Я поднялся к себе и принял душ, взглянул на себя в зеркало и сглотнул. Есть еще одна проблема, о которой знает пока только Бетховен. И хорошо, что так. Не только Коту придется тяжело на предстоящем концерте. Я печально улыбнулся и качнул головой. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Нужно устроить Шелу дебют. А там потом посмотрим.
Через час в комнату постучали, я как раз надел последний браслет и пытался вставить пирсинг в язык.
Я обернулся и снова завис.
На нем были черные джинсы и обтягивающая как вторая кожа футболка, высокие сапоги, явно принадлежащие Коту, и митенки, также на запястьях были кожаные напульсники. Волосы решили не трогать, потому что пока еще держалась укладка Марселя, а вот сережки в милых маленьких ушках были другие. Черные висюльки в форме крестов. Я убрал руки и улыбнулся.
- Ну, как?
- Ты задавал этот вопрос, и я ответил на него утром. Прекрасно. Не поможешь мне?
- Чем?
- Вставь мне штангу.
Он подошел и удивленно посмотрел на меня, взял пирсинг.
- У тебя проколот язык?
- Да. – Я открыл рот и высунул язык, он аккуратно вставил штангу с первой попытки и вдруг вжался в меня. В сапогах он был чуть выше. И мне даже не нужно было наклоняться, я захватил его губы в поцелуй. Благодаря за помощь. Он был такой податливый сейчас, совершенно не робко проскользнул язычком в мой рот, коснулся штанги и застонал.
- Вкусно. – Оторвался он от моих губ.
- Я часто забываю ее.
- Теперь не забудешь о том, что мне нравится. – Улыбнулся мышонок. Я прикусил ему мочку ушка повыше проколотых недавно дырочек и отступил.
- Теперь нет. Ребята готовы?
- Да, они прислали меня сообщить тебе, что, цитирую: «Мы ожидаем тебя, о Величество».
- Стукни, пожалуйста, Кота от моего имени. – Засмеялся я.
Клуб встретил нас громкой музыкой и табачным дымом, хотя это место было не совсем обычным, здесь часто выступали звезды и звездульки. И его хозяин был мой старый знакомый. Почему я выбрал именно это место? Потому что тут, еще ко всему прочему, тусуется вся богема.
На Шела смотрели оценивающе, на меня как обычно, Кот растворился в толпе фанаток, остальные также занялись своими делами. Два огромных шкафа, именуемые в быту охрана Господина, не отставали от нас.
Шел нервно теребил напульсник.
- Шел, успокойся. – Наклонился я к нему. Наш столик был свободен всегда, вот к нему я и продвигался. Не здороваясь ни с кем и не останавливаясь. Он шел за мной с гордо поднятой головой и с непроницаемым взглядом. Но я знал, пальчики на руках моего мышонка судорожно сжаты и дрожат.
- Почему мы не остановились и ты не говорил ни с кем? – садясь за столик, спросил он. Я вальяжно развалился на диванчике насыщенного серого цвета.
- Потому что здесь так не принято. Кому интересно - сами подойдут и спросят, и поверь, интересно всем, поэтому не пройдет и часа, как все здесь будут знать кто ты.
- Я?
- Шел, мышонок мой, ты сегодня у нас звезда вечера. – Спокойно уведомил его я. Он сидел с ошарашенным лицом и смотрел на толпу вокруг. Я нежно перехватил дрожащие пальчики и сжал.
Малыш, это шоу-бизнес.
Глава 10. Мышонок и первый шаг.
Через полчаса мой мышонок был раздражен. Я даже немного удивился, но потом понял - внимания Шел не любит. Вообще.
Вот и сейчас к нам подошел очередной любопытный и склонился к нему.
- Приветствую такую красоту в нашем логове. – И хотел протянуть ручки к моему мышонку, я уже открыл рот для того чтобы отбрить, как услышал сдавленное.
- Руки уберите.
Я хмыкнул.
- Мираж, это что же за чудо такое? В газетках пишут - твой новый любовник… - с наглой мордой сообщил Корбин, продюсер одной из певиц, как же ее там зовут, да и неважно. Шел даже ухом не повел на явную провокацию, а я как всегда кровожадно улыбнулся и мягко положил руку Шелу на плечо.
- Шел, мы ведь любовники? –
Он повернулся немного и с точно такой же улыбкой ответил:
- В твоих мечтах, Мираж. – Корбин вопросительно поднял бровь.
- Что? Я не знаю как ты, но я - со своими музыкантами не сплю. И еще, почитай что ли, вечерний выпуск газеток.
Корбин ухмыльнулся и, развернувшись, пошагал к своей певичке, обнял ее за талию и тут же засосал.
- Это нормально? – тихо спросил меня Шел.
- Нормально, не обращай внимания. Пойми, Шел, мне не важно, что они думают обо мне, но тебя я проведу в мир шоу-бизнеса только твоим талантом. Мы не любовники, ты вообще у меня традиционной ориентации.
Он лишь кивал на мои слова и мило улыбался.
– Но если я увижу хоть одни взгляд в сторону…
- Он улыбнулся шире.
- Мираааж… - пропели рядом, я снова скривился. – Какой у тебя мальчик! И откуда такой взялся?
- Миранда, крошка, а где твой муженек, опять по мальчикам, а ты в одиночестве?
Шатенка сморщилась.
- Мираж, ты всегда такой зануда.
Она протянула руку Шелу.
– Миранда Моро, журналист.
- Шел. – Пожал он руку этой акуле и грозе всех геев и лесбиянок в тусовке. Миранда сверкнула глазами.
- Мира, он не по твоей части.
- Я знаю, Мираж, все твои секреты, и то, что ты постоянно все пытаешься скрыть, но знаешь, я ведь не слепая и отлично умею разбираться в людях. – Она мило улыбнулась. – И благодари моего спутника, что уговорил меня сегодня прийти сюда как гостье, а не как журналистке. И еще… - она наклонилась, показывая грудь в декольте, неплохую такую грудь, - …если ты не знаешь, твой мальчик стопроцентный гей.
И упорхнула, я улыбнулся. На самом деле это не страшно, потому что, если Миранда Моро не сказала это во всеуслышание, то этого пока никто не узнает.
- Хочешь коктейль? – спросил я притихшего парня. Он кивнул.
– Шел, расслабься, будет еще много разных людей, если будешь нервничать из-за каждого - надолго тебя не хватит.
- Как ты так держишься?
- Я их всех ненавижу. – Просто ответил я и встал. – Посиди, я сейчас принесу нам выпить, да и ребят найду, а то они уже слишком загулялись.
