земле наедине с дьяволом. Как он выжил, никто не знал. Никто даже не знал, есть ли у Доминика ответ на этот вопрос. — Ты должен быть сильным, Ангел. Ты можешь не сломаться, если он сломается. Но если сломаешься ты, сломается он.
Его слова мудрости были всем, что он оставил ему, когда ушел, оставив его в темноте.
Лишь спустя несколько часов, когда эти слова пронеслись в его голове, он осознал всю их серьезность.
Сохранить своего близнеца означало защитить Матиаса и принести себя в жертву тьме. Он уже сделал это однажды, но теперь понимал, что ему придется делать это каждый раз. Слабость Матиаса должна была стать его силой. Его страх должен был стать другом Ангела.
Положив свои маленькие ручки на дверь, он ощупал стены вокруг себя. С каждым прикосновением то, что когда-то было стенами, медленно превращалось в его клетку.
Когда он тяжело дышал, ощущение ловушки начало смыкаться вокруг него. Если ему повезет, то он продержится в ней до того момента, пока не сломается. В следующий раз он мог только надеяться, что сможет продержаться дольше, и дольше, и так несколько раз, каждый раз освобождаясь перед тем, как потерять все. Тогда, может быть, однажды...
... Потный Ангел проснулся от очередного кошмара. Понимая, что их было слишком много, он заставил себя подняться с кровати и схватил подушку.
Уставившись на раздвижную дверь, он, наконец, открыл ее и обнаружил шкаф.
Ангел бросил подушку на пол шкафа, а затем вошел внутрь и лег на пол.
Сначала твердая поверхность причиняла боль, но потом ему удалось устроиться достаточно удобно, чтобы заснуть. И только когда он снова захлопнул дверь и закрыл себя в клетке, он поприветствовал своего старого друга.
Забавная штука... Когда он вытащил руки из клетки, темнота не позволила ему увидеть его. Она была там только тогда, когда он решил протянуть руку и коснуться ее.
Двадцать один
Вы, ублюдки, уродливы
Открыв дверь, Адалин вошла в красивую, темную квартиру.
— Ты знаешь, как стучать? — ворчал Винсент с дивана.
— Да, просто я не хочу. — Подойдя к дивану, она решила стать еще большей занозой в заднице, попытавшись втиснуться между ним и Лейк.
— Здесь целый чертов диван, Адалин! — Он попытался отбиться от сестры, но поскольку Лейк смеялась, вместо того чтобы попытаться помочь, он сдался и встал с дивана. — Ты, блядь, сводишь меня с ума!
Удовлетворенная, она опустилась на диван, легла и положила голову на колени Лейк.
— Я просто пытаюсь потусоваться со своей лучшей подругой.
— Ну, она же моя девушка!
— Это не имеет значения. Сначала она была моей лучшей подругой.
— Лейк, ты не собираешься ничего говорить? — Винсент посмотрел на нее в поисках помощи.
— Я имею в виду... — Глаза Лейк метались туда-сюда между ними, не зная, что сказать. — Мы были лучшими друзьями много лет, прежде чем я начала встречаться с тобой.
Адалин хмыкнула.
— Да, потому что ты был слишком занят…
— Я пойду наверх, пока не убил тебя.
— Пока! — крикнула она ему вслед, когда он поднимался по лестнице.
Лейк легонько ударила Адалин по плечу.
— Это было не очень мило.
— Я ведь не ошиблась, правда?
— Ну… — Лейк сузила глаза, вспоминая всех девушек, которые бросались на Винсента за эти годы.
— Правда причиняет боль, —ответила за нее Адалин.
Рассмеявшись, Лейк начала перебирать пальцами волосы Адалин, лежащей у нее на коленях, ожидая, пока Винсент уйдет.
— Ну, как тебе вчерашняя поездка на машине домой с Ангелом?
Ее лицо снова покраснело, вспомнив его слова.
— Отлично.
— Расскажи мне! — Заметив цвет ее щек, Лейк поняла, что что-то случилось.
— Нет. Больше никаких фантазий об Ангеле для тебя.
— Ну же, Адалин. Я бы рассказала тебе. Дай мне хотя бы что-нибудь!
Ты не можешь сказать ей, что он умеет кататься на скейтборде, потому что тогда ты будешь лгуньей, и ты определенно не можешь сказать ей, что он умеет ездить на мотоцикле, потому что уверена, что она бросит Винсента ради него.
Остановившись на чем-то одном, она подмигнула подруге.
— Он отлично кусается.
— О Боже. Тебе повезло...
— О чем вы говорите? — спросил Винсент, спускаясь по лестнице.
— Я просто спросила Лейк, не хочет ли она сходить сегодня вечером на новый фильм «Джуманджи».
— О да, я умираю от желания посмотреть его. — Лейк практически забыла, что они обсуждали Ангела. — Ты отвезешь нас, Винсент?
— Нет, черт возьми. Мне нужно работать, — сказал он ей, накидывая куртку, прежде чем подойти к Лейк и поцеловать ее на прощание.
— Фу. — Со своего места Адалин видела, как они чмокают друг друга в губы.
— Почему бы тебе не пойти и не спросить Элль и Неро, хотят ли они пойти? Неро может присмотреть за вами. — Он практически смеялся всю дорогу к выходу при мысли о том, чтобы отомстить своему лучшему другу.
Адалин практически вскочила с дивана.
— Звучит неплохо. Пойдемте.
Схватив куртку и свои вещи, девушки вышли за дверь на несколько минут позже Винсента. Им оставалось только постучать в соседнюю дверь, и уже через минуту Неро открыо.
Глаза Адалин практически загорелись при виде великолепного зеленоглазого брата Карузо.
— Мы хотели спросить, не хотите ли вы с Элль сходить на «Джуманджи»?
Неро начал закрывать дверь.
— Нет…
— Оооо... Хочу! Мы можем пойти? —
Элль подбежала к двери, умоляя его.
Проведя рукой по волосам, он, казалось, быстро соображал.
— Вообще-то, я не могу. Мне нужно работать.
— Может быть, Амо отвезет нас? — спросила Адалин.
И Неро, и Элль ответили в унисон:
— Не сможет.
Ладно...
Не желая быть крайним, Неро быстро схватил свою куртку, поцеловал Элль и отправился на работу, как и Винсент.
— Вам двоим нужны новые парни, — проворчала Адалин, лишившись идей.
— Что же нам теперь делать?
— Давайте попросим Хлою. Лука может нас забрать. — Элль закрыла за собой дверь и, пройдя через холл, постучала в другую дверь. Когда никто не ответил, она достала телефон и приложила его к уху. Она разговаривала по телефону всего несколько секунд, после чего повесила трубку, выглядя немного растерянной.
— Они в доме Луки. Она сказала, что они занимаются садоводством?
— Сейчас практически зима,
