Уркварт постарался вытянуться по стойке «смирно» и не шевелиться. Пальцы на его ногах уже были сломаны от побоев, но на этот раз он получил немало точных ударов по почкам.
Рассвело. Проснувшиеся товарищи старались не смотреть в сторону Алистера, зная, что их могут наказать за одно проявление сочувствия.
День клонился к вечеру. От жара и боли Уркварт постоянно терял сознание, но толчки и удары приводили его в чувство, заставляя вновь встать по стойке «смирно». Кровь сочилась из ран на лице, руках и ногах. По телу ползали черви и насекомые. Солнце жгло кожу.
Ночью у него начались галлюцинации, но охранники приводили его в чувство и заставляли встать. Утром следующего дня Черный принц приказал отправить Уркварта в карцер. Он представлял собой яму с бамбуковой клеткой, в которую заключали человека. Она была настолько мала, что в ней можно было только сидеть на полу в испражнениях предыдущих заключенных. Сверху яму накрывали листом железа, отчего становилось жарко, как в печке. Мало кто вышел оттуда живым.
Уркварт провел в карцере шесть дней. Его трясло в ознобе от малярии. Отбитые почки и язвы причиняли невыносимую боль. Тело покрывал толстый слой грязи, по которому ползали насекомые.
В течение шести дней он то впадал в забытье, то приходил в себя и уже не надеялся, что удастся выжить.
Но Алистер Уркварт выжил.
После карцера его выходил врач британской армии, используя скудные средства, имевшиеся на тот момент в его распоряжении. Через несколько дней Алистер уже работал. Голый, босой, униженный и больной, он был возвращен на строительство железной дороги. Никакой передышки.
Однако Уркварт выжил там, где огромное количество людей погибли от голода, болезней, побоев или истощения. Из 330 тысяч военнопленных, отправленных на строительство Бирманской железной дороги, более 100 тысяч погибли.
Несмотря на все перенесенные тяготы, конец войны Уркварта был еще далек. К концу 1943 года, когда строительство дороги было закончено, его перевели в Сингапур на работы по разгрузке японских кораблей. Поднимаемые им коробки были тяжелее его самого, что неудивительно, когда вес человека меньше 40 килограммов. В сентябре 1944 года Уркварт вновь сменил место пребывания. На этот раз он оказался на грузовом корабле. Тогда он еще не знал, что их называют «кораблями ада».
Прозвище было вполне заслуженным. Трюмы так плотно забивались людьми, что те с трудом могли дышать. Невозможно было сесть, опуститься на корточки или лечь — ничего из того, что хотелось бы сделать. Упасть означало быть затоптанным насмерть. Большинство страдали от тех же болезней, что и строители Бирманской железной дороги: дизентерия, малярия, бери-бери. Когда заключенные заполнили сводящую с ума темноту трюма, «корабль ада» вышел в море.
У пленников не было воды, а температура достигала 38 градусов по Цельсию. Люди невыносимо страдали от жажды.
Полагаете, что вам тоже приходилось в жизни испытывать жажду? Ошибаетесь. Это не настоящая жажда. Не та, от которой опухает язык и начинаются галлюцинации. Когда вы забываете, что означает быть человеком. Люди умирали от обезвоживания, добавляя зловония помещению, наполненному запахами фекалий, мочи, пота и рвотных масс.
Людям приходилось пить собственную мочу, некоторые порывались убить ближнего, чтобы напиться его крови и насытиться мясом.
Мужчины умирали один за другим, но их тела никто не выносил. Они так и лежали в трюме, раздувшиеся, разлагающиеся и источающие тошнотворный запах.
Уркварт ждал смерти. Но, видимо, у судьбы были на его счет другие планы.
У японцев было пятьдесят шесть «кораблей ада». Американские подводные лодки потопили девятнадцать из них, погибли более 22 тысяч военнопленных.
Уркварт провел шесть дней в плавучей тюрьме, когда в борт попала бомба. Корабль стал тонуть. Японцы открыли беспорядочный огонь, стараясь уничтожить как можно больше людей в трюме.
Алистер неожиданно понял, что его выносит в открытое море.
В детстве он был бойскаутом и обучался некоторым правилам выживания. Одним из них было следующее: оказавшись в непосредственной близости от тонущего корабля, плыви в противоположную от него сторону так быстро, как только сможешь. В противном случае тебя затянет водоворот уходящего на дно судна. Собрав последние силы, Алистер поплыл.
По поверхности моря разлилось огромное пылающее пятно нефти, похожее на горящую патоку. Уркварт поплыл прямо сквозь него. Горящая нефть попадала в рот, обжигала кожу, но он не останавливался. Через некоторое время он набрался смелости и оглянулся. В пылающем море почти скрылся под водой корабль, ставший могилой тысячам людей. Спасшиеся, как и он, не находили в себе силы плыть, и пучина затягивала их, несчастных, выкрикивающих на прощание имена любимых и дорогих им людей.
У Алистера началась рвота, из него выходила смесь соленой воды и нефти. Мимо проплывал небольшой спасательный плот, он забрался на него и вытянулся в изнеможении. Однако расслабляться было рано. Поблизости было немало акул, выбирающих момент для нападения на тех, кто еще оставался на поверхности.
Полуживой Уркварт провел на плоту пять дней. Ему приходилось постоянно переворачиваться, пряча от солнца то одну, то другую часть тела, хотя почти вся его кожа уже была сожжена солнечными лучами. Кроме того, они повредили и сетчатку глаза, и он почти ослеп. Все волосы на голове выпали, язык распух до таких размеров, что он не мог ни говорить, ни глотать. От хронического обезвоживания начались галлюцинации. Мучавшие его язвы на теле разъедала соленая вода, смешанная с нефтью.
Он был на грани смерти, но все же отказывался прощаться с жизнью.
Полагаете, Уркварт уже давно заслужил, чтобы удача улыбнулась ему? Хотя бы чуть-чуть?
Не тут-то было. На шестой день его плот столкнулся с японским китобойным судном. Экипаж поднял его на борт и решил оставить у себя до возвращения в Японию. Уркварт вновь стал заключенным. Ему предстояло оказаться в условиях куда худших, чем он мог представить. Его новая тюрьма находилась в непосредственной близости от японского города Нагасаки.
Алистер Уркварт не мог знать, что война подходит к концу, а он станет практически очевидцем одного из самых трагических и разрушительных событий.
9 августа 1945 года он голыми руками вычищал тюремный туалет, когда до него донесся громкий рев и взрыв бомбы в ближайшем городе Нагасаки. Через несколько секунд обжигающий ветер — будто на него направили фен — сбил его с ног.
Никто в лагере не мог понять, что случилось. О том, что произошло, они никогда бы не догадались. Причиной потока горячего воздуха стала бомба под названием «Толстяк». Когда она упала на Нагасаки, температура воздуха подскочила до 4000 градусов по Цельсию. Не менее 40 тысяч человек в одно мгновение исчезли с лица Земли. Уркварту посчастливилось находиться не в эпицентре.
