как это воспримут другие, — Сережа, что ли? Удачное прозвище. Нет, не он. Это мне Ольга подсказала.
— Как она, кстати? — вспомнил о единственной выжившей волчихе.
— Нормально. Давно выздоровела. Стоит за дверью. Если хочешь, позову.
— Нет, не надо, — я не знал, о чем мне говорить с волчицей, поэтому малодушно отказался, — За Вику — спасибо.
— Твоя благодарность лишняя. Удивительно светлая девочка! В кои-то веки хороший поступок меня не обременил, а наградил хорошей подругой. С первого сентября мы с ней поступили в МГУ, благо Натали его уже закончила.
— Ты с ней не дружишь?
— Как сказать… — ворвавшаяся Вика прервала нашу беседу, — Когда как, — закончила княжна, — Вы пообщайтесь, а мне в мэрию, раз так вышло, то отработаю визит члена императорского дома в провинцию. У вас три часа, после — на аэродром!
— Подожди, а Натали приедет?
— Увы! — вздохнула она, демонстрируя печаль, но вовсе ее не испытывая, — У нее сейчас жесткая дрессура под бабушкиным крылом: несколько мероприятий, на которых она обязана присутствовать, поэтому не жди, что она сможет вырваться! — и княжна выпорхнула, оставляя нас с сестрой наедине.
— Папа проектировал подземные ходы, поэтому, когда тряхнуло, сумел сориентироваться и выбраться самостоятельно вместе с несколькими людьми.
Бля! А ведь я даже не вспомнил, чем знаменит проектировщик комплекса! Может быть, поищи мы, и тоже нашли бы какой-нибудь вход в подземелье!
— Там ходы на самом деле на километры тянутся по карстовым пустотам! — продолжила вбивать мое самомнение ниже плинтуса сестра, — Но часть завалило, вот они и плутали почти сутки, прежде чем выбраться.
Сутки? Ну, тогда, может, и не стоит переживать — мне двенадцати часов с лихуём хватило!
— А не знаешь, почему спасатели до нас не добрались?
— Так они в лоб зашли. Откапывали с выхода, где больше всего разрушений пришлось. Папины карты и схемы достали уже когда только Скоблев явился, а тут и вы сами выбрались.
— Ясненько…
— Миша, я понимаю, я не ко времени, но скажи — у Максима кто-то есть?
— Есть, — девушка поникла, — Юрик. Звезда его жизни.
— Масик! — укоризненно произнесла сестра, тут же испугавшись, но подобревший после четырех котлет ее производства я был готов стерпеть и более ужасные прозвища.
— Пять дней назад никого не было.
— Просто понимаешь… — от сестры пахнуло такой порцией смеси вины, страха и отчаяния, — я…
— Макс — сука и кобель!!! — резюмировал я, — Который месяц?
— Второй…
— Послезавтра меня выпишут, и я вернусь домой. Ох, он и получит!..
— Масик, только осторожно, ладно?
— Ты сейчас за кого волнуешься: за меня или за него?
— За обоих! — покраснела сестра.
— Ладно, обещаю — к свадьбе фингалы сойдут. Бить буду сильно, но аккуратно! — всплыла цитата из незабвенной классики.
— Миша… — сестренка всхлипнула, — Только пусть это будет добровольно, ладно? Потому что… если нет, то пусть нет. Я это переживу. Валентина обещала — я себе еще лучше мужа найду!
— Найдешь, обязательно найдешь! — пообещал я, обнимая Вику.
— Моя!.. Сестра!.. Беременна!!!! — как и обещал Вике, бил я аккуратно.
Та ситуация, когда опыт решает. Закабаневший разъевшийся Макс против истощенного меня — вроде бы исход очевиден. Но на моей стороне были годы тренировок и здоровая злость на друга, а на его — осознаваемая вина и жирок.
— Я не виноват! — попытался вякнуть в оправдание Макс.
— Не виноват?!!! — уже по-настоящему вспылил я, — То есть она святым духом залетела?!!!
— Все было по согласию!!! — тоже взбеленился друг, — Взаимному!!! Это была ее инициатива!!!
— Знаешь что?!! Знаешь что?!! — заело у меня.
— Что?!! — проорал Кудымов, прижатый к полу под рев малышни, ставшей свидетелем наших разборок.
— Не друг ты мне, вот что!
— Ну и вали!!! — освобожденный из захвата Макс с остервенением пнул пуфик, тут же зашипев и запрыгав на одной ноге, прижимая к себе ступню.
— Я-то свалю… только… да и хуй с тобой!!! — закончил я, не зная, что сказать. Пар я выпустил, наставив ему синяков, но не убивать же?..
— Сам-то!!! — заорал мне вслед Кудымов, — Что-то ты на Любе не женился?!!!
— При чем тут Люба! — махнул рукой на его крики.
Но сомнения после его слов начали грызть: могла Люба, выдворенная отсюда Красновой, быть беременной?.. Да запросто!
Хочу я на ней жениться?.. Особенно теперь?..
Нет.
Вот и еще одно задание для Арни, когда он объявится — выяснить все о моих бывших подружках. Если у кого-то из них есть дети — окажу помощь. Анонимно.
«Вот так и рождаются Маздеевы!» — усмехнулся про себя. Что ж, наука впредь — держать член в презервативе.
«Железный Арни» на сей раз был более покладистым, — видать, за три недели умерил гонор.
— Капинан СБ Горшавина Алина Григорьевна, здесь ваш приятель не обманул — Галиной она представлялась в различных сомнительного толка заведениях. Сказать однозначно, кто убил Горшавину и за что — не возьмусь, дамочка была очень неразборчива в связях, ваш Ярославцев был, пожалуй, одним из самых «чистых» ее контактов. Мадам не брезговала и более компрометирующими связями, — листая страницы отчета, искоса глянул на побледневшего от негодования Беренгольца, вспомнив слова князя, откуда он его вытащил, — Но за неудачные знакомства так не казнят — а это именно казнь! Наиболее перспективной мне видится версия с ее служебными разработками — контрабанда. Переданный вами блокнот очень помог: тех сведений, что есть в нем, нет даже у официального следствия. Пришлось, конечно, повозиться — многие записи зашифрованы, — в эмофоне отчетливо полыхнула гордость, — но большую часть фирм, находящуюся у нее в разработке, мы разгадали. Неопознанными остались три: «Энгри Вуд», «Тропикал Энимал» и «Барсес». Мои люди продолжают сверять списки.
— Какой язык она учила?
— Что, простите?
— В школе? «Энгри» — это ведь «злой»? Какой язык? Каким языком кроме русского она владела?
— Извините, не готов ответить.
— Судя по звучанию названий фирм — английский, но все равно уточните.
— Обязательно! Так мне продолжить рыть в этом направлении?
— Пожалуй… пожалуй нет…
— ?..
— Уточните насчет языка и задание я считаю закрытым.
— Так?.. — в эмоциях Беренгольца отчетливо вспыхнула надежда.
Я захлопнул отчет, прибирая его в ящик стола, старательно абстрагируясь от названия одной из фирм:
— Да, вы принимаетесь на постоянную службу.
Пихнул через стол один единственный лист.
— Что это?
— Список моих подружек за последние четыре года.
— Коротковат…
С честно испытываемым возмущением воззрился на визави — я этот список считал очень даже длинным, а оно вон оно как! Даже «устойчиво равнодушный к женскому полу» Арни считает список коротким! Где-то я явно лоханулся!!!
— Хочу узнать о судьбе каждой! — ответил, игнорируя подначку, — Где теперь, с кем, и…
— Понял! — Беренгольц свернул бумажку и спрятал в
