всего пару раз, и с тех пор прошло уже больше двух лет. Это случилось в старые и крайне недобрые времена.
– А как насчёт Доминика Дина?
– Кого?
– Вы никогда не слышали о нём?
Винчестер покачал головой.
Впервые за время разговора вмешался Джозеф Спектор. До сих пор он молчаливо наблюдал за всеми вокруг. Он вышел на сцену и произнёс:
– Тогда, быть может, вам знаком Бойд Ремистон?
Винчестер задумчиво сморщил лицо, прежде чем ответить:
– Нет, не знаком. И кто вы вообще такой?
– Это Джозеф Спектор, – представил Флинт, – и вам следует относиться к нему с уважением.
Спектор обезоруживающе улыбнулся.
– Как вы себя чувствуете, мистер Винчестер? Насколько я понял, вы слегка поспорили с юным мистером Иббсом?
Винчестер взглянул на Иббса, который наконец вышел из-за кулис.
– Эм… да, хотя это было всего-навсего крошечным недоразумением.
– Понимаю. Так насколько часто вы посещаете Гранатовый театр?
– Периодически. Если хочу увидеться с дядей. Или с Мартой. Мы хорошо проводим время. Играем в карты.
– Но сегодняшним вечером вы явились сюда с нехарактерным намерением избить Макса Туми до полусмерти?
Винчестер рассмеялся.
– Можно и так сказать. Я не люблю докучливых извращенцев. И Туми принадлежит к их породе. Где он, кстати?
– Боюсь, далеко. Инспектор Флинт отправил его домой.
– Жаль. Мне не по нраву его отношение к Марте.
– Ваш с Мартой брак был не особенно долгим, верно? – В считаные мгновения Спектор взял контроль над разговором в свои руки.
Винчестер нахмурился.
– Какое вам дело?
– Считайте это проявлением любопытства. Сколько вы были женаты?
Винчестер вздохнул.
– Недолго. Всего несколько месяцев.
– И сейчас вы в разводе?
– Это не касается никого, кроме меня и Марты. И не имеет совершенно никакого отношения к вашему делу.
– Просто, на мой взгляд, по меркам пары в разводе вы слишком уж усердно оберегаете свою бывшую жену.
– Она… Она нуждается в ком-то, кто может позаботиться о ней.
– Ясно. – Спектор сменил тему. – Так вы говорите, что никогда не встречали погибшего до сегодняшнего вечера?
– Нет. Я его впервые увидел.
– Как, по-вашему, он мог оказаться в ящике, который выкатили на сцену?
– Да шут его знает. Серьёзно, я понятия не имею. Я видел, как дядя Сид запихивал в ящик Фабриса. Я даже помог ему подкатить ящик поближе к сцене. Потом мы с дядей Сидом сели играть в карты.
– Значит, ящик всё время был в поле вашего зрения?
– Да. Я даже видел руку Марты, когда она потащила его на сцену для следующего фокуса.
– А что насчёт другого ящика? Я так понимаю, у Паолини весь реквизит числится в двух экземплярах?
– Второй ящик был там же, где и всё остальное барахло. Его никто не трогал. С чего бы кому-то это было нужно?
Спектор сцепил пальцы под подбородком.
– В таком случае, мистер Винчестер, я бы хотел, чтобы вы как можно более точно описали порядок, с которым всё происходило до демонстрации трюка с ящиком.
Винчестер тщательно обдумал этот вопрос.
– Хорошо. Мы с дядей Сидом играли в карты, когда он вдруг посмотрел на часы и сказал: «Подожди здесь, Нед, мне надо подготовить сцену для того проклятого фокуса с ящиком». Я остался сидеть за столом, а он ушёл. Но затем почти сразу вернулся, он выглядел встревоженным, он сказал: «Нед, там беда. Верёвки почему-то запутались. У меня не получается поднять задний занавес. Можешь сходить туда и перерезать верёвку на шестом креплении? Мне ещё нужно сходить разбудить Фабриса».
– Он отправил вас наверх?
– Да. Туда можно подняться по винтовой лестнице. И я много раз видел, как мой дядя работал с креплениями для задников, так что я, так сказать, знаю все тонкости дела.
– Понятно. Итак, вы пошли перерезать веревку, которая мешала занавесу открыться. Сколько времени это заняло?
– Больше, чем следовало, – проворчал Винчестер. – Каждый раз, когда я поднимался туда раньше, там горел свет, чтобы я мог разглядеть цифры на креплениях. Но сегодня там было темно! – Его тон прозвучал почти удивленно. – Поэтому я зажёг спичку, чтобы лучше видеть. В этот момент притащился Коуп, стал топать по металлическому настилу на помосте. Мне показалось, что он вот-вот там всё сломает!
– Коуп, да? Что ему было нужно?
– Он зашипел на меня, велел потушить спичку. Сказал, что веревки и весь прочий хлам легко воспламеняются. Откуда вообще я мог об этом знать? Но мне надо было спешить, поэтому я просто пересчитал веревки в темноте и перерезал ту, которая была шестой. И, кажется, это сработало, потому что занавес открылся, верно? – Спектор не мог не признать его правоты.
– Хорошо ли вы с Коупом ладите? Вы друзья?
– Нет, мы не друзья. Но он неплохой. Знаете, он ведь растит больного ребёнка. Мальчика. Его жена умерла, так что сын остался только на его попечении.
Спектор кивнул.
– И что произошло после?
Винчестер замялся.
– Я вернулся вниз.
– Вы вернулись вниз по винтовой лестнице?
Пауза. Затем последовал несколько неуверенный ответ:
– Да.
В этот момент Флинт решил вмешаться:
– Почему мне кажется, что вы лжёте, Винчестер? У вас и так достаточно проблем. Будь я на вашем месте, не пытался бы юлить.
Винчестер раздраженно вздохнул.
– Хорошо. Я не сразу пошёл вниз… Мне не понравилось, как Коуп разговаривал со мной. Он вёл себя так, будто я идиот. Поэтому я остался там ненадолго, чтобы втолковать ему, что я об этом думаю.
– Вы угрожали ему?
– Нет, ничего подобного! – Но по тому, как взгляд Винчестера заметался по комнате и как он смочил губы юрким движением языка, стало очевидно, что всё было именно так, как предположил Флинт. – Просто я не выношу, когда на меня смотрят свысока. К тому же я переживал, что он мог предупредить Туми о моём появлении.
Теперь осторожность Коупа и его намерение солгать полиции имели смысл. Он пытался не остаться на плохом счету у Неда Винчестера.
– Где был ваш дядя, пока вы валяли дурака на помостах?
На это Нед Винчестер пожал плечами.
– Спросите об этом у него.
– Можете не беспокоиться, – сказал Флинт, – именно это мы и сделаем.
– Лично меня, – рассеянно пробормотал Спектор, – куда больше интересует, почему ваш дядя вообще послал вас наверх. Если он пытался скрыть ваше присутствие, зачем поручил вам задачу, которая, как он должен был знать, обречёт вас на встречу с закулисным персоналом?
Винчестер пожал плечами.
– Дядя Сид был немного не в себе. Иногда он нуждается в помощи. Он уже далеко не так силён, как был когда-то. Ему не следует постоянно подниматься и спускаться по лестнице. Так или иначе, когда
