Энни вспомнила, что Дэниэл предупреждал ее, как опасен Рейн. А ведь Дэниэл старался найти лучшее в людях, и это отмечал сам Оливер.
Вскоре после десяти в магазин ворвалась Элла Прессвуд, растрепанная и небрежно одетая. Это был ее имидж. Элла достигла совершенства в создании образа богемного хаоса. Каждый день она изобретала что-то новое: цвет волос, комбинации в одежде, аксессуары, предпочитая носить тонны тяжелых висячих украшений. Ceгодня ее волосы имели яркий оттенок фуксии и были прилизаны чем-то влажным и липким. На Элле были горчичного цвета футболка и деловой пиджак, явно предназначенный для крупного мужчины. Вокруг шеи обмотаны нитки фальшивых драгоценных камней.
— Доброе утро, Энни. Извини, что опоздала. Ехала на автобусе черт знает откуда. Пассажиры — сплошные придурки. Слушай, я вообще не ожидала увидеть тебя сегодня.
Энни смахнула метелкой из перьев пыль с лакированного слона.
— Мне казалось, я объясняла тебе, что мы с Оливером откладываем медовый месяц до возвращения Дэниэла.
— Да, знаю. Но вы женаты всего несколько дней. — Элла с любопытством посмотрела на нее. — Обычно люди берут несколько выходных.
— Какой смысл? Я все равно провела бы эти выходные в одиночестве. Оливер сегодня утром отправился прямо в офис моего брата. Важно, сказал он, чтобы все его там увидели.
— Разумно. Я знаю, как ты последнее время волнуешься по поводу бизнеса своего брата. — Элла копалась за прилавком. — Слушай, как это случилось, что я даже не подозревала по поводу тебя и Оливера. Рейна? Ты обычно не такая скрытная, Энни.
— Да, но Оливер хотел, чтобы все оставалось в тайне.
— Плохо, что из-за состояния дел вам пришлось поторопиться со свадьбой. Вы не смогли подготовить достаточно большого события. Ни свадебного платья, ни чайного сервиза, традиционного подарка жениха, ничего.
«Это точно, что ничего», — уныло подумала Энни. Даже старомодной первой брачной ночи. Но, как сказал Оливер, право выбора было за ней. Если она захочет лечь с ним в постель, он готов.
— Оливер все равно был бы против большого мероприятия, — сказала Энни, — Он очень замкнутый.
— Замкнутый, говоришь? — Элла разглядывала свои прилизанные волосы в необычном зеркале, висевшем на стене. На зеркале было нарисовано красками распахнутое окно какой-то комнаты. — Не обижайся, но он выглядит немного странным.
— В твоих устах эти слова звучат довольно забавно. Оливер по крайней мере не красит волосы в розовый цвет.
— Согласна, хотя нужно признать, что не много мужчин его типа носят такие длинные волосы, — в раздумье сказала Элла. — Но дело, конечно, не в волосах. Оливер — мрачный, загадочный, понимаешь меня? Я бы никогда не подумала, что тебе может понравиться такой мужчина.
Энни нахмурилась.
— А какой мужчина, по-твоему, мог бы мне понравиться?
Элла пожала плечами.
— Кто-нибудь типа Куигли, который работает по соседству с нами. Или этот виолончелист, с кем ты некоторое время встречалась. Ой, я вспомнила. — Она отвернулась от зеркала. — Вчера он прислал тебе посылку. Наверное, узнал о твоей свадьбе. Энни просияла.
— Посылка от Мелвина Финча? Где же она?
— За прилавком.
Поспешив за длинный прилавок, Энни обнаружила там небольшой пакет. Она разорвала обертку и нашла внутри записку:
«Энни от Мелвина. Поздравляю со свадьбой. Надеюсь, ты нашла парня, которого представляла в своих безумных мечтах. Ты заслуживаешь самого лучшего».
— Как мило. — Энни была тронута. — Это компакт-диск с записью музыки, исполняемой симфоническим оркестром Среднего Запада. В составе этого оркестра он сейчас выступает.
Элла скорчила гримасу.
— Представляю.
— Ну ладно, Элла. Мелвин очень милый человек.
— Очередная из твоих раненых пташек, как их называет Джоанна. Ты его нашла, подлечила и, когда он стал в порядке, отпустила.
— Мелвин шел за своей мечтой, — задумчиво произнесла Энни. — Мы с ним никогда по-настоящему не любили друг друга. Просто были хорошими друзьями.
— Хочешь сказать, что жалела его, а Мелвину нравилось, что ты его жалеешь.
Дверь магазина «Безумные мечты»с сокрушительной силой распахнулась в тот момент, когда Энни укладывала подарок Мелвина в ящик.
В зал ворвалась женщина с волосами цвета воронова крыла, в одежде ярко-красного, как пожарная машина, оттенка. Она скривила свои малиновые губы и подождала, пока все внимание Энни с Эллой не будет обращено на нее.
— Дорогие мои, — величественно произнесла она. — Я вернулась, чтобы еще раз взглянуть на ваши странные вещицы.
Энни рассмеялась.
— Ты собираешься дать нам еще один шанс, Рафаэла? Я помню, как ты сказала, что в «Безумных мечтах» все слишком уродливо для твоего проекта.
Марта Лу Стоттс взяла себе своеобразный псевдоним Рафаэла два года назад, когда решила стать дизайнером по интерьеру. Плюс к тому, она стала одеваться на людях только в красный цвет. Объяснив однажды Энни, что этот цвет был ее фирменной маркой.
Два месяца назад Рафаэла обрушила на «Безумные мечты» новость: ее выбрали для выполнения работ по интерьеру в резиденции Пола Шора в рамках подготовки к ежегодному бенефису искусств. Она была в диком восторге. Для нее это стало высокой оценкой ее профессиональных заслуг.
Сначала Энни очень надеялась, что Рафаэла использует какие-то ее вещицы в своем дизайне. Для магазинчика «Безумные мечты» это было бы хорошей рекламой. Но Рафаэла сопротивлялась.
— Тебе повезло, Энни. — Рафаэла уронила свой красный портфель из кожи на пол и лучезарно всем улыбнулась — Энни, Элле и «Безумным мечтам». — Я считаю, что дошла до той стадии в этом проекте, когда мне действительно требуется нечто будоражащее чувства и ласкающее глаз.
— Это здорово! — с энтузиазмом воскликнула Энни. — Как насчет слона?
Рафаэла закатила глаза.
— Не смеши меня. Со слоном тут нечего делать. Я создаю образ экзотической фантазии с элементами неодеко.
— Как насчет карусели? — предложила Элла. Рафаэла взглянула на сверкающую карусель.
— Возможно. Но я думаю, что складная ширма со сценами из жизни джунглей подошла бы гораздо лучше.
— Ты можешь использовать все, что хочешь, — быстро сказала Энни. — Я очень тебе благодарна, Рафаэла. Это будет для нас замечательной рекламой.
— Не стоит благодарить. — Рафаэла бросила на нее полный симпатии взгляд. — Для чего тогда нужны друзья?
Ответ Энни прервал звонок неонового телефона, стоящего на прилавке.
Элла подняла мерцающую трубку.
— «Безумные мечты». — Она послушала с минуту. — Конечно, сейчас я ее позову. Как о вас сообщить? Хорошо. — Она закрыла трубку ладонью. — Сибил Рейн, — сказала она одними губами.
