— Вокруг нее было много споров, — сказал Питеркин. — Некоторые считают ее вульгарной, другие же говорят, что это работа гения.
— Не так ли всегда бывает с произведениями искусства? — сказала я. Большинство из них подвергаются критике, а когда они объявляются произведениями гения, каждый соглашается, как будто другого мнения никогда и не бывало.
— Когда я смотрю на нее, я думаю о том, чтобы пойти в армию, — сказал Питеркин.
Елена заметила:
— Несколько дней назад ты думал о парламенте.
Питеркин недовольно поморщился:
— Идти по стопам отца? Каждый скажет: «Он не то, что его отец!»
— Может быть, ты будешь лучше, — предположила я.
— Это невозможно!
Как раз в этот момент прогуливающейся походкой к нам подошли два молодых человека, и, прежде чем нас представили, я уже поняла по выражению лица Елены, что один из них был Джон Милворд.
— Какая неожиданная встреча! — сказал он, но по тому, как он смотрел на Елену, я поняла, что их появление было совсем не случайно, к тому же я вспомнила, что именно Елена настаивала на том, чтобы я посмотрела статую Ахилла, и по ее желанию мы так долго здесь пробыли.
— Аннора, — сказала она, — это лорд Джон Милворд.
Он склонился к моей руке. Да, в нем было что-то очень приятное, но что поразило меня больше всего, так это его молодость. Он выглядел еще моложе Питеркина, а тот был на два года моложе Елены. Мне он показался несколько хрупким, но у него были огромные карие глаза и доброе лицо. Возможно, я слишком долго смотрела на Ахилла? Он улыбался Елене, и я подумала: «Он действительно влюблен в нее».
Я была представлена другому молодому человеку, и, как только я услышала его имя, я вспомнила: Джо Крессуэл. Это значило, что он был сыном того человека, которого мой отец в шутку назвал противником дяди Питера.
Питеркин объяснил, что мы гуляли по парку, чтобы показать кузине Анноре некоторые достопримечательности. Джо Крессуэл заинтересовался, и я сказала ему, что приехала из Корнуолла. Мы немного поговорили о тех местах, о которых он знал не слишком много.
Мы шли впереди с Питеркином и Джо Крессуэлом, Елена и Джон Милворд сзади. Мы прогуливались, и Питеркин объяснял мне, что это место было когда-то названо Рингом и собирало модных щеголей, которые демонстрировали свои блестящие туалеты.
Джо Крессуэл сказал:
— Я должен тебе что-то сказать, Питеркин: я собираюсь выставить свою кандидатуру на ближайших следующего года еще долго. Я надеюсь, вы еще не скоро уедете в Корнуолл?
— Думаю, что пробуду здесь еще две недели.
Он улыбнулся с удовлетворением:
— Тогда, я надеюсь снова увидеть вас… скоро.
Елена и Джон Милворд вернулись, и мы решили, что пора нам возвращаться.
Это было замечательное утро. Елена была наверху блаженства, и я вынуждена была признать, что и мне доставила удовольствие неожиданная встреча с Джо Крессуэлом, сыном второго кандидата на высокую должность.
Этот вечер был одним из немногих, когда дядя Питер ужинал с нами. Во время ужина была упомянута встреча в парке.
Дядя Питер подмигнул нам:
— Не кажется ли тебе, что Джо очень приятный молодой человек, Аннора?
— Да, дядя. Мне он показался очень интересным.
Он повернулся к тете Амарилис:
— Нам нужно позвать Крессуэлов на ужин.
— До того… как все станет ясно?
— Думаю, очень скоро, дорогая. Я не хочу, чтобы люди думали, что между нами существует какая-то неприязнь только потому, что его шансы выше. Мы же, в самом деле, прекрасные друзья, но политика требует своего. Вы злейшие противники в коридорах министерства, но как только вы его покидаете, вся враждебность испаряется. Да, давай пригласим их на ужин в ближайшее время, Крессуэла и его жену.
Он взглянул на меня:
— А ты можешь пригласить молодого Джо.
Через три дня они пришли. Это был очень приятный вечер. Мистер и миссис Крессуэл мне очень понравились. Он был достаточно серьезный, даже педантичный, а она — полная противоположность своему мужу: милая, добрая, очень домашняя и заботливая.
Тем не менее, казалось, они идеально подходят друг другу. Мне было приятно встретить Джо снова. За ужином мы с ним сидели рядом, чтобы мы могли поговорить побольше, и я много узнала о его стремлениях пойти по стопам отца.
Дядя Питер благосклонно смотрел на нас, как будто ему было очень приятно, что мы находим общий язык.
Потом мы развлекались музицированием. Елена пела, я сыграла несколько пьес на пианино, Джо переворачивал для меня ноты.
Я думала, как здорово, что дядя Питер и мистер Крессуэл, несмотря на оспаривание важного поста, так дружны между собой, в их отношениях не было и тени неприязни и вражды.
Потом заговорили о поместье Крессуэлов в Суррее.
Миссис Крессуэл сказала, что иногда там собирается молодежь. У Крессуэлов была большая семья — три дочери и три сына, Джо был младшим.
Миссис Крессуэл, должно быть, заметила, что мы с Джо находим общий язык, потому что сказала:
— Вы должны посетить нас, мисс Кадорсон, до отъезда в Корнуолл.
— Это будет, вероятно, скоро, — сказала тетя Амарилис. — Сэр Джейк человек, который принимает мгновенные решения. Он вполне может приехать на следующей неделе и объявить, что все должны вернуться в Корнуолл, чтобы подготовиться к поездке в Австралию.
— Австралия, — повторил Джо. — Это интересно.
— У моего отца есть там довольно обширные земли.
Он жил там когда-то, много лет назад.
Тетя Амарилис посмотрела на меня с беспокойством, а дядя Питер явно наслаждался ситуацией.
— Хорошо, тогда мы назначим поездку на ближайшее время, — сказала миссис Крессуэл. — Как насчет этого воскресенья?
Я посмотрела на тетю Амарилис.
— Почему бы и нет? — сказала она. — Если ты хочешь, Аннора.
— Конечно, — продолжила миссис Крессуэл. — Елена и Питеркин будут сопровождать вас.
Так все устроилось.
* * *
Я видела Джо достаточно часто, даже до поездки.
Он мне нравился, но я не могла не вспоминать о Рольфе. Я сравнивала их: несмотря на то, что Джо был очень славным, он не выдерживал сравнения.
Думаю, все это оттого, что Рольф до сих пор остался моим идеалом. В нем была какая-то сила, которая, как мне кажется, должна быть главным в мужчине. Такая сила была у моего отца, ею в большей степени обладал и мой дедушка, даже в преклонном возрасте Джо ее не доставало, он казался уязвимым О них любой мог подумать, что они совладают с обстоятельствами, что бы ни случилось. Правдой было и то, что Джо казался мальчишкой. Для меня не было никакого сомнения, что, несмотря на страхи, которые родились во мне в ту ужасную ночь, я испытываю глубокое чувство к Рольфу.
