из города в город, а вырученные деньги откладывала на криптовалютные кошельки и на заграничные счета в далеких жарких странах, мечтая о том дне, когда денег будет достаточно для покупки хорошей виллы на берегу какого-то теплого мера. и безбедной жизни. Что это такое, я представляла только по любовным романам и сериалам, но где-то в мечтах видела себя рядом с красавцем-мужем и послушным лапочкой-сыночком, в особняке, где вокруг крутится вышколенная прислуга, а вкусные и полезные блюда готовит специально обученный повар, перекупленный в парижских ресторанах. Словом, убивая людей пачками, в глубине души я мечтала о тихом мещанском счастье.
Долгих романов в это время я не заводила. Какой смысл в постоянных отношениях, если я не знала, где встречу рассвет завтра? Но для выполнения одного задания мне дали напарника. Мы должны были вместе заселиться в дорогой отель и изображать семейную пару.
Увидев его, я слегка растерялась. Высокий, плечистый, в руками, украшенными разнообразными татуировками, и почерневшими передними зубами, он походил скорее на зека-рецидивиста, чем на мужчину моей мечты. Впрочем, как выяснилось, он и был убийцей, отсидевшим 6 лет за разбойное нападение и вышедшим досрочно. Я уже выглядела вполне ухоженной красоткой, и кто поверит, что мы дружная семья?
Но все мои возражения были отвергнуты заказчиком. Предстояла серьезная охота на чиновника, посредника в продаже нефти, который всегда ходил в сопровождении двух телохранителей, и оставался в одиночестве крайне редко, и только для того, чтобы перепихнуться с очередной любовницей. Так что мы, изображая супругов, как раз должны были дисгармонировать друг с другом, чтобы чиновник решил поиграть в благородство и спасти жертву абьюза. Татуированный зек не должен был вызвать особых опасений, а несчастная красотка в знак признательности легко могла очутиться в номере жертвы без свидетелей. Мне казалось, что проще туда проникнуть как девушка по вызову, но увы – серьезный человек славился своей подозрительностью, и ночных фей никогда не заказывал.
Словом, пришлось изображать супружескую пару – красавицу и чудовище. Нам выделили номер для молодоженов, с роскошной кроватью, застеленной белоснежным покрывалом и усыпанной белыми бутонами роз. В первую же ночь бывший зек так вжился в роль, что грубо содрал с меня плотные джинсы, вжал в супружескую двуспальную кровать и изнасиловал. Я пыталась сопротивляться, но быстро поняла, что только зря покалечусь, и расслабилась, лишь стараясь отвернуть лицо от его тяжелого смрадного дыхания. А когда он сделал свое грязное дело и, довольный, уснул, быстро встала, достала из сумочки шприц, заправленный парализующим средством, и вколола ему в ногу.
От укола он проснулся, но ноги отказали уже при попытке подняться с кровати. Я спокойно связала ему руки и ноги поясами от спальных халатов, любезно предоставленных отелем, и села на краешек кровати.
– Ты же знаешь, кто я. – улыбаясь, сообщила я, когда он попытался поморгать вытаращенными от ужаса глазами. – Я убиваю людей легче, чем ты щелкаешь семечки. И ты полагаешь, что со мной можно поступать, как с привокзальной дешевкой? Серьезно?
Я немного подождала, давая ему осознать сказанное, затем достала еще один шприц и демонстративно поводила им в воздухе:
– Убить я тебя не могу. Пока. Вот когда выполним задание – другое дело. Но наказан ты будешь. Сейчас я введу тебе лекарство, оно подействует как раз тогда, когда паралич пройдет. Ты почувствуешь себя так, словно все кости внутри переламываются на много-много разных частей, превращаясь в осколки. Но не бойся, выживешь. Да, громко орать и кататься по номеру не надо, а то сбежится народ, а наши заказчики сильно рассердятся, если их подведешь. Настолько сильно, что сегодняшняя боль покажется комариными укусами. Действие лекарства заканчивается через час, я вернусь через пару часов, и тебя развяжу. Кости уже не будут болеть, словно их дробят, а легкое покалывание в суставах ты перенесешь спокойно. И да, советую к моему возвращению закрыть глаза и, даже если не уснешь, сделать вид, что крепко спишь. И еще раз предупреждаю – со мной шутки заканчиваются ооочень плохо.
Задорно подмигнув, я вколола лекарство в обнаженную татуированную руку, которая уже начала слегка подергиваться, отходя от наркоза, и вышла из номера, прихватив с собой оба электронных ключа. Уже дойдя до ресторана внизу, я услышала сверху жуткий вой и сама себе кивнула – паралич прошел, и началось действие второго препарата. Отлично, думаю, больше проблем с напарником не будет.
И в самом деле, дальше все пошло как по нотам. На следующий день в ресторане за ужином мой зэк, чуть-чуть заикаясь и дергая глазом от пережитого накануне ужаса, тем не менее громко орал на меня и даже бросил кусочек жареной форели мне в лицо. Намеченная жертва сидела за соседним столиком. Слезы беззащитной красотки растрогали его настолько, что он тут же послал бодигардов разобраться с мерзким типом, обижающим бедняжку, а я получила приглашение продолжить банкет в его номере, разумеется, только вдвоем. Его телохранители должны были провести эту ночь куда прозаичнее, в номере с двуспальной кроватью, карауля моего нетрезвого супруга. Я ушла от чиновника посреди ночи, когда он уже не дышал, и сразу уехала на заранее поставленной неподалеку от отеля машине. Татуированный напарник же в это время сладко спал в нашем номере для молодоженов под охраной обоих бодигардов.
Самое смешное, что его так и не посадили. Он просидел в СИЗО пять месяцев, но сумел убедить следователя, что просто снял незнакомую девушку в ночном клубе, и вовсе не ожидал такой подставы.”
************************
Дочитать “Красавицу над бездной” я так и не смогла. Думала, что немного передохну и все же себя заставлю, но тут меня вызвала Алена. Похоже, она решила определить меня на роль компаньонки, раз уж телохранитель ей пока не нужен. А в самом деле, платят мне ежедневно и она, и банкир, должна же я отрабатывать гонорар?
– Я всю ночь не спала, все думала – а вдруг Скворцова подставили? Он был такой нормальный мужик, туповатый, конечно, и с женой-дурой… но ведь не злодей! – она шептала так тихо, что я с трудом разбирала слова.
Она в теплом спортивном костюме сидела на узком диванчике в центре гостинной, по которой сновала хорошенькая Женечка, и зябко кутала руки в красивую меховую муфту. Меня же усадила буквально себе под ноги, в низкое круглое кресло, где колени упирались в подбородок, и я сильно подозревала, что без посторонней помощи никак не поднимусь.
– А кто,
