Читаем без скачивания Алмазы Эсмальди - Джеймс Чейз

– Занимался любовью с пилой, – Джонни ухмыльнулся. – Спокойной ночи, – и он вошел в комнату, затворив за собой дверь.

Марте вдруг расхотелось есть. Погасив свет, она вернулась в постель. «Занимался любовью с пилой…» Как это понимать? У нее возникло знобящее предчувствие, что Джонни навлечет на них беду. Сколько крови! Что он натворил?

Пока происходили все эти события, Гарри Льюис лежал без сна в номере отеля «Хилтон» в Сан-Франциско. Ежегодное собрание акционеров прошло гладко и без неожиданностей. Все были довольны. Все, кроме Гарри. Он отчетливо сознавал, что директора смотрят на него, как на ничтожество. Попечители едва удостаивали его словом. Он делал заметки, задавал вопросы, собрал документы для передачи Лизе и все время чувствовал, что его в грош не ставят. «Сволочи! – думал Гарри, вертясь в постели. – Господи! Дай только случай, уж я им отплачу!» Все в нем так и кипело. Стараясь отвлечься, он обратился мыслями к Тане. Он думал о ней с нежностью. Но как им теперь встречаться? Он больше не смел украдкой выходить из дома. Слишком велик был риск. Он оказался в ловушке. У них остались только воскресные дни, но Лиза может прекратить и эти встречи. Так и не найдя выхода и успокоения, Гарри заснул.

Наутро, в девятом часу, его разбудило негромкое жужжание телефона. Зевая, он поднял трубку.

– Да?

– Мистер Льюис? Говорит доктор Гурли из Парадиз-Сити.

С Гарри слетел сон. Он сел в постели.

– Да? Что случилось?

Слушая спокойный тихий голос, он весь покрылся холодным потом.

– Что вы говорите? – Гарри почти кричал. – Лиза умерла? Убита? Вы с ума сошли! Что вы мне рассказываете?

Он откинул простыню и сбросил ноги на пол. Спокойный тихий голос продолжал звучать в трубке. Гарри закрыл глаза. То, о чем говорил доктор, не укладывалось у него в голове.

– Да, конечно, приеду. Да… с первым же самолетом. Я… как вы сказали?

– Украли ожерелье Эсмальди, – повторил Гурли. – Видимо, оно и было причиной убийства. Здесь полиция. Они, естественно, хотят поговорить с вами.

Гарри положил трубку и застыл без движения. Лиза мертва! Убита! Он подумал о ней… вспоминал все, что она для него сделала… ее приступы раздражительности… ее бледное измученное болью тощее тело… ее несчастный крючковатый нос. Убита! Он глубоко и судорожно вздохнул. Его чувствами овладело смятение. Смерть Лизы казалась чем-то невозможным. Потом его с опозданием осенило: теперь он свободен. Все, чем владела Лиза, теперь принадлежит ему. Больше незачем хитрить и лгать.

Гарри неуверенно встал и начал укладывать вещи.

Скаля в веселой улыбке свои большие белые зубы, Фло вкатила столик с завтраком в комнату Марты.

– У меня для вас кое-что новенькое, мисс Марта.

Марта села в постели и наклонилась вперед, глядя, как Фло снимает с блюда серебряную крышку. При виде шести яиц всмятку на тонких тостах, намазанных гусиным паштетом, и четырех ломтиков копченой лососины, свернутых в трубочки, глаза Марты расширились от удовольствия.

– Да это настоящий шедевр, Фло! Очень удачная идея.

Фло просияла. Она всегда старалась разнообразить завтраки Марты и сейчас видела, что толстуха восхищена. Марта принялась за еду. Заметив, что время приближается к девяти, она включила транзисторный приемник, постоянно настроенный на радиостанцию Парадиз-Сити. Марта считала не лишним быть в курсе местных событий. Она разделалась с первым яйцом и принялась за второе, когда пропищал девятичасовой сигнал. Тремя минутами позже, позабыв про еду, Марта сорвалась с постели. Ее толстое лицо приобрело цвет свиного сала, на лбу выступили крупные капли пота. На ходу напяливая халат, она выкатилась в коридор.

Генри и Джильда пили кофе на солнечной террасе. При виде ошалевшей, перепуганной Марты оба вскочили. Язык не слушался Марту. Когда к ней вернулась способность членораздельной речи, она сообщила услышанную по радио новость: Лиза Льюис, самая богатая женщина города, убита, а знаменитое ожерелье Эсмальди украдено.

– Это он, ублюдок! Сукин сын, Джонни! – вопила Марта. – Он знал про ожерелье и хотел его украсть. Я запретила, но он все-таки украл его, гад этакий, ублюдок, а ее убил! Ночью я его застала, когда он вернулся весь в крови! Боже, Генри! Мы пропали! Проклятое ожерелье застраховано у Мэддокса. Слышишь? Мы пропали! – Она со стоном повалилась в кресло.

Генри вдруг почувствовал себя очень старым и дряхлым. Сердце билось вяло и прерывисто. Мысли путались.

– Я… я не верю, – пробормотал он. – Джонни на такое не способен.

– Говорю тебе, я видела, как он пробирался к себе ночью в четыре утра! И в крови с головы до ног! – завизжала Марта, колотя себя по огромной груди в попытке отдышаться. – Кто еще мог открыть «рэйсон»? Он-то знал, как за него взяться. Хотел обмануть нас, ублюдок! Залез в дом, она его накрыла, так он голову проломил! А после забрал ожерелье! Генри! Мы пропали!

– Заткнись! – пронзительно и зло крикнула Джильда. – Откуда ты знаешь, что это он?

Она бегом пересекла террасу, промчалась по коридору и остановилась перед комнатой Джонни. Распахнула дверь и остановилась, закрыв рот рукой. Джонни спал. На его носу виднелась глубокая подсохшая ссадина. На полу валялась окровавленная рубашка. Голые руки были покрыты царапинами… царапинами от ногтей. По телу Джильды пробежала холодная дрожь. Она подскочила к нему, схватила за плечо и принялась трясти.

Глава 6

Когда Гарри вернулся в Парадиз-Сити, в аэропорту его встречал «Роллс-Ройс» с То-то за рулем. У него был обалдевший вид. Гарри пытался расспросить его, но японец только мотал головой, бормоча: «Плохо… плохо… плохо», – и больше от него ничего не удалось добиться.

Машина затормозила перед домом. Гарри бегом поднялся по ступенькам. Еще на дороге он заметил пять полицейских автомобилей, а войдя в холл, очутился среди множества копов в штатском. Из гостиной вышел капитан полиции Фред Террел и представился. В этом не было необходимости. Гарри часто встречал капитана в гольф-клубе и знал его репутацию добросовестного, опытного шефа полиции. Проводив Гарри в гостиную, Террел сказал:

– Ограбление и убийство произошло между одиннадцатью и тремя. Установить время точнее эксперт не может.

Гарри сел. Шок еще не прошел. Когда он закуривал, руки его дрожали.

– Как это случилось?

– Пока не ясно, – Террел грузно опустился в кресло. – Мистер Льюис, сейчас мы задаем себе вопрос, не следует ли искать убийцу в доме.

Гарри резко выпрямился и уставился на капитана.

– Как вас понимать, черт возьми?

– Подозрение падает в первую очередь на вашу прислугу, – спокойно ответил капитан. – Мы осмотрели все двери. Они снабжены специальными замками, и ни один не поврежден. В вашем кабинете было открыто окно. Видимо, кто-то хотел, чтобы мы думали, будто убийца проник через него. Но мы установили, что окно было открыто изнутри.

– Но никто из прислуги…

– Одну минуту. Давно у вас работает Хельгар, сиделка?

– Чепуха! Она очень предана жене!

– С каких пор она здесь живет?

– С момента несчастья с женой… два года.

– Вот еще одна задача, мистер Льюис. Рэйсоновские сейфы гарантированы от взлома. Я хорошо знаком с этой системой. Кто, кроме вас, знал, как открывается сейф и выключается сигнализация?

– Жена, естественно… и Хельгар.

– А японец и остальные?

– Нет.

Террел кивнул.

– Когда Хельгар наткнулась на убитую, сейф был открыт. Понимаете, куда я клоню? К этому сейфу так просто не подступишься. Нужно знать, где спрятаны кнопки. Мы навели справки у Хэкета, местного агента фирмы. Выходит, сейф могли открыть только сам Хэкет, мастер, который его устанавливал, вы и Хельгар… если, конечно, у вас нет каких-то других сведений на этот счет, мистер Льюис. Мы проверяем Хэкета и мастера. Они хорошо Вам известны. Превосходные люди, я уверен, что их можно исключить заранее. – Террел подергал себя за ус. – Так что остаетесь вы и Хельгар… вы были во Фриско, так что остается одна она.

– Это ошибка. Хельгар на такое не способна. Она была предана Лизе.

Террел пожал массивными плечами.

– Насколько я знаю, ожерелье Эсмальди – очень соблазнительная штука.

Гарри встал.

– Ну, вам виднее, капитан. А теперь я хотел бы видеть жену.

Террел покачал головой.

– Не советую, мистер Льюис. Я понимаю ваши чувства, но лучше не надо. Хельгар уже опознала ее. Видите ли, зрелище жуткое… убийство было жестоким, зверским. Вашу жену ударили бронзовой фигурой, которая, как я понял, стояла в холле. Ударили несколько раз. Преступник действовал с намерением убить. Вам не стоило бы на нее смотреть.

Гарри побледнел.

– Понимаю, – у него подступила к горлу тошнота. – Извините, я пойду. Если понадоблюсь, то я у себя в кабинете, – и он вышел из комнаты, двигаясь медленно и неуверенно.

После его ухода в гостиную заглянул Фред Хесс, глава отдела по расследованию убийств, низенький толстяк с холодными, проницательными глазами.