— Ну что ж, — он глубокомысленно посмотрел на Игоря, — есть небольшое воспаление наружного характера, но с этим, я надеюсь, мы легко справимся. Главное, что резать вторично не придется. Благодарите Бога, Карташов, что так легко отделались. — Герасимов вернул Наташе полотенце и строго посмотрел на нее. — Вставать вашему подопечному не позволим еще дня два, а дальше все будет зависеть от его поведения. Бинты мы уберем, оставим только наклейку, так что, Наташа, посматривайте, не появятся ли следы крови или гноя. Сегодня подержите его на соке и бульонах, а завтра уже можно что-нибудь в виде кашки предложить. — Заметив кислый взгляд Игоря, хирург ободряюще похлопал его по плечу. — Держитесь, молодой человек! Манная каша — еще не самое страшное испытание в жизни! — Он опять повернулся к Наташе и добавил: — Настоятельно прошу вас на некоторое время ограничить нашего героя в курении. Не больше одной сигареты в день!
— Я не курю! — пробурчал Игорь и с некоторой долей смущения посмотрел на Герасимова. — Доктор, можно мне по одному вопросу переговорить с вами с глазу на глаз?
— Хорошо, хорошо, — согласился Герасимов, Выпроводив медсестер, он присел на стул рядом с кроватью Игоря. Заметив, что тот выжидательно смотрит на Наташу, спросил: — Синьорите тоже прикажем покинуть палату?
— Извините, Наташа, но мне нужно обсудить с доктором некоторые вопросы, не предназначенные для девичьих ушей, — пробормотал Игорь, старательно отводя взгляд, и вдруг неожиданно для себя сконфузился.
Наташа стремительно покраснела и уже привычно сердито закусила губу.
— Я в первую очередь медработник, а потом уже девушка, — произнесла она с негодованием. — И нечего стесняться. Если что-то у меня не получается, говорите сразу. Я свои обязанности знаю и все, что потребуется, выполню так, как положено.
— И правда, лейтенант, не стоит делать из мухи слона, — умиротворяюще пробасил хирург. — Конечно, Наталья — девица у нас видная, но поймите: подобных вам орлов через руки наших медсестер за месяц по нескольку сотен проходит. Так что смутить наших дам вашей голой, простите, задницей больших усилий стоит. Если они на каждого будут заглядываться, надолго их не хватит.
Глаза Карташова сузились и гневно сверкнули из-под бровей.
— Я все прекрасно понимаю, но мне все-таки не хотелось бы, чтобы столь юная особа усаживала меня на горшок.
Наташа задохнулась от злости: слишком уж демонстративно-насмешливым взглядом окинул ее Игорь. Она еле сдержалась, и только присутствие врача не позволило высказать все, что она думает об этом привереде, доставшемся ей в попечение.
Герасимов засмеялся:
— Вот оно что! Еще один хороший признак, что вы пошли на поправку, Карташов! Как только больной начинает стесняться медсестры или, наоборот, искать ее благосклонности, значит, пришла пора выписывать. Только у вас, голубчик, это слишком рано, на мой взгляд, проявилось. И теперь Наташино расположение вряд ли получится заслужить. Она у нас девушка строгая, выдержанная… — Хирург предостерегающе посмотрел на сиделку. — И думаю, все-таки простит вас при условии чистосердечного раскаяния.
— Семен Семенович, Наташа, — Игорь попытался приподняться на локтях, но, охнув от боли, упал на подушку, — я никого не хотел обидеть. Просто я привык обходиться без нянек… — Он с трудом перевел дух и виновато посмотрел на продолжающего улыбаться Герасимова и свою рассерженную сиделку.
— Ладно, хватит дискутировать по поводу и без повода. — Герасимов поднялся со стула и окинул пациента строгим взглядом. — В конце концов, я старше вас по званию и могу просто-напросто приказать выполнять все предписания врачей. Ну, а что касается интимных сторон вашего бытия, так и быть, избавлю Наташу от созерцания ваших мужских доблестей. Не дай Бог сглазит, правда, Наташка?
Девушка сердито сверкнула глазами и ушла к себе за ширму.
— Ох, и серьезная девица! — посмотрел ей вслед хирург и повернулся к Игорю: — Мой вам совет, голубчик, вы уже взрослый, опытный человек, поэтому не унижайте девочку. Хотя, если пожелаете, я попробую найти вместо нее кого-нибудь из пенсионерок. — Герасимов с хитрецой посмотрел на помрачневшего больного. — Только подскажите, а то я запамятовал, кто из нас двоих настаивал на Наташиной кандидатуре?
— Хорошо, сдаюсь! — Игорь поднял ладони вверх. — Но при условии, что туалет и ванную я буду посещать в одиночестве.
— При условии, что Наташа все же поможет вам добраться до оных апартаментов. Но больше никаких прогулок по палате до моего особого разрешения.
На том и порешили.
Наташа, дождавшись, когда Герасимов покинет палату, подошла к Игорю с подносом, на котором стоял стакан с клюквенным морсом и тарелка, крепкого куриного бульона. Лейтенант как ни в чем не бывало улыбнулся ей:
— Слышали, Герасимов разрешил мне пробежки до мест не столь отдаленных?
Девушка поставила обед на столик.
— Что ж, его слово для меня закон. Попробуем подняться. Придерживайте рукой наклейку, а я постараюсь помочь вам.
Склонившись над Игорем, Наташа обхватила его за плечи, и он удивился, как легко она подняла верхнюю половину его туловища. Выходит, зря сомневался в ее способностях.
От волнения Наташа то и дело закусывала нижнюю губу, и Игорь, несмотря на неимоверные усилия, которые ему пришлось затратить только на то, чтобы спустить ноги с кровати, тем не менее улучил момент и прижался щекой к ее груди. Наташа не отстранилась, и он заподозрил, что девушка даже не заметила его уловки. Прикосновение к мягкой, упругой плоти заставило на мгновение забыть о неприятных ощущениях в заштопанном боку, и Игорь достаточно резво поднялся на ноги. Сильнейшее головокружение отбросило его в сторону, и он, помимо воли, обхватил девушку руками и повалился на постель. Наташа со всего размаху ткнулась носом ему в грудь, и оба зашипели от боли.
Наташа тут же оттолкнулась обеими руками от кровати и попыталась встать на ноги, но, по нелепой случайности запутавшись в ногах Игоря, со всего размаху приземлилась на пол. Придерживая рукой наклейку, Игорь с трудом привел себя в сидячее положение. Но он не смог удержаться от смеха, когда увидел, как его молодая сиделка старается подняться с пола. Девушка обиженно взглянула на него и вдруг не выдержала и тоже расхохоталась.
Держась за спинку кровати, Игорь попытался поднять свое большое тело, но скривился от боли:
— Видно, не обойтись мне без вашей помощи.
Наташа молча поднялась с пола. Опять мелькнули изящные колени, а Игорь, вспомнив тепло, исходившее от девичьей груди, большую часть своих сил потратил на то, чтобы не выдать своего волнения. Подчинившись ее приказу, он обхватил рукой тоненькие девичьи плечи и сделал несколько неуверенных шагов на дрожащих от слабости ногах. Но молодой лейтенант не привык сдаваться и решительно отстранил сиделку у дверей небезызвестного помещения. Потом так же настоятельно попросил не заходить в ванную и, к своей большой — а позже заметил — и к Наташиной — радости, довольно успешно справился с водными процедурами. Потом он доковылял до кровати и приготовился к трапезе. Но тут силы неожиданно оставили его, и Игорь чуть не пролил суп себе на грудь. Поддерживая его голову, Наташа напоила его соком, вытерла губы салфеткой.
