После сдачи всех документов и проверок мы оказываемся в гостинице. Я устало бросаю сумку у входа, скидываю китель и валюсь на постель. Глаза сами собой закрываются, и, как был в форме, я как будто отключился на неопределенное время. А разбудил меня настойчивый стук в дверь.
— Ты живой? — заглядывает в номер Костя.
— Да, что-то умотался я за рейс. Все нормально, — поднимаюсь с постели, потираю глаза. Чувствую себя разбитым корытом.
— Ужин пропустил.
— Я не голоден.
— Ну, тогда утром разбужу, — и, махнув рукой, второй пилот закрыл за собой дверь.
В режиме зомби достаю телефон, отключаю авиарежим, и тут же прилетает пара сообщений от матери и одно от дочурки.
“Пап, как ты?” — от Аси.
Улыбка сама растягивается на губах. Моя малышка. Как бы не ворчала и не бойкотировала — любит отца и переживает за своего старика.
Тут же строчу ответ: “Полет прошел хорошо. Через десять часов вылет обратно. По времени постараюсь забрать тебя из школы. Веди себя хорошо. Люблю!”.
И, недолго думая, набираю номер Карины. И черт с ним, со временем. Я вторую неделю не слышал бывшую. Ей каким-то фантастическим образом удавалось меня игнорировать.
— Ты с ума сошел? — тут же слышу женский недовольный голос.
— И тебе привет, — хмыкаю я, прекрасно угадав настроение женщины. Все-таки три года в браке, это вам не шутки.
— По какому поводу звонишь, Романовский?
— По поводу дочери, Романовская, — язвлю в ответ. — Хочу напомнить, что ты все-таки мать, — уже чуть ли не рычу в трубку.
— Влад. Я вообще-то занята, — начинает свои отговорки.
— У тебя всегда дела. Я также работаю. Но про дочь не забываю. А вот ты…
— Я все поняла. Поговорим позже! Чао, — мгновение, и в трубке слышатся короткие противные гудки.
— Карина, — шиплю сквозь зубы в тишину номера.
Зашибись.
Просто исчезла. Как всегда!
Вот в этом вся моя бывшая.
* * *
Ночь проходит в относительно спокойном сне. Утром, после стука в дверь и фразы “подъем”, скомандованной Костей, я тут же ныряю под струи ледяной воды. Взбодриться и привести мысли в порядок. Впереди еще один длинный перелет.
Далее все, как всегда: выселение из номера, сбор в аэропорту, медосмотр, брифинг с экипажем, синоптики, и за час до взлета каждый из моей команды занимает свое место на борту.
И все по новой, и все по кругу.
А почти через пятнадцать часов полета шасси едут по родной земле.
— Дамы и господа. Говорит командир корабля. Наш полет завершен… — зачитываю стандартную речь при посадке, буквально ощущая, как подходит к концу этот нелегкий рейс. — Ladies and Gentlemen. This is your Captain…
А дальше еще пара часов уходит на сдачу смены, и я быстрым шагом направляюсь к парковке, где бросил накануне машину.
— Влад, — окликает меня женский голос, заставляя притормозить. — Не подвезешь? — опускается на плечо ладошка стюардессы, а накрашенные малиновой помадой губы тянутся к моим. — Что-то мы давно не шалили, Владислав Станиславович, — томно и с многообещающей улыбкой на губах.
Вот только совершенно не вовремя.
— Нет, я за дочерью в школу, — нетерпеливо поглядываю на часы, отрезая все препирания. — Прости, Лиль, но я уже опаздываю, — и, не дожидаясь ответа, аккуратно убираю от себя женскую руку и ныряю в машину.
— Гад ты, Романовский, — дуется девушка, я же в ответ только пожимаю плечами и выезжаю на дорогу. Нет никакого желания терять времени с чужой для меня девицей.
У школы оказываюсь как раз тогда, когда выходят дети. И снова в мои руки прилетает Варя. А у меня пульс зашкаливает, как только вижу ее, как только вдыхаю ее запах. И вот эти ее зеленого цвета глаза, что хлопают длиннющими рисницами, сводят с ума своей открытостью и теплотой. А ее смятение во взгляде, сменяющееся удивлением, когда замечает мои форму, лихо волнует самолюбие. Неужели я произвел такое впечатление на нее своим видом, что девушка даже начала запинаться на каждом слове?
Как же невероятно хочется пообщаться с ней. Обратить ее внимание как во время похода на себя, хотя бы ненадолго. Но… вот этот мужик… да какой мужик? Сопляк, что так по-собственнически прижал ее к себе, мгновенно будит внутри злого зверя. Ее испуганный взгляд явно говорит о том, что девушка чувствует себя не в своей тарелке. Руки зачесались, как захотелось съездить ему по самодовольной морде, но, в конце концов, я не зеленый юнец. И что вообще на меня нашло? Словно торопился не за Асей, а увидеть ее. Варю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В машину сажусь злой, как черт, но уезжать не тороплюсь
— Пап, мы поедем? — интересуется дочка, сидя на заднем сидении машины, пока я наблюдаю, как ссорится пара. А они ругаются. И Варя совершенно не хочет садиться в машину этого буржуя.
— Да, сейчас, — смотрю в зеркало и вижу, как девчонка копается в телефоне. Снова играет в игрушки.
И когда вижу, как Варя перебегает дорогу и теряется в подземном переходе, тут же срываюсь места. Тут нет метро, значит, она выйдет на той стороне дороги.
Ищу ее глазами. И нахожу хрупкую фигурку среди немногочисленного народа.
Срываюсь с места и несусь к ней, только бы не успела заскочить в автобус, что уже маячит на горизонте.
Глава 19. Влад
— Варя? — выскакиваю из машины, включив аварийку. — Варвара Дмитриевна, — спешу за девушкой, хватая за локоток и настойчиво разворачивая. — Варь, — вижу покрасневшие глаза и пытаюсь поймать ее взгляд.
— Что? — сначала дергает руку, но, замечая меня, немного успокаивается девушка. — А это вы, — робкая улыбка появляется на искусанных губах.
— Поехали с нами, подвезем вас, — тяну ее за руку в сторону машины.
— Да не надо, я сама, — пытается протестовать учительница дочери, но тут, к моему счастью, слышится раскат грома. — Сегодня все против меня, — шепчет еле слышно, но я прекрасно улавливаю ее слова.
— Просто день такой. Неудачный, — подвожу девушку к машине, внутренне ликуя, что получилось добиться своего.
Ася молча наблюдает, как я помогаю сесть Варе в машину и сам тут же прыгаю за руль и срываюсь с места.
— Эм-м-м, пап, — выдает молчавший до этого ребенок, но тут ее вопрос прерывает звонок моего мобильного.
— Да, мам, — отвечаю, осторожно поглядывая на пассажирку. — Асю я забрал.
— Привези мне ее к торговому центру, — командуют мне в трубку.
— Куда? Чего придумала опять?
— Мы пройдемся по магазинам. А то лето на дворе, и я присмотрела пару крутых вещичек для нашей бандитки. Все, жду ее у входа в “Радугу”.
— Я понял, — спорить с матерью без толку, да и, откровенно говоря, нет желания. — Это как раз по пути, — и отключаюсь. — Ась, — смотрю на снова серьезную дочурку, — бабушка что-то тебе подобрала из шмоток. Сейчас высажу тебя у торгового центра, а она тебя заберет. Погуляете по магазинам. А я Варвару Дмитриевну до дома подвезу.
— Отлично, — вдруг ни с того ни с сего начинает улыбаться дочь, что выглядит странно и заставляет поглядывать на нее с опаской. Что она снова задумала?
А когда машина останавливается у назначенного места, то, завидев мою маму, Ася выходит из машины и на прощание вещает:
— Лягушку только до места доставь и не задерживайся, — и хлопает дверью.
Я аж поперхнулся.
— Ася! — рычу, но егоза уже улепетывает. — Простите ее, — выезжаю на дорогу, вздыхая. — Она совсем не плохой ребенок.
— Да ничего. Все нормально, — отвечает Варвара и называет адрес своего дома.
Вся дорога проходит в тишине. Девушка словно все еще расстроена и плавает в своих мыслях, не отводя взгляда от окна. А я считаю разумным не лезть к ней с неуместными вопросами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Остановив машину у нужного подъезда, не знаю, как себя вести. Но очень не хочется ее отпускать.
— Спасибо, что подвезли. Но, правда, не стоило. Вы бы сейчас погуляли бы с дочерью, — оправдывается девушка, а ее щеки заливает румянец.
— Если честно, я немного устал. Как видите, сразу с рейса.
