я никогда до этого даже словом не перекидывался.
— Наверно, — пожал я плечами. — Калькулятора под рукой нет.
Теперь всё встало на свои места. Система счета, видимо, такая же, как и с планетарными мобами. Опыт равняется квадрату уровня.
— Много наколотил?
— Свой уровень отбил, — ушел я от прямого ответа.
— Да мы тут все его отбили. Количественно сколько?
— Сотку с мелочью, — похвастался я, в очередной раз не желая делиться правдой. И с чего я стал таким скрытным?
— Нормально, — он хлопнул меня по плечу и, не задавая лишних вопросов, направился к следующему телу.
И что это, спрашивается, было? Тоже хотел козырнуть своим количеством? Или выжившие теперь становятся одной большой и дружной семьей? Аж самому смешно.
— Я что-то не понимаю, — донёсся до меня голос Дмитрия Хрящева, — мы сейчас где вообще?
Развернул список игроков. Из тех, кого я более-менее запомнил остался Альберт, майор, психокинетик и детдомовец-пофигист. Да уж, сильно нас потрепало.
— В расколе, — ответил хмурый человек, на котором, казалось, не было никаких повреждений. Он стоял в окружении команды щитоносцев, которые вполне удачно противостояли наступающим тварям.
— Ага. Если это раскол, то куда мы переносимся через две минуты? — язвительно поинтересовался майор.
— Эээ, — многозначительно протянул боец.
— Так, — взял слово Альберт, — всех наших домой отправили?
— Да.
— У кого не осталось оружия или брони?
Тридцать секунд мы потратили на перераспределение доспехов, мечей и копий. Свой шлем я передал человеку, который интересовался, сколько я наколотил мобов. Этот элемент защиты мне был не нужен. Эх, найти бы что-нибудь системное, но при этом такое, чтобы совершенно не загораживало обзор. Какую-нибудь системную каску или что-нибудь вроде того…
— Сколько унбэшек осталось? — спросил наш неформальный лидер.
— Девять. Желтый, — ответил командир щитоносцев.
— Нормально.
На мгновение ощутил себя в компании людей, которые связаны общим хобби. Они тоже общаются на непонятном мне языке. Слова-то, вроде, знакомые, и даже можно уловить общий смысл, но конкретики никакой. Не знаю, на лице отобразилось непонимание или майор просто догадался, что я не в теме, поэтому пояснил мне:
— Унбэшки — это те, кто выбрал защиту от школы элементализма. Взял от неё универсальный блокиратор. Желтый — значит потери составили менее пятидесяти процентов.
— Так много людей выбрали защиту от неё? — новость была немного неприятной. Из огромного количества магических направлений (их были сотни), люди почему-то взяли сопротивление именно от стихийного колдовства. Нехорошо!
— Мало. Ты не обратил внимание, что здесь собралась не только элит спецслужб? — Дмитрий Хрящев кивнул на детдомовца-пофигиста.
— Обратил.
— По всему Авалону их собирали. Времени мало было. За вот этим, — снова показал на солдата, — даже вертолет отправляли, иначе не успел бы добраться до охотничьей вышки. Сам Столыпин распорядился…
— Приготовились! — приказал Альберт!
Все бойцы, не сговариваясь, встали спина к спине. Атака могла быть с любого направления. Плохо, что я истратил почти всю ману. Сейчас полагаться можно было только на хаотическое кольцо.
Ощутил, как тело опутывают незримые нити. Сознание погружалось в забытие. Попытался сконцентрироваться хотя бы на интерфейсе, но перед глазами раскинулся бесконечный и непроглядный мрак. Ожидал увидеть знакомые слова, что я убит и возвращаюсь к артефакту фиксации. Всё оказалось проще — мы оказались в индивидуальных квадратах с силовыми барьерами.
— И дальше что? — спросил майор. — Это и есть элементальный раскол?
— Думаю, теперь будет смена локации, — проговорил я. Мы стояли достаточно близко друг к другу, так что каждый мог слышать, о чем говорят другие.
— Поясни, — сказал Альберт.
— На арену амфитеатра вы перенеслись отсюда. Сейчас нас закинет в какое-нибудь другое место.
— Есть предположения в какое именно?
— Это может быть что угодно, — я вспомнил хаотический провал. — Даже такое место, которое мы и представить не можем. Нет смысла гадать. Увидим.
Мы принялись ждать. Не знаю, сколько прошло времени, но по ощущениям никак не меньше полусуток. Блокировку с органайзера никто не снимал, так что часов перед глазами не было.
Сперва продумывали план дальнейших действий. Потом делились школами. Формировали группы. Перекидывались историями и анекдотами. Заметил, что бойцы, которые сейчас находятся со мной, вполне приятные ребята.
Я уже видел седьмой сон, когда в мой полет над Москвой вмешался звук оповещение. Попытался развернуть интерфейс, но его не было. И что за черт? Почему я его не вижу?
— Фрол, проснись! — донёсся откуда-то издалека голос майора.
Открыл глаза, вскочил на ноги и приготовился во все стороны бить магией, но врага нигде не было. Нормально так меня вырубило…
Дмитрий только ухмыльнулся. Тем временем Альберт раздавал приказы:
— Унбэшки, никому не выходить! Остальные, думайте сами. Экипировать доспехи. Выпить обезболивающее и все усилители. Приготовить оружие.
Я сконцентрировал на сообщении:
Внимание! Вы находитесь в расколе элементального плана.
Количество возможных участников: 23 / 39.
Покинуть пространство (вы будете уничтожены и перенесены к артефакту фиксации. Весь функционал будет восстановлен. В награду получите один знак силы): да / нет?
Начать прохождение: (бонуса не предусмотрено): да / нет?
197с… 196с… 195с…
— Фрол, идешь дальше или остаешься? — спросил майор.
Я улыбнулся:
— Иду, конечно.
Глава 10
Последние секунды подходили к концу. Часть бойцов всё же решили вернуться в настоящий мир. Я видел, как силовой барьер, после отказа от дальнейшего прохождения, начал сдвигаться. Зрелище было, мягко говоря, не самым приятным. Людей расплющивало прямо на наших глазах. Все малодушно отвернулись. Я — в том числе. Даже бесстрастный Альберт и молодой пофигист зажмурились и закрыли уши. Да и я попытался абстрагироваться от рвущихся криков. С таким даже обезболивающее не сможет справиться. От чавкающего звука сжимающейся плоти и хруста размалываемых костей меня передернуло. Когда всё было кончено, тел не осталось. Ну хоть что-то. Очень не хотелось бы смотреть на это кровавое месиво. Боевой дух после данного зрелища упал ниже плинтуса, хотя, признаться, начинаем привыкать…
Все погибшие освободили инвентарь. Альберт рассудил, что предметы могут перенестись в другую локацию. И оставались опасения, что если на теле будут элементы экипировки, то человек не растворится и не отправится к артефакту фиксации. Доспехи, как и оружие, силовое поле тоже перемололо в невесомый порошок.
Винить солдат в выходе не имело никакого смысла. Во-первых, у них не было защиты от элементализма, так что вероятность выживания сводилась если и не к нулю, то близко к этому. Во-вторых — отсутствие еды и воды. Армейцы хоть и подготовлены к подобным тяготам, но всё же оставались обычными людьми. Да и не факт, что у них есть нужные параметры, которые хотя бы немного могут компенсировать это неудобство. И в-третьих — иногда
