— Встречаемся через пятнадцать минут внизу, — скомандовал Лэндон. — Твой отец решит, что к нам пришли девицы, которые немедленно должны покинуть место возможных военных действий по ликвидации духа, что мы и сделаем!
— А как мы вернемся обратно? — тихо спросила я, прижимая к себе платье.
— Ой, подумаем об этом потом. — Лэндон нахлобучил, как шляпу от солнца, парик и прогнусавил. — Как говорила моя матушка: «я подумаю об этом завтра».
— Так говорила Скарлетт из «Унесенных ветром», — тут же влезла я.
— Упс, — округлил глаза Лэндон, разглядывая себя в зеркале.
Только в своей комнате я смогла выдохнуть. Что мне делать? Как переодеться в девушку так, чтобы стало не понятно, что я — девушка?! Ну и заварила я кашу, теперь никак не расхлебать. Если раньше парни просто невнимательно относились ко мне, приняв для себя тот факт, что в мире будто бы существуют такие субтильные и хрупкие парни, то теперь, в платье, на каблуках, длинных волосах и при макияже (который волей-неволей придется нанести) они точно поймут, что дело тут нечисто!
А поняв, что все это время я их бесцеремонно обманывала, решат отомстить. И простым выговором на пороге дома с моими вещами они точно не ограничатся. Особенно Брэндон! Ух, он точно что-то выдаст этакое, а может быть, вообще превратит в ледяную статую. С него станется!
Рыжие волосы расчесала так, чтобы они по большей части закрывали лицо. Мне хотелось вообще свесить их вперед на манер страшной призрачной девочки из фильма «Звонок», и тогда к моему внешнему виду точно не возникло бы никаких вопросов. Однако тут пришла идея — я зачесала волосы набок, как сексапильная жена кролика Роджера, и таким образом для лицезрения осталась только половина лица. Видимость значительно ухудшилась, да и синтетические волосы норовили залезть в нос и рот, однако все это меркло в отражении зеркала.
Зеленое платье, как назло, село по фигуре. Оно оказалось более приталенным, чем я предполагала, и мне пришлось снять свой утягиватель груди, чтобы ткань хоть как-то расправилась. Моя цель, конечно, была не в том, чтобы стать красивой, но чтобы хоть как-то походить на человека. Угловатую женщину, скажем так.
Макияж стал простым, но совсем не таким, как я привыкла обычно краситься. Немного туши, красная, кровавая помада и сильные румяна на щеки — как если бы их рисовала школьница, впервые нашедшая мамину косметичку. Темно-синие тени, которые совсем не сочетались с цветом моих глаз и моего платья, но зато делали лицо немного странным — как если бы мужчина из шоу на Бродвее решил стать женщиной и потому нанес боевой раскрас на свое мужественное лицо.
Капелька духов, чтобы привести свои нервы в порядок, туфли на невысоком каблуке из коробки, спрятанной под кроватью, и я открыла дверь.
Чтобы тут же едва не упасть.
Брэндон ухватил меня за руку, не давая упасть от волнения назад. Он притянул меня за предплечье к себе, и от резкого движения волосы растрепались. Парень замер.
— Трудно ходить в платье? Мне тоже. — Мы одновременно натужно рассмеялись. Я скользнула рассеянным взглядом по его мужской, угловатой фигуре, широким плечам, узким бедрам. Все это выглядело так, как и должно было выглядеть — парень отчего-то одел женские вещи и решил продемонстрировать, что наличие тестостерона позволяет ему оставаться мужчиной даже в юбке.
Его глаза встретились с моими буквально на мгновение, и я почувствовала вдруг, что весь мир исчез, пропал, растворился в небытие. Да, мир вокруг дышал и двигался — я слышала краем уха голоса Дэна и Лэндона, но почему-то точно знала, что сейчас во всем мире мы с Брэндоном одни. Тело охватил трепет, и я зажмурилась, прогоняя этот удивительный морок.
Но стоило открыть глаза, как меня перемкнуло. Чтобы не смотреть в его красивые, хрустальные глаза, опустила взгляд и тут же пожалела об этом. Его губы были идеальны. В голове тут же, в одну секунду, возникли тысячи тысяч фантазий, и во всех них присутствовали эти губы, жарко сминающие мои.
Брэндон придвинулся на миллиметр ближе, и мне снова стало трудно дышать. Жар опалил щеки, и начал спускаться ниже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Иисусе, — сдавленным шепотом сказал он. — Ты…
#шальные императрицы в деле
— Эй, голубки, снимите себе уже комнату! — резкое наставление Лэндона словно окатило холодной водой из лейки душа.
Брэндон моргнул несколько раз, будто избавляясь от этого приятного морока, и обернулся к другу. Лэндон, конечно, поражал воображение своим диковатым нарядом. Брутальная девушка очень мужской комплекции была облачена в расшитый ярко-зелеными пайетками, переливающимися в электрическом освещении, комбинезон. Район паха нескромные взоры ограждала скромная юбочка, рукава в два ряда, казалось, предназначены для того, чтобы подчеркивать плавные движения рук с кастаньетами. Губы были широко и не очень ровно обведены красной помадой, немного отпечатавшейся на зубах, приклеенные ресницы норовили оторваться с уголков глаз — настолько они оказались большими.
Брэндон не выдержал и раскрыл рот. Тут же коридор мужского таун-хауса огласил дикий мужской хохот от немиловидной блондинки, согнувшейся пополам.
— Ха-ха-ха, красо-о-о-отка! Я не-мо-гу-у-у-у! — буквально рыдал Брэндон. — Ты ве-ли-ко-ле-е-епна, короле-е-е-ева Африки!
Я еле сдерживала смех, чтобы не обидеть надувшего накрашенные губы Лэндона. Парень переступил ногами, обутыми в мужские кроссовки, и откинул прядь волос назад.
— Ты еще бегать будешь за мной, — манерно сказал он, повышая на несколько октав голос, и это выглядело нереально смешно. Лэндон подумал секунду, и добавил, стрельнув взглядом в Брэндона, который уже почти валялся на полу от смеха. — Голубчик.
— Эй, ну чо там как?! — на второй этаж поднялся Дэн, и тут уже я не смогла сдержать смех и расхохоталась, вторя Брэндону, который уже буквально рыдал на полу при виде второй мужеподобной «красотки».
Дэн стоял как обычно — плечи чуть вперед, подбородок вверх, руки вдоль тела, кулаки сжаты. Он выглядел еще более похожим на странного парня, и уж тут, несмотря на наряд, нельзя было сказать, что перед вами — девушка.
— Каждый придурок догадается, что вы — девчонки, — манерно сжал криво накрашенные губы Лэндон. — Кроме меня. Я — великолепна.
Брэндон все еще хрюкал, вытирая слезы. Грудь его тряслась от смеха.
— Да вы все великолепны, девочки, — пробасил Дэн, оглядывая странную компанию на этаже. — Кроме тебя.
Он внимательно посмотрел на меня и я перестала смеяться. Смешок буквально застрял в горле, я сглотнула и потупилась. Отчего, интересно, я не великолепна? Очень даже великолепна! Он просто не видел меня в моем черном платье от Прада!
Ой. И хорошо, что не видел…
— Не сильно ты и женственная, дорогуша, — добавил он.
Я нервно хмыкнула. Конечно, не очень женственна. Особенно на вашем «женственном» фоне!
— Значит, так! — хлопнул Лэндон в ладони. Он приосанился, выпятил грудь вперед, и я заметила там приличные выпуклости, что заставило задуматься: а что он туда подложил? — Девочки, берем себя в руки и направляемся вперед!
— Куда? — оживился Дэн.
— На вечеринку в братство, конечно же. Мужское общежитие гудит от нашей победы, туда мы и направимся! Пиво, девушки, музыка…
— Стойте!
Мы все обернулись на голос Брэндона.
Он, наконец, пришел в себя. Но дикий смех не прошел даром: парик съехал набок, юбка приподнялась, обнажив мужские кривоватые ноги с острыми коленками, покрытые черными волосками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— У меня есть идея получше, — загадочно блеснул он веселыми глазами.
— Вот только не говори, что мы… — подхватил его веселость Лэндон.
— Что мы… — вдруг пронзило понимаем теории заговора парней и Дэна.
— Что? Мы? — продолжала ничего не понимать я.
— Да, да, детки, — кивнул Брэндон и расплылся в предвкушающей улыбке. — Вы все правильно поняли.
Да что происходит?!
