Читаем без скачивания Глубинка - Артур Гафуров

— Ты знаешь, зачем здесь вырыли эту яму?

— Я не знаю, зачем, но можно узнать, чем. А узнав, чем, можно узнать, кто. Копали явно карьерным экскаватором, и едва ли у кого-нибудь имеется такой в частной собственности. Следовательно, если навести справки у местных фирм, мы узнаем, кто из них получал подряд на подобные работы. И выйдем на заказчика. Думаю, мой брат с этим справится. Когда умер дядя Матвей, и в каком месяце ты была здесь летом?

— Он умер в феврале, число я уже не помню. А летом я здесь была в июле.

— Итого получается примерно пять месяцев… Многовато, конечно, но попробовать стоит.

Мы остановился перед крыльцом дома. По виду, здесь никто не бывал уже очень давно.

— Дядя Матвей хороший был, — зачем-то сказала Аня. — Истории разные рассказывал.

— Какие истории?

— Он огни видел. Думал, это НЛО. И Паша Смирнов тоже НЛО видел, помнишь, я тебе говорила?

— Да, помню… Ты обещала эту историю дорассказать, — рассеянно ответил я. — Как думаешь, в доме есть что-нибудь интересное?

— Провода не сняли.

— Что?

— Провода не сняли, — повторила Аня. — Они на месте висят.

— И что?

— Ты точно русский? — моя спутница посмотрела на меня так, словно впервые увидела. — Или в Москве воров нет? Дядя Матвей уже почти год как умер, а на его доме до сих пор целые провода, и никто на них не позарился, не снял. Мне кажется, это, как минимум, странно.

— Да… Возможно, ты права… — старательно отводя глаза, ответил я. — Давай посмотрим, что в доме?

Ничего интересного в доме не оказалось. Точнее, там в принципе ничего не оказалось. Дом был совершенно пуст, только мусор по углам. Теория о добропорядочных россиянах, которым не нужно чужого, рассыпалась в пыль.

— Даже книги забрали, — заметила Аня. — А когда он раздавал за так, не брал никто.

— И ты не брала?

— Я не люблю читать.

— А зря. Кстати, счетчик на месте, — я подошел к висящей на стене металлической коробке, из которой доносилось характерное потрескивание. — Ого, даже электричество есть!

— Он крутится? — удивленная Аня подошла ко мне. — Но ведь тут даже работать нечему!

— Выходит, есть, чему. Тут проложен обходной провод. Кто-то обкрадывал твоего дядю Матвея, прогоняя свое электричество через его счетчик, и, похоже, продолжает обкрадывать его даже после смерти.

— Но кому это надо?

— Не знаю, — я внимательно осмотрел проводку в доме, после чего вышел на улицу. — Поблизости никто не живет, а чтобы дотянуть линию до ближайшего населенного пункта, потребуются километры провода. Если вдуматься, выгоды никакой.

— Пашка говорил, в этом лесу раньше сектанты жили, — вспомнила Аня, выйдя вслед за мной на свежий воздух.

— Да, он сам из них. Я помню, как они по деревням бродили. Но это давно было…

Хм, Пашка. Пашка Смирнов. Младший собрат проповедника Вени, человек, который уверял, что умеет разговаривать с комарами. Вспомнились слова Андрея, мол, хочешь узнать про большой пень в лесу, спроси у Пашки. А ведь я уже видел, кто возле того пенька собирается. Может, и мне пора познакомиться с этим Пашкой поближе? Есть риск. Если он тоже в курсе происходящего, мне несдобровать: узнай он меня, и сразу станет понятно, что я обитаю в Зуево. С другой стороны, едва ли он меня вспомнит, сколько лет уже прошло. Так что, можно попробовать. Да и вообще, если бы меня всерьез искали, то давно бы уже нашли. Вон, та же Аня нашла без проблем. Значит, нужно обставить все настолько грамотно, чтобы выведать у него нужную информацию, не подставив себя. И, кажется, я даже знаю, как это сделать. Ну что, рискнем? Это ведь так интересно!

— Анечка, — похоже, Анечка не привыкла к подобному обращению, ибо посмотрела на меня так, словно я назвал ее Адольфом. — Ты можешь свозить меня в Толосцы? Я хочу пообщаться с этим Пашей Смирновым.

Аня задумалась.

— Нет, — наконец ответила она. — После дискотеки тебя многие запомнили в деревне, а Сергей обещал за тебя деньги, десять тысяч.

— Ну, это немного, — отмахнулся я. — Если нас поймают, я предложу пятнадцать.

— Я серьезно.

— Я тоже. Мне очень нужно с ним поговорить. Я думаю, он может нам помочь. А если вечером поехать? Сейчас темнеет рано, а в темноте меня не заметят.

— Вечером… Вечером можно. Но тогда я не смогу отвезти тебя обратно, пойдешь пешком.

— Пешком… — такая перспектива мне совсем не улыбалась. Я, конечно, любил ходить, но слишком уж болезненные воспоминания остались от маршрута «Толосцы — Зуево».

— Ладно, поедем днем. Я просто оденусь неприметно. Замаскируюсь так, что родная мама не узнает.

— Хорошо, послезавтра. А сейчас давай домой? Я есть хочу.

— Да, погнали. Я тоже проголодался.

Глава XIV: Ученик шамана

На подготовку встречи с Павлом в моем распоряжении имелось два дня. Так что было время, чтобы провести анализ: обмозговать имеющуюся информацию, сделать выводы и наметить возможные перспективы.

С последним, то есть, с перспективами, как-то сразу не заладилось.

По всему выходило, что Зуево и окрестности — просто какая-то аномальная зона. Уж больно много всякой дребедени здесь происходит. Для начала мы имеем стремительное сокращение местной популяции Хомо Сапиенс, категорически не объяснимое одними лишь объективными факторами. Далее, по лесу шарахается компания полоумных детей с прожектором и вооруженной охраной, которая палит во всех посторонних, да еще и спускает собак им вдогонку. Затем, в заброшенной деревушке кто-то без всяких на то видимых причин роет яму размером с бассейн для водного поло. Недешевое удовольствие, кстати. Мало того, во всем этом как-то замешаны местные менты. Можно ли все вышеперечисленное считать звеньями одной цепи? Или я где-то перемудрил? Психи, яма, менты… Менты заставляют психов рыть ямы… Нет, не то. Зачем психам ямы? Зачем ментам психи? Зачем… Эх, вот бы прокатиться над здешними просторами на вертолете. Наверняка, много интересного можно было бы рассмотреть. Но пока вертолета нет, остается надеяться только на пресловутого Пашку. Причем, надеяться без особых на то оснований: нет никаких гарантий, что со встречи с ним я вынесу что-то полезное. Такие вот перспективы.

В принципе, план мой был прост как пять копеек. Из разговора с Аней я узнал, что наш клиент активно барыжит всякими целебными травками, которые сам же и собирает в полнолуние на секретных делянках. Так что ничего не стоит заехать к нему якобы за этими самыми травками, в качестве оплаты предложив самый ходовой в российской глубинке товар — сорокаградусную. Представлюсь ему, что я, например, из Себежа, знакомый знакомого. Дальше все в лучших национальных традициях. Правда, имелись возможные загвоздки. Первая: Паша может отказаться пить со мной водку. В этом случае, придется импровизировать. И вторая: я не знал, насколько сам восприимчив к этому замечательному напитку, ибо не особо его жаловал. Что ж, заодно и узнаем.

В назначенный день (был четверг) Аня заявилась с утра пораньше и бесцеремонно разбудила меня. Агат — тоже мне сторож! — даже не гавкнул, когда она вошла, и я был позорно застигнут прямо в койке.

— Доброе утро, — без намека на улыбку приветствовала она меня, садясь в кресло. — Я купила, что ты просил. Ты не передумал?

— Доброе утро. Нет, не передумал.

— Ясно. Тогда вставай и собирайся, поедем.

— Хорошо, встаю… — черт, как бы помягче намекнуть ей, что я не одет? — А ты кушать не хочешь? На летней кухне сырники остались.

— Нет, спасибо, я позавтракала.

Зашибись. Может, для кого-то это и в порядке вещей, но лично я не привык представать во всей своей первобытной красе перед девушкой, с которой, мало того, что знаком всего неделю, так она еще и на десять лет младше! Да и было бы хоть, что показывать, бицепсы там какие-нибудь или кубики пресса, так нет же ничего почти. И вообще, что скажет Вера, если узнает… Впрочем, об этом лучше не думать. Хотя нет, именно об этом и нужно думать! Только об этом и думать. Так, ладно, раз других вариантов нет, проявим выдержку. Это же совсем просто: откидываешь одеяло и встаешь… Сколько раз приходилось проделывать сию нехитрую операцию, всегда же справлялся, справлюсь и сейчас.

Конечно, я пытался действовать степенно и размеренно, но в какой-то момент все же понял, что одеваюсь со скоростью поднятого по тревоге морпеха, чей корабль только что торпедировала вражеская подлодка, а в шлюпку голым не пускают. Таким образом, весь процесс облачения занял от силы секунд двадцать. Аня в это время листала старый журнал и, вроде как, не смотрела в мою сторону, но мне упорно казалось, что она все видит и даже еле заметно ухмыляется. Маленькая чертовка!

Позавтракав пресловутыми сырниками (и кто это только что говорил, что не голоден?), мы начали готовиться к вылазке. Первым делом экипировали меня в горожанина (моя некогда новая, а теперь порядком поношенная одежда, в которой я приехал, идеально для этого подошла), затем подготовили мне рюкзак ходока: две бутылки водки, шпроты, помидоры и хлебушек. Во избежание неприятных эксцессов я решил взять с собой пистолет, но не знал, куда его спрятать. На пояс — заметно, в карман куртки — неудобно. В итоге не придумал ничего умнее, как засунуть в носок, закрепив для надежности изолентой. Авось не потеряется. Все, теперь утепляемся старой дядиной курткой и в путь!