Я ж только недавно перестала быть дойной коровой. У меня только жизнь снова началась. Марика, ну хоть ты меня пожалей! — захныкала Юля и уткнулась ей в плечо.
— Пожалею и подниму бокал за новоиспеченного молодого папашу Даниила Творческого! Он будет несказанно рад. Правда после того, как поплачет и закончит истерично писаться от страха, — ответила Марика, и они с Юлькой, рассмеявшись, выдули очередной бокал шампанского, совершенно не обращая внимания на задумчивую Арину. — Ну и когда мы сможем лицезреть душещипательную сцену с криками, слезами и соплями “великого режиссера” под названием “Творческий узнает, что скоро станет отцом”? — во всю прикалывалась Марика над несдержанным характером любовника Арины.
— Я не уверена, что отец — Даник, — тихо прошептала Арина, на которую напало какое-то отупение. У нее пересохло во рту, и она обессилела. Она понимала, что должна сейчас что-то сделать и как-то отреагировать на эту новость, только не знала, как именно. Арина совсем растерялась.
— А кто же счастливый папаша? — удивилась Марика.
— Саша.
— Подожди, ты спишь с Авериным? — Марика была явно шокирована. — А как же Даник?
— Вот это по-нашему, — засмеялась Юля, — Муж любовнику не помеха! Молодец, Аверина! Растешь в моих глазах! На войне все средства хороши. Хрен теперь Аверин куда денется.
— А если отец все же Даник? — возразила Марика и из-за нахлынувшего шока залпом выдула еще один бокал.
— Да какая разница кто отец? — возмутилась Юля. — Она за кем замужем? Чье имя стоит в паспорте, тот и папа!
— Арина, ты расскажешь Аверину? Или Данику? Или собираешься утаивать сию шокирующую ценную информацию? — спросила Марика.
— Нет, подруга, не вздумай скрывать от Аверина ребенка. Это глупо. И не дальновидно. Настоящий “отец” должен знать, что скоро станет самым счастливым мужчиной на свете, — съязвила Юля, рассмеявшись. — Он просто обязан вернуться в лоно семьи и не расстраивать беременную супругу наличием мымры-любовницы.
— Очень сомневаюсь. У Аверина столько времени не получалось наделать ей ребеночка, а тут… а когда ты стала изменять Данику с мужем? И почему я об этом не в курсе? Стой, или она Аверину изменяла? Ой, че-то я запуталась в ваших бразильских страстях! — засмеялась уже изрядно захмелевшая подруга и закрыла глаза руками.
— Закусывай, мать! — прыснула Юля, протягивая Марике суши. — Вот потому, что Аверин раньше не мог, значит, он сейчас просто обязан обезуметь от свалившегося счастья и окончательно закрыть тему развода. Как там говорят? Кто последний, тот и папа! И хрен он увернется!
— Ага, а со своим Орловым провернула бы подобное? — на вопрос Марики Юля показала той язык, а потом расширила от ужаса глаза:
— Бабы, мне хана. Я теперь мужикам не вру. Сплю только с мужем. И, вообще, стала честной и порядочной! Девки, спасайте! Мне самой от себя тошно! — наигранно захныкала Юля. — Твою ж мать! Я ж превращаюсь в Алису Баринову! — сказала она и они прыснули вместе с Марикой.
— Я вам не мешаю?! — рявкнула Арина на полупьяных, базарных куриц, которые откровенно насмехались над ее непростой ситуацией. Подруги резко замолкли, глядя на побледневшую Арину, готовую вот-вот грохнуться в обморок.
— Арина, мы просто дурачимся, — попыталась оправдаться Юля. — Ну, ты чего?
— Вы не понимаете, что происходит, да?! — заорала Арина. — Я всегда предохранялась с Творческим. ВСЕГДА! А на гастролях он так напился, что ничего не получилось даже, поэтому отец НЕ Даник! Мы десять лет с Авериным пытались зачать. И вот теперь, когда у нас получилось, — Арина запнулась, смахивая со щеки слезу, — Саша мне не поверит, девочки! Он никогда не поверит, что ребенок, которого я ношу — ЕГО!
Ведь судьба не может быть настолько несправедлива к ней… Это должен быть ребенок Аверина!
Глава 8
На следующий день, еле дождавшись пока не до конца протрезвевшие подруги уберутся, наконец, из ее квартиры, Арина побежала в ближайшую аптеку. Нагло пройдя без очереди под возмущенные окрики покупателей, она затребовала тесты на беременность.
— Сколько именно? Есть предпочтения насчет производителя? — спросил длинный тощий фармацевт, явно не понимая, зачем ей сразу несколько тестов.
— Дайте мне все, что есть в наличии.
Оставшуюся часть дня Арина провела, бегая из кухни в ванную комнату, давясь огромным количеством жидкости и упорно выполняя указанные в инструкциях предписания.
Все сорок два теста показывали две красные полоски и, сделав последний, тоже давший положительный результат, Арина успокоилась. Господи! Это действительно не сон. Она — беременна!
С двадцати трех лет Арина мечтала об этом дне. Сколько же она лечилась после одной ужасной ошибки, сделанной девять лет назад! Нескончаемые таблетки, уколы, процедуры — она прошла через все! Даже три неудачных ЭКО. Прежде чем увидеть две заветные полоски, появившиеся, когда Арина совсем было, махнула рукой от отчаяния. Уму непостижимо!
Семь с половиной лет мучиться и через столько пройти, чтобы долгожданная беременность наступила сама собой. Семь с половиной долгих лет лицезреть кислую физиономию Аверина, его резкий колючий взгляд и недовольно поджатые губы, когда она сообщала ему, что у нее началась менструация — было сущим кошмаром! Узнавая об очередном фиаско своей непутевой супруги, Саша одаривал ее беспощадным неодобрительным кивком, от которого ей хотелось провалиться сквозь землю. Аверин ничего не говорил. Арина не слышала ни единого слова поддержки, не получала ни одного утешительного объятия. Она бы многое отдала за то, чтобы Саша хоть раз ей сказал: “У нас обязательно получится”. Однако при каждом ее провале Аверин запирался до утра в своем кабинете на ключ, а Арине оставалось только рассматривать их свадебные фотографии и ностальгировать по времени, когда они безудержно тянулись друг к другу.
На все ее вопросы врачи разводили руками, говорили, что необходимо набраться терпения и продолжать лечение. Арина стойко переносила любое живодерство людей в белых халатах только для того, чтобы увидеть, наконец, довольную улыбку Аверина. Однако несмотря на все усилия, у них не получалось зачать. Она бы и дальше продолжала бороться. Но полтора года назад после третьего ЭКО муж даже не спросил ее о результатах процедуры. Саша сделал вид, что просто забыл и замотался. Для Арины его небрежное отношение к такому важному вопросу стало маленьким убийством. Его
