кто увидит их в зеркале. И всегда выполняют его. Поэтому панический страх за дочь перешёл в просто страх с небольшой долей удовлетворения. Ничего хорошего обидчика его дочери не ждёт. Раз уж за ним отправился захвативший тело бандита демон. Вот только аптекарь не знал, помешает ли демону, занявшему его отражение, если он пошевелится? Ведь, что контроль тела, что разума, требуют неподвижности контролёра. Может у демонов всё и не так, но рисковать Карлос не мог.
Когда Крест вернулся в забрызганном кровью кафтане и с полной банкой крови, у аптекаря ёкнуло сердце.
— Это кровь бандита. Твоя дочь жива и невредима, — видимо правильно поняв его состояние, сказал у него в голове демон.
Из Карлоса будто кол вынули. Он растёкся, насколько это позволяли верёвки, на своём стуле, рассеяно наблюдая, как Крест заставляет бандитов снимать тяжёлое зеркало со шкафа. Следуя указаниям, братья Бо аккуратно положили метровое зеркало на пол. И не успели они разогнуться, как Крест быстро перерезал глотку одному и второму. А потом, отбросив охотничий нож, держал обоих бандитов за воротники кафтанов над зеркалом так, чтобы их кровь лилась точно на его поверхность.
Специально так получилось или случайно, но Карлос, можно сказать, сидел в первых рядах и видел все особенности этой кровавой сцены. Поскольку всё происходило с людьми, посягнувшими на его дочь, он им совершенно не сочувствовал. И с интересом наблюдал, как кровь из неаккуратно брызжущих во все стороны струй превращается в ровные кровавые щупальца, выходящие из разрезанных глоток и опускающихся на зеркало.
На его поверхности оставался неглубокий слой крови, не превышающий уровень рамы. Но это по краям. В середине же кружил самый настоящий кровавый водоворот, уходящий вглубь зеркала. А по его границе и гуляла пара кровавых щупалец. Если бы они не заканчивались в глотках бандитов, их можно было принять за маленькие торнадо.
Ну вот, крови в бандитах не осталось, и кукла демона отбросила высушенные тела в стороны. Сам главарь, взял в руки банку с кровью и шагнул в центр зеркала. Потом поднял её над головой и опрокину на себя содержимое.
Несколько секунд, пока кровь, стекая по его кафтану, не достигла кровавой глади зеркала, бандит стоял неподвижно, как кровавый манекен. А потом вдруг резко провалился внутрь зеркала.
Когда его макушка скрылась под сомкнувшимися волнами крови, её поверхность вдруг вздыбилась и выстрелила вверх кровавым столбом. Миг и он превратился в кровавую фигуру. Нет, не в кровавую. Просто она была в красном плаще с глубоким капюшоном.
Демон сошёл с зеркала, на котором не осталось ни капли крови, на пол, откинул капюшон и оказался молодым, младше его дочери, парнем с чёрными волосами до плеч и синими глазами.
Ничего не говоря, он поднял бандитский нож, кажущийся в его руках тесаком и перерезал связывающие Карлоса верёвки.
Всё прошло превосходно. Энергии от пролитой крови хватило даже на то, что при полном контроле над куклой, я мог передавать свои мысли в голову аптекаря. Это открывало интересные возможности в будущем.
Даже моя импровизация с кровавым душем удалась. Может зазеркалье и без него обменяло меня на того бандита, но так выглядело гораздо круче. Единственный зритель моего перфоманса так впечатлился, что немедленно подтвердил свою клятву верности. А потом убежал проверить дочь.
И это была первая проблема. Хотя, чего я ждал? Когда что-то получается слишком хорошо, потом неминуемо приходит чёрная полоса и возвращает баланс в прежнее русло. Я ведь просто просил его подчиниться на время бандитской разборки. Всё, что требовалось от аптекаря, это привлечь внимание к зеркалу, а потом сидеть тихо. И с этим он отлично справился.
Вот только он понял мой мессендж так, что я спасаю его дочь, а он становится моим слугой. Или как там называются люди, принёсшие вассальную клятву демону? Которым он меня почему-то считает.
Ну, с этим я думаю, справлюсь. Он выглядит адекватным человеком, так что недоразумение я смогу разрешить. Вот только проблемы по одиночке не ходят. И тут заявилась ещё парочка. Я только обратил внимание на то, что происходит в зеркале после моего ухода и тут вернулся Карлос. За те мгновения, что я провёл в голове его отражения, я узнал как зовут его и его дочь. И вот спасённая девица не захотела сидеть в подвале и дала дёру. Причём Карлос был уверен, что она побежала за помощью.
На вопрос кого может позвать девушка ночью, когда вокруг люди тушат пожары, он пожал плечами и назвал ночную стражу.
Это да. Сейчас тут такая обстановка, что её вполне могут прислать. Ночная стража в Красном лотосе это такое официальное место работы охотников на монстров. Тех, кто закончил боевые Академии, но не попал, ни в кланы, ни в секту, ни в армию княжества. Тех, кто, оставаясь свободным практиком, хотел иметь налоговые льготы и доступ в Подземелье.
Их нанимали для ночных патрулей Верхнего города. Из-за близости к красному источнику там иногда появлялись монстры, и их нужно было оперативно уничтожать. Поэтому их и называли ночной стражей. Если монстров там обнаруживали днём, то справлялись без них. Слишком много сильных практиков ходит по тамошним улицам. Летать-то в центре города можно только стражам, да и то не всегда.
Из-за того, что городской совет решил таким образом приставить к делу толпу неподчинённых никому практиков, по аналогии с ночной стражей, обычную начали называть Дневной. Что привело к забавному казусу. Ночная стража не заходила в Нижний город, а Дневная стража в соответствии с названием не хотела патрулировать его ночью.
Вероятность появления монстров там была ниже, чем в верхней части города, что располагалось над красным подземельем, но иногда они выползали из-под земли. Слабые, конечно, но слабый монстр, если дать ему время затаиться и съесть пару другую прохожих вполне себе станет сильным.
Эту проблему решали местные банды. Обычно они состояли из одного-двух слабых практиков и нескольких шестёрок. За что и собирали плату с района за защиту. Обычными грабежами они не занимались, зато с удовольствием контролировали торговлю наркотиками и кошмарили конкурентов. Видимо последнее тут и произошло. Но с этим разберусь позже. А сейчас…
— Это зеркало представляет для вас семейную или историческую ценность? — спрашиваю аптекаря и показываю, чтобы он полюбовался, как под стеклом бесится в ужасе последний живой бандит. Конечно, насколько можно назвать живым того, кто попал в зазеркалье.
Карлос подошёл, посмотрел в зеркало и покачал головой. Он кажется уже ничему не удивляется. Хорошо. Беру зеркало за
