проговорил я, смотря в знакомый затылок.
— Сможешь кольцом сделать выступы, чтобы мы спустились?
— Могу попытаться.
Признаться, я и сам раздумывал над чем-то подобным. Для этого и вырезал кусок в породе.
— Ты не пытайся, — раздался в левом ухе голос майора. — Ты делай. И не под прямым углом. Руки и ноги могут соскользнуть. Считай, это будет твоей благодарность за твоё же спасение.
Если смотреть объективно, меня, скорее всего, убило бы каменной сосулькой. Без Дмитрия точно бы не выжил. Прилетит глыба по голове — прокаченная мощь не поможет. И при такой концентрации сыплющихся сталактитов, увернуться точно не получится. Может всё-таки шлем надеть?..
Проверил таймер — к концу подходила третья минута из отведенного часа. За это время мы уже потеряли минимум четверых. Что могу сказать? Прекрасное начало прохождения этого раскола.
Глава 11
— Правая. Десять сантиметров. На одиннадцать часов, — сказал сосредоточенный Альберт. — Вперед!
Двадцать два человека, стоящих на скальном выступе, синхронно сделали небольшой шаг. Ахмед, прижатый к стене, обменялся местами с плечистым игроком. Отлично! Полдела сделано. Теперь осталось нам вдвоем оказаться у самого обрыва, не зацепив при этом других солдат.
— Спокойно! Всё хорошо. Мы справимся. Правая нога пять сантиметров на десять часов. Довернуть корпус. Замереть! Вперед! — мы, подчиняясь воле командира, сразу же выполнили требуемое.
На самом деле чудо, что никто не улетел вниз, когда мы бежали из захлопывающейся ловушки. Стоит отдать должное: военные, хоть я их в последнее время не сильно-то и люблю, обладали неплохой выдержкой. Они смогли среагировать и расположиться так, чтобы каждому хватило места. Будь на месте армейцев хоть те же бывшие старички, то можно было бы возвращаться в обычный мир. Думаю, соскользнули бы с промороженной поверхности и дружно сверзнулись к самому подножью. Но всё же без потерь не обошлось.
Две минуты назад один из бойцов сорвался с нашего балкончика. Мощный поток ледяного ветра, собравшись в пятипалую конечность, обвил бедолагу за лодыжку и сдернул его с безопасной зоны. Игроку хватило мозгов не утянуть за собой ближайшего солдата, за которого тот держался. Признаться, я бы на его месте попытался (рефлекторно) схватиться за кого-то. В общем, честь ему и хвала! Медаль за отвагу точно заслужил.
Я слышал протяжный мат, который с глухим стуком прервался.
— Двести! — крикнул Котов. Его пятки также находились над пропастью, и он мог видеть всё, что происходит снизу. — Исчез. Инвентарь освободился. Снега внизу нет. Спрыгнуть не получится.
— Да? А ты хотел попытаться? Тут всего тридцать метров. Давай, человек с боевой, мать его, косой, прыгай, — из-за чего-то вызверился майор.
— Разговоры!
Погибший боец дал нам немного дополнительного пространства для маневра. Кто-то стоял лицом к обрыву, другие — спиной, третьи — боком. Альберт сказал, что бывший вход в пещеру — это двенадцать часов. Действуя по этому ориентиру, мы смогли развернуться и занять одинаковую позицию. После — под управлением командира — начали постепенно смещаться.
Кто-то предложил использовать артефакториум, но Дмитрий Хрящев наорал и на этого человека:
— Ты дебил? Исчезнешь ты, а дальше что? Появишься через пять минут и поскидываешь всех нас.
— Я могу взлететь, — сказал Ахмед.
— Отставить взлёт! — приказал Альберт. — Тебе нужна мана.
— Так пусть активирует свою способность в пяти метрах над землей, — предложил Котов.
— Не получится. Мне нужна опора под ногами.
Всё-таки мы справлялись. С неторопливостью черепахи и аккуратностью хирурга смогли продвинуться к самому краю. Я заметил, как моб, которого недавно добил психокинетик-Март, начал подниматься. Одну за другой активировал морозные сферы. Монстр уже прислонил конечности к стене, но его тело рассыпалось под действием заклинаний.
— Это что было? — спросил Ахмед. Действие моей магии он не видел.
— Что там? — раздался голос Альберта.
— До огненная обезьяна встала, но сразу же исчезла.
— Опасность?..
— Вроде нет. Ты готов? — обратился ко мне летун. — Мы будем планировать. Но в десяти метрах мана кончится, так что постарайся выжить. Высота несмертельна. Зелье регена, если что-то сломаешь, должно справиться. Экипируем броню.
Посмотрел вниз. Вроде и умирал несколько раз, и действия самой настоящей магии видел, и встречался с неведомыми существами, но всё равно находиться на уровне крыши девятиэтажки, а потом шагать с неё — по меньшей мере некомфортно.
Я кивнул, надевая системный доспех. Ахмет тут же обвил меня руками и начал заваливаться. Мимолетное чувство падения, когда я понял, что лечу, сменилось детским восторгом. Армейцы, стоящие на обрыве, плавно удалялись от меня.
Увидел, как вьюга снова собирается в гигантскую руку и направляется к балкону.
— Готовься! — отцепляясь, крикнул боец.
Сразу же ощутил, как гравитация рванула меня вниз. Как только стопы коснулись земли, ушел в перекат. Системные доспехи и прокаченная мощь погасили часть инерции, но всё равно досталось мне неслабо. Пятки болели, поясница трещала, в затылке пульсировало мелкими колючими иголками. Всё же жить буду. Ничего смертельного. Через пару минут забуду об этой неприятности.
Рядом плюхнулось еще два тела. Первым был Ахмед, схватившийся за поврежденное колено. Второй — солдат, которому не повезло нарваться на ледяную конечность. Ладони последнего пару раз конвульсивно дернулись, затем расслабились, а после боец исчез. Из него выпал щит и множество склянок. Заметил пару вывалившихся зелий лечения, подобрал и протянул одно из них летуну. Тот, кривясь от боли, сказал, что у него всё есть. Я пожал плечами и убрал всё в инвентарь — пригодится.
Осмотрелся. Вся поверхность, на которой я стоял, почему-то была белой. Буря гуляла где-то в вышине, а досюда добирались лишь слабые отголоски ветра. Воздух казался спертым и затхлым. Откуда-то тянуло тухлятиной. Сконцентрировался на направляющей способности — ближайший моб находился в полукилометре. Будем считать, что я в безопасности.
Мимолетно задумался: стоит ли вообще спасать этих армейцев? Есть ли от них толк для меня? Поразмыслив, понял, что они не помешают: монстров нам делить не надо, а группой проще выживать. К тому же уверен, что Столыпин опросит всех и каждого, а эти люди ничего против меня предъявить не смогут. Наоборот — скажут, что я всеми силами защищал их. Плюс мне в карму. А проблема побега из лагеря всё ещё остаётся…
Ну как же всё-таки неприятно находиться под чужим контролем! С чего я вообще в своё время взялся помогать этому генералу? И ведь рассказал ему намного больше, чем планировал. Странно это.
Приблизился к стене. Она казалась гладкой и монолитной, будто сделанной из отполированного гранита. Вогнал в неё лезвие. Четырьмя движениями вырезал прямоугольник. Затем двумя выпадами отделил тыльную сторону. Появилась проблема: высеченный кусок
