всяческих намеков на пошлость платоническая любовь. Неподалеку от странной разновозрастной парочки находился вождь Васкез. Довольный, он демонстрировал мне свои желтые зубы.
Во втором ряду, затаив дыхание и, не сводя глаз с туши квазика, стояли воины. За их спинами прятались женщины с детьми. Почти все, за исключением, пожалуй, лейтенанта и боевых товарищей смотрели на меня с нескрываемым восхищением.
— А я всегда говорил, что ты, маленький засранец, кость в горле, — ухмыльнулся, наконец, кулиндроид. — Но над управлением экзо-доспехом нам нужно будет поработать.
Я кивнул. Далее взял слово вождь. Он что-то говорил с минуту. Старик Андрес перевел:
— Многоуважаемый Васкез выражает восхищением твоим подвигом. Он говорит, что у нашего народа существует легенда о спасителе, который спустится с небес, сразится с квазиком и победит его.
— О, как совпало! — ухмыльнулся Гектор. — А про его храбрых друзей, которых чуть ни зажарили ни за что ни про что легенды нет? Пол дня на шесте провисел.
Вождь меж тем продолжил бубнить, а старик, коверкая слова, переводить:
— Еще в нашей легенде говориться о том, что спаситель даст народу семя, из которого родится тысяча воинов.
— Тысяча? — Гектор хихикнул.
— А в легенде не сказано за какое время наш герой должен провернуть всю эту операцию? — поинтересовался лейтенант. Лицо его было серьезным, но в глазах блестели искорки, говорящие о том, что его изрядно забавляет сложившаяся ситуация.
Старик перевел, Васкез нахмурил брови:
— Легенда говорит, что все произойдет быстро. За час, или два.
Я оглядел, присутствующих женщин, молодых, старых, вполне себе симпатичных, как жена Андреса, и вида не презентабельного. Оценил масштаб предстоящего эротического подвига и малость оробел.
Лейтенант на правах командира подошел ко мне. Положил свою четырехпалую зеленую ладонь на плечо и, глядя в глаза, напутствовал:
— Ну боец, не урони честь космического десанта.
Скай и Бурый не выдержали и заржали. Кулиндроид зыркнул на них.
— А если справляться не будешь, товарищи помогут. Мы ведь — одно целое! Космодесантное братство! Так ведь?
Веселье десантников, которых вот так невзначай назначили помощниками спасителя-оплодотворителя оборвалось.
— Так? — повторил лейтенант. Я чуть заметно кивнул, мучительно соображая, в чем будет заключаться помощь воинов.
Вождь сказал что-то еще, и жена Андреса, вышла ко мне гордо выпятив свою небольшую, но очень аппетитную грудь. Произнесла несколько слов. Все заулюлюкали. Старик заговорил:
— Теперь ты должен подтвердить, что готов к миссии. Оплодотвори первую женщину, и мы пойдем за тобой… Эйя готова стать избранницей.
— Что, прямо здесь? — я оглядел площадку, насчитав на ней несколько сотен любопытных глаз. Учитывая, что подобный опыт был у меня только единожды, в закрытой, охраняемой галактическим кодексом рубке капитана Ниото, чувства я испытывал смешанные. Этакий синтез жгучего стыда и паники.
Лейтенант толкнул меня в бок:
— Давай! — шепнул он мне на ухо. — Времени мало.
— Я всех не смогу, — честно предупредил я.
— Всех и не надо. Эту давай, а там уже погрузим их в контейнер и…
Внезапно землю тряхнуло. Да так, что народ с трудом удержался на ногах. Женщины заверещали, мужчины забегали. А я подумал, что никакие уговоры не сравняться с реальной демонстрацией. Скажешь всем, что ты воин — не поверят. А если отправишь на тот свет квазика — ты спаситель-оплодотворитель. Твердишь им пару дней к ряду, что их планетке конец, не верят. А один раз тряхнуло — так готовы с земли в контейнер запрыгнуть.
Стало стремительно темнеть. Я поднял голову и увидел, что повисший в воздухе контейнер снова пришел в движение и уже загородил собой местное светило, бросив на площадку тень. Пользуясь всеобщей сутолокой, я наклонился к медведю. Тихо шепнул:
— Сколько времени до взрыва?
— Час, — также тихо ответила Астра. — Нужно уходить.
— Быстро освобождайте площадку, — я ткнул пальцем в небо, указывая на контейнер. — Времени мало.
Дикари интуитивно уяснили, что нужно делать. Разбежались в сторону, притаились. Эйя держалась подле меня. Наверняка надеялась, что я доведу ритуал до конца и боялась, что первой женщиной может стать любая другая.
Транспорт, тем временем, снова качнулся в воздухе, на несколько секунд замер на расстоянии десяти метров от земли и снова пришел в движение, но опускался куда медленнее, чем прежде. Все, затаив дыхание, наблюдали за тем, как днище контейнера сначала мягко коснулось туши дохлого квазика, а потом все что осталось от зверя сплющилось до размера блина, или ушло в землю. Определить точно возможности не было.
Одна из створок контейнера зажужжала и стала опускаться, предоставляя возможность погрузиться в гигантскую коробку. Скай и Бурый с носилками, на которых, по-прежнему пребывал Вьюн, первыми рванули в транспорт. Я взял Эйю за руку и потащил за собой, но она не двинулась с места, как завороженная, уставившись на контейнер.
— Пойдем! — позвал я. Она одернула руку. Остальные колонисты тоже не торопились.
— В чем дело, — обратился к старику лейтенант. — Почему не грузитесь?
— У нас есть легенда… — начал старик, и мы с кулиндроидом закатили глаза. — Что в последний день и час к нам с неба прилетит серебряный зверь и проглотит нас. Так закончится мир.
Я поразился с какой точностью легенда отражает реальность. Все произошло, а вернее происходит точно так, как предсказано. За исключением, разве что массового оплодотворения.
— Как вы не понимаете? — разразился я бессильной тирадой. — Все правда. И последний день, и последний час, и мир ваш закончится. Только зверь этот не что иное, как спасательный контейнер. Вон он… — я ткнул пальцем на гигантское сооружение. — Это не зверь никакой, а иначе не вошли бы туда наши товарищи. Так ведь? Это машина… Как вам объяснить? Большой летающий дом, который перенесет вас на другую планету. Там есть еда, комнаты, душ…
До поры, до времени старик исправно переводил, но на слове душ, ожидаемо запнулся.
— Это типа водопада, чтобы мыться, — объяснил я, и женщины загалдели, обсуждая услышанное. — Я пойду с вами! — завершил свою речь.
— Молодец! — поддержал меня лейтенант. — Языком туда-сюда, конечно, не экзо-скелетом управлять, но иногда тоже полезно. Иди, раз обещал.
Я, напустив на себя величественный вид, как можно точнее пытаясь изобразить спасителя, зашагал к контейнеру. Старик Андрес, было, замешкался, но потом двинул за мной. Следом Эйя. Потом вождь и остальные. Все это походило на неспешную человеческую реку, или червя, который медленно и неуклонно движется в свою нору. Когда до контейнера оставалось метров двадцать, снова тряхнуло. Да так сильно, что визг поднялся небывалый.
Народ охватила паника, и я краем глаза увидел, как людская масса ожила, ускорилась и ринулась, опережая меня, в спасительное жерло транспорта. Я едва устоял на ногах,
