Мое знакомство с лошадьми произошло примерно в ее возрасте, и с тех пор почти пять лет мы регулярно ездили с папой в конный клуб. Конечно, с тех пор я уже успела утратить навыки, но уверена — тело помнит. Это как на велосипеде: сел раз — запомнил на всю жизнь.
После небольшого инструктажа по технике безопасности и правилам поведения нас ведут в конюшни, и вот там я вижу поистине другую Асю. Она с огромными от удивления и сияющими от счастья глазами подходила к каждому деннику. А здесь их больше десятка, и в каждом, будь то жеребец, кобыла или жеребенок, она тянула руки, и животные абсолютно потрясающим образом отвечали на ее приветствие. Утыкались носом в ладошку и довольно фыркали, требуя морковки.
— Вау! — восхищенно воскликнула девчушка, когда мы подошли к одной из, наверное, самых прекрасных на всем белом свете кобыл. — Это же мустанг! Смотрите, смотрите! — хватает нас с Ником за руку и заставляет ближе подойти к белоснежной красавице, беззаботно пощипывающей сено и не обращающей на нас никакого внимания.
— Да, — улыбается наша инструктор Рита, которую Никита нанял для Аси, — ты неплохо разбираешься в лошадях, да, Ася?
— Я много читала про них, — щечки девчушки покрывает румянец смущения, но ее дружелюбие и открытость сегодня поражают. Глаза горят, руки чуть ли не трясутся, а сердечко, готова поспорить, выскакивает из груди от счастья.
— Это Флора, и она единственный пока мустанг, который есть у нас. Чистокровная девочка и невероятно спокойная, — поглаживает Рита по длинной гриве кобылу. — Хочешь покататься на ней?
— А можно?
— Да, конечно. Пожалуй, для первого занятия она и правда подойдет лучше всех. Ну, что, Флора, девочка, пора поработать.
Видеть восторг ребенка, когда исполняется его мечта — это что-то поразительное и незабываемое. А особенно если этот ребенок, как Ася, вечно дует щечки и поджимает губки, так просто чудо.
Почти час, пока идет занятие Аси, где она с Ритой увлеченно изучает, как оседлать лошадь, как правильно садиться и спускаться, как поощрить своего скакуна и как с ней себя вести, мы с Никитой стоим чуть поодаль и наблюдаем, тихонько переговариваясь. Он тоже крайне удивлен переменами в настроении племяшки, и мне кажется, даже восхищенно поглядывает на меня. Хотя я-то что? Я просто хотела, чтобы Ася посмотрела на этот мир немного по-другому.
— Может быть, мы сейчас наблюдаем первые шаги великой наездницы, — улыбаюсь, облокотившись на перила загона.
— Все благодаря вам, Варя, — не забывает напомнить Никита, — она и правда мало что кому рассказывает. А ни Влад, ни мы с матерью не могли подумать, что ее увлекают лошади. Брат будет рад узнать, что дочурка наконец-то нашла занятие себе по душе… — Никита еще что-то рассказывает, а я мыслями уже переключилась на отца Аси. Только сейчас поняв, что он может очень неправильно воспринять мою просьбу к Никите. Подумает, что я его избегаю. Хотя кого я обманываю, я боюсь нашей встречи, как огня. Больше всего, потому что я боюсь своей реакции. Своего тела, что все еще горит при мыслях о нем.
После вводного занятия Асе разрешают прокатиться на лошади, естественно, в сопровождении Риты, которая идет рядом и слегка придерживает поводья.
Белоснежная кобылка гордой поступью проплывает мимо нас с восседающей на ней довольной Асе в шлеме и лихо трясет своей густой и мягкой гривой. Не могу удержаться и, когда девчонки подходят ближе, тяну ладошку и провожу по шелковистой и густой шерсти, по морде и мокрому носу величественного животного.
Наблюдая за всем этим, Никита решает, что нам тоже было бы неплохо прокатиться, заставляет переодеться в униформу, которую мне персонал любезно подобрал, и мы все вместе проехались вдоль зеленых лугов и хотя бы ненадолго отключились от лишних мыслей.
— Мне очень понравилось! — выскакивает из машины Никиты у дома Ася, — я хочу заниматься. Ник, ты будешь меня возить на занятия?
Всю дорогу до дома Аська то и дело болтала без умолку, выдавая нам все больше и больше своих знаний по конному спорту, что нам с ее дядей только оставалось удивленно переглядываться и сыпать вопросами, на которые раньше нетерпеливая Ася теперь обстоятельно отвечала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Давай поговорим с твоим отцом, мы что-нибудь придумаем.
— Если что, иногда могу я сопровождать… — говорю неуверенно, опасаясь нового “взрыва”, но зря. Ася, кажется, сегодня слишком в хорошем настроении, чтобы грубить.
— Класс!
— Ну что, идем, Одуван? — тянет в сторону подъезда племяшку Никита. — Заведу тебя, а потом Варвару Дмитриевну увезу домой. Влад скоро уже приедет с рейса.
— Идем, — Ася разворачивается, поудобней перехватывая рюкзак, и уже почти в дверях оборачивается ко мне. — Спасибо, Варвара Дмитриевна, — даже одаривает меня легкой улыбкой.
— Я скоро, не скучайте.
И парочка скрывается в подъезде.
Вот значит, где живут Романовские. Ну что ж… дорого. Даже очень. Элитный район, новая высотка, закрытый двор, подземный паркинг и исключительно дорогие, люксовые авто.
Сначала напоминаю себе, что когда-то тоже принадлежала к этому высшему классу, но сейчас это, кажется, из другой жизни. Уже не моей.
К вечеру начинает заметно холодать. Небо начинает хмуриться, снова обещая дождь, а ветер усиливается. И с очередным порывом ветра я ежусь, обхватываю себя за плечи. Кофту, как назло, забыла в школе, а днем она особо и не была нужна.
Что-то, как дурочка, стою и мнусь у машины, гуляя туда-сюда. И уже собираюсь заскочить обратно в теплый салон уютного седана Никиты, когда из-за угла выруливает знакомый джип. Выруливает и едет прямо к этому подъезду, у которого “гуляю” я. А я же, в свою очередь, стою, словно к асфальту приросла и не могу пошевелиться, понимая, кого я сейчас увижу…
— Варя? — удивленно смотрит Влад, притормаживая рядом, — что ты…? — но не договорил, заметив, около чьей машины я стою.
Я успеваю только вдохнуть, как его лицо меняется и с растерянного превращается в каменную маску. Губы, такие нежные, что целовали мои, сжимаются в упрямую линию, а удар от закрывшейся двери, которую Влад долбанул со всей своей неимоверной силой, до сих пор звенит в ушах.
Мужчина зол.
Очень.
Настолько, что такая встреча грозит перерасти в огромные… нет, гигантские проблемы…
Глава 23. Влад
Почти три часа перелета туда-обратно и масса свободного времени как-то сами собой расставили в моей голове все по своим местам.
Меня тянет к учительнице дочери, и я готов наплевать, впервые в своей жизни, на то, что между нами есть какие-то препятствия. Она мне нужна, и я собираюсь ей об этом сообщить.
Очень хочется верить, что за почти пять лет моей относительно холостяцкой жизни я не разучился ухаживать за девушками, и, в конце концов у меня есть хоть и раздолбай, но брат, который уверен, обратись я, поможет. Не верится мне, что все его взбрыки и притязания на внимание Вари серьезны. Скорее так, спортивный интерес. Как, в общем-то, и всегда.
А вот я, похоже, попал. Залип уже серьезно, потому что так меня не ломало, даже когда у нас с Кариной был конфетно-букетный период.
Подъезжая к дому, шарю рукой на соседнем сиденье в поисках мобильного, с твердым намерением набрать Варю и поговорить. Но тут взгляд цепляется за женскую фигурку, что топчется у нашего с Аськой подъезда. Уже сейчас я вполне понимаю, кто эта девушка, но когда она оборачивается, удивлению все равно нет предела.
Паркуюсь около тротуара и выскакиваю из машины, не веря, что я такой счастливчик и девушка сама пришла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Варя, что ты… — но слова застревают, когда я вижу машину, к которой девушка жмется. И понимаю, с кем она сюда приехала.
Никитос.
В голове все добродушие вмиг перекрывает жгучая ярость и злость на девушку и на братца, которому доступно, казалось, объяснил, чтобы к Варе не смел приближаться.
— Здравствуй… те, — выдавливает из себя девушка, которая явно замерзла, судя по гусиной коже на руках. Конечно, судя по ее одежде, что совсем не по погоде, по-другому и быть не может. — А я тут…
