Читаем без скачивания Маятник судьбы - Денис Чекалов

– И что ты ответила?

– Я очень удивилась и сказала, что это, должно быть, офигенно скучно. Саламандра пришла в бешенство и принялась бить хвостом об пол, да так, что опрокинула свою лампу с кальяном. «Раз так, гадкая девчонка, – крикнула она, – ты получишь то, что заслужила!» Она, наверное, хотела еще что-то сказать, но в палатке начался пожар, и сбежались люди. И вот с тех пор я думаю: что она хотела сказать?

– Сколько ты заплатила гадалке? – спросил я.

– Конечно ничего. Мало того что она наговорила мне гадостей, так я еще чуть не сгорела в ее палатке.

– Вот видишь – значит, это предсказание недействительно.

– Правда? – Демонесса задумалась. – Но ты ведь никогда не называл меня «своей королевой». Землю, по которой я хожу, не боготворишь. И, к слову, когда я несла наши чемоданы, ты мог бы хотя бы немного помочь мне.

– Ты – боец, – отмахнулся я. – Тебе только на пользу физические упражнения. Что же до пророчеств – то здесь ты права, конфетка. В них и правда мало приятного. Обычно человек судит о прорицаниях по легенде о царе Эдипе. Герой всеми силами пытается избежать своей судьбы, но тщетно. Есть даже целая серия таких историй. В начале персонаж получает от оракула этакий «План работ на неделю» и, несмотря на все свои старания, раз за разом наталкивается на очередную вешку, пока история не приходит к финалу. В жизни все не так.

– Верно! – согласилась девушка. – Возьмем этого самого Эдипа. Разве я похожа на твою маму? Она меня терпеть не может. Наверняка спит и видит, что ты забудешь меня где-нибудь на вокзале или в гостинице.

– У вас гораздо больше общего, чем вам кажется, – возразил я. – И именно поэтому между вами возникают… дружеские разногласия. Но я говорил о пророчествах. Возьмем цредсказание Лэндора. Что ты смогла рассмотреть?

Девушка мрачно хмыкнула:

– Если бы кому-нибудь взбрело в голову заглянуть под платье моей тетушки Луизы, то даже он увидел бы гораздо больше интересного, чем я тогда.

– Да… Мы знаем одно: должно произойти нечто очень злое, и в наших с тобой силах это остановить. Больше нам ничего не известно. Вот почему мы сейчас здесь, на борту «Сантариса», приняв любезное приглашение Октавио покататься…

Пустыня медленно плыла далеко под нами. Девушка стояла у борта, выгнув сильное тело, и с земли, без сомнения, выглядела гораздо эффектнее, чем Карго, тоже любивший стоять на этом месте.

– Будь моя воля – свернула бы шею этому негодяю, – сказала Франсуаз. – Только подумать! Стоило раздавить одного урода, коменданта тюрьмы Сокорро, как на его месте сразу же появился новый. И не просто вырос, точно гриб из-под земли, а еще и хорошо нажился на падении коменданта.

– Вот и верь после этого, что добро всегда побеждает, – согласился я. – Когда меч правосудия карает одного преступника – это не означает, будто справедливость восторжествовала. Всего-навсего освободилось место для другого бандита. И, согласно закону естественного отбора, этот второй будет умнее, чем его предшественник. Таким образом, система правосудия – даже в тех достаточно редких случаях, когда не дает сбой, – в конечном счете служит на пользу преступности. Как городские санитары, полицейские помогают бандитам избавиться от глупых и слабых подельников, делая криминальный мир в целом сильнее и опаснее.

– Это веская причина, чтобы прикончить Карго. – Сощурив глаза от солнца, девушка наблюдала за тем, как владелец корабля отдает приказания команде.

– Пока что Октавио – наш единственный ключ к предсказанию. Он не напрасно попался нам на пути. Во всяком случае, будем на это надеяться.

– А пока что Карго завезет нас прямо в ловушку.

– Только не он. Твой новый друг слишком любит самого себя, чтобы попусту рисковать. Если бы он решил заманить нас в засаду, послал бы с нами Тидволла, а не поехал бы сам. А вот и он… Октавио! Мы как раз говорили о тебе.

– Не сомневаюсь, – ответил владелец корабля.

Я не успел понять, как все произошло. Но был к этому готов.

Широкий сегмент палубы, на котором мы стояли, вдруг провалился, оказавшись дверцами большого люка. Мое сердце замерло, как бывало в детстве на высокой карусели гномов. Я больно ударился о песок и принял в свои объятия горячее тело Франсуаз.

– Я приказал снизиться, чтобы вы не разбились! – крикнули нам сверху. – Хозяин не велел причинять вам вреда. Тока не волнуйтесь. Вас все равно убьют, хотя и не мы.

Франсуаз оседлала меня так основательно, что не стоило делать даже попыток выбраться из-под нее. Да и к чему? Люди наверху могли передумать и приняться стрелять в нас.

– Не похоже на голос Октавио, – процедила девушка, пытаясь подняться на ноги.

– А ведь я старался, клянусь скорлупой! Облачко тумана заволокло лицо человека. Когда оно рассеялось, перед нами предстал лизардмен Тидволл.

– У хозяина свои дела есть. Далеко отсюда. Вот и послал меня, понимаешь, вас развлекать. Ну чего? Бывайте. Долго вам тут не просидеть.

– Почему это? – спросила Франсуаз, и в ее голосе не было ангельской кротости, приличествующей скромной девице.

Она добавила еще пару слов, изрядно расширив генеалогическое древо Тидволла.

Лизардмен почесал макушку:

– Это – территория моего хозяина, сеньора Карго. Только вот тут ничего не растет полезного – ни конопля, ни лотос. Так что земля все равно что ничья. Вот, понимаешь, другие семьи и стали заглядывать сюда.

– Что-то вроде нейтральной территории?

– Да! Купить, продать, обменяться заложниками… А теперь вообразите, что начнется, когда они тут двух шпиенов увидят. Вас значицца. Эх, пожалеете еще, что при падении не расшиблись.

Франсуаз наконец поднялась.

Существует множество достоинств, которыми может обладать девушка. Одно из наиболее важных – встать с вас, не наступив коленом на ширинку. Франсуаз это умеет.

Подобные мелочи с лихвой перевешивают неумение готовить, шить и вести домашнее хозяйство.

– А кто встречается-то хоть? – спросил я.

– Не все ли тебе равно, эльф ушастый? Бортерг, этот осьминог жирный, что-то там с наемниками меняет. Вам-то какое дело, кто вас ухлопает.

Шесть громких выстрелов прогромыхали прямо над моей головой.

– Когда я до тебя доберусь, – прорычала девушка, – то подвешу за хвост над огнем и буду смотреть, как ты качаешься.

Лизардмен быстро спрятался за борт.

– Трогай! – заорал он рулевому. – Чего застыл, чучело ты болотное!

Мы смотрели, как «Сантарис» медленно уплывает к горизонту.

– По крайней мере в одном ты не ошибся, – заметила девушка, помогая мне встать. – Карго побоялся с нами поехать.

– Я никогда не ошибаюсь, – скромно ответил я, отряхивая песок с нового костюма.

– Тогда скажи, где теперь Октавио?

– Ответ может быть только один, ежевичка. Он с Генри Лэндором. Наркобарону нужен такой помощник, а прорицатель давно ищет нанимателя. Ему нужны хозяин, будка, ошейник, цепь и сосиска в миске. Парень очень надеялся, что ты станешь его хозяйкой. Но раз с тобой не вышло, Карго тоже сойдет.

– Вот ведь поганец…

Девушка уперла руки в тугие ягодицы и осмотрелась.

– Теперь понятно, почему я ничего не увидела во время ритуала. Лэндор попросту спрятал все, что открылось ему судьбой, а теперь решил продать подороже. Ясно и другое – зачем Карго понадобилось увезти нас подальше, организовать этот пикничок чертов. Ладно, жеребчик. У меня только один вопрос остался: как мы отсюда выберемся и успеем ли добраться до Октавио раньше, чем тот испечет новый ритуал, теперь уже настоящий?

– Все очень просто, конфетка. Мы поедем на машине.

Девушка хмыкнула.

– А где мы ее возьмем? – спросила она. – Закажем по Интернету?

Я строго посмотрел на нее:

– Ты должна научиться быть более внимательной, клубничка. Тидволл же сказал – скоро здесь будут Бортерг и наемники.

Я не спеша направился вперед по песчаной пустыне. Девушка бежала за мной, размахивая руками:

– И, по-твоему, они дадут нам тачку за просто так? Да им только на глаза попадись – мигом прикончат.

– Дадут, конфетка. Обязательно. Только они еще об этом не знают.

19

Деревянные стены ловили огненные лучи восходящего солнца. Казалось, еще мгновение, и алый свет, ползущий по неровным доскам, обратится в бушующее пламя и хлопья пожара накроют собою дом.

Только это строение вряд ли могло загореться, даже облей его горючим. Оно стояло здесь уже лет сорок или все пятьдесят, и никто не знал, кому оно принадлежит теперь.

Едва ли нашелся бы человек, которому оно могло понадобиться.

Это был приземистый, вытянутый в длину амбар, и сложно было определить, что держал в нем последний хозяин – зерно или угнанных лошадей. Изнутри строение выглядело настолько глухим и ветхим, что вошедший в него невольно начинал поглядывать вверх, ожидая, что потолок обрушится на его голову в любую минуту.

Может быть, однажды так и произойдет – кто знает?