей. Средства родового фонда заблокированы для текущих расчетов, поэтому платежи оттуда не поступали. На личном счете… пятьсот рублей.
Несчастный Половцев затаил дыхание и как-то съежился. Вот артист!
Никогда в жизни такого не было, чтобы я ударил хоть кого-то из служащих. Если они на то сами не нарывались, конечно же.
— Прекрасно! — вопреки всем ожиданиям банкира обрадовался я.
Грусть на лице Семена Аркадьевича сменилась недоумением, он машинально чуть отодвинулся. Но я не сошел с ума.
Я радовался, что на счетах не глубокий минус. Молодой Вознесенский вообще не раздумывал над тем, откуда там деньги. Тратил, требовал заемного пополнения в любое время суток. Мог поднять Половцева посреди ночи, чтобы оплатить очередную авантюру.
Сейчас я его ошарашил ещё больше:
— Я хочу пополнить свой личный счет. Вот тут все данные.
Я передал ему листок и испугался, что банкир в обморок упадет, настолько тому поплохело, когда он увидел что там.
Конечно же, всю сумму за артефакт я у Батиста не взял. Такое количество купюр с собой таскать неудобно, да и опасно. Забрал достаточно наличных, чтобы закрыть хозяйственные вопросы. Ну и для прочих расходов.
Бóльшая часть осталась в «подвешенном» состоянии.
Тому было несколько причин, по которым я и приехал в банк.
Во-первых, мне нужно было поставить на мобильный банковское приложение, чтобы получить доступ к счетам и их управлению. И это как раз можно было сделать только лично в банке. На старом устройстве этого приложения не было.
Во-вторых, нужно было выяснить, не улетит ли вся сумма сразу на долги. Получился бы не самый приятный сюрприз.
Перевод денег за артефакт требовал моего подтверждения, так что деньги и болтались где-то в Эфире. Но я бы мог получить их от Батиста и наличными, случись что.
Банкир вспомнил о профессионализме, взял себя в руки и достал планшет, принявшись в него усердно тыкать. На листок он поглядывал недоверчиво.
— Ммм, подтвердите платеж, будьте добры, ваше сиятельство, — Семен Аркадьевич протянул мне устройство.
Я взглянул на наименование отправителя, усмехнулся и приложил большой палец, затем ввел личный код. 1703 — очень оригинальный…
Батист подстраховался по полной, чтобы скрыть денежный след. Средства ко мне поступили из некоего сибирского благотворительного фонда, до которого деньги добирались запутанными путями. Жаныч с гордостью рассказывал мне, как старается для сохранения анонимности своих клиентов.
Я же был уверен, что он так старается для ухода от налогов.
Перевод прошел и Половцев уставился на планшет, как на исчадие ада. Всё никак не мог поверить. Даже потряс устройство.
Я достал свой мобильный и положил перед ним:
— Будьте любезны, Семен Аркадьевич, установите сюда приложение.
Печальный взор обратился ко мне и на миг мне показалось, что банкир вот-вот улыбнется. Показалось.
* * *
Из банка я выходил довольный и относительно богатый. Пусть сумма на моём счете не давала возможности выкупить закладную. Но этим я и собирался плотно заняться.
Вариантов было несколько.
Я прогулялся до набережной, облокотился на широкий парапет и задумчиво посмотрел на императорский дворец.
Хоть что-то действительное стоящее находилось именно там. Я перечислял в уме артефакты царской семьи, отбрасывая те, что были важными для безопасности.
Для царя я сделал несколько вещиц, о которых он не догадывался. Так, чтобы поддержать друга в нелегком деле. И спрятал их в предметах, которыми Петр постояно пользовался. Они точно остались у его наследников. Так уж я их создавал, чтобы ими дорожили и держали поблизости.
Например, секстант, который был не простым измерительным прибором, но и подсказывал возможные неприятности на пути. Работал он как интуиция, куда лучше не соваться. С хорошими стихийниками тогда потрудились, чтобы объединить все стихии.
Или писчее перо, придающее бодрости. Укрепленное металлом и защищенное, оно наверняка сохранилось в идеальном состоянии.
Карманные часы, подаренные каким-то послом. Они позволяли государю сосредоточиться и выполнять задачи гораздо быстрее.
И прочие артефакты, которые пусть немного и незаметно, но помогали.
Секстант, скорее всего, находился на флагмане императорского флота. Всё остальное во дворце. Проникновение туда я и обдумывал, смотря на великолепный фасад императорского дома.
Не то чтобы нереальная задача.
В этом мне могла помочь магия теней. Теневики обычно выбирали два пути — либо становились шпионами, либо наемными убийцами. Сокрытие в тенях тому способствовало.
Никогда не любил ни тех, ни других. Сила теней неизбежно сказывалась на характере, не в лучшую сторону.
Вот только начальных рангов вряд ли хватит, чтобы проникнуть во дворец. Думается мне, что это самое защищенное место в империи.
Да и сбывать потом такие артефакты… Побоится даже жадный до наживы Батист. Значит, пришлось бы выходить на иной уровень, это сложно, долго и опасно.
И деньги, вырученные с подобной сделки, не пройдут проверку по условиям закрытия закладной.
Отпадает.
Остается создать новый артефакт. Для меня лаборатория не была под запретом, а официальный заказ даст возможность пройти любые проверки. Нужно найти заказчика и с этим Батист помочь как раз таки мог.
Я выпрямился, потянулся и улыбнулся.
Решение принято, а значит самое время подкрепиться! Обещал же Прохору не забывать.
