было уже слишком поздно. Злобно усмехаясь, Шуджиро уже занес оружие над ками. Одним ударом обеими клинками, он обезглавил существо. Пламя угасло в дыму. Лед моментально превратился в жижу, затем в воду. То, что только что было их противником, превратилось в дымящуюся лужу.
- В деревню! – Прокричал Сейтаро. Они повергли ками, но победа принесла с собой необъяснимый, неописуемый ужас. Он бросился бежать, и снег заскрипел под его сапогами.
Шуджиро пожал плечами, затем побежал за братом. Сейтаро понимал, что его брат следовал за ним не из-за того же чувства страха, но в надежде найти еще одного ками. Его страсть к войне была неутолимой.
Сейтаро несся вперед, завернув за скалистый выступ. К его удивлению, деревня казалась нетронутой. Небольшие, круглые хижины из глиняных кирпичей и шкур яков заполняли долину. Дым от горстки костров поднимался к вершинам Сокензан. Картина выглядела так, как ее помнил Сейтаро – чуть меньше и, возможно, не столь величественно, как в детских воспоминаниях, но очень знакомо. Лишь одной части его воспоминаний не хватало.
- Где люди? – спросил он у Шуджиро, остановившегося рассмотреть открывшуюся перед ними панораму. Его брат фыркнул. Оба они осторожно прошли в деревню. Сейтаро держал перед собой свою алебарду, пока Шуджиро в нетерпении вращал своими клинками.
Когда они подошли к ограде деревни, из-за хижины вышел человек. Он был средних лет, и очевидно тощий, как камыш под шерстяной накидкой и шляпой. Человек, похоже, заметил боевые стойки братьев, расширив глаза при виде оружия. Он низко поклонился перед ними.
- Приветствую, Сейтаро и Шуджиро Ямазаки, - спешно сказал он. – Добро пожаловать в деревню вашего рождения. Я Хидеаки Минемацу, ученик вашего отца, я послан встретить вас. Только, - он поднял растерянный взгляд, - где же Страж?
- Страж? – спросил Сейтаро, - Мы не встретили ни одной живой души в горах, кроме небольшой банды акки два дня назад, и одного ками только что.
- Все они теперь мертвы, - добавил Шуджиро.
- Понимаю, - сказал мужчина, почесывая подбородок, - Но это очень странно. Ваш отец ожидал вашего прихода, и поэтому выслал Стража, чтобы проводить вас… Вы сказали, ками?
- Ками изо льда и пламени, да.
Мужчина побледнел, словно от внезапной пощечины.
- Где мой отец? – рявкнул Сейтаро. – Он должен был встречать нас, если знал о нашем прибытии. Он, в конце концов, сам обратился к нам за помощью.
- Ваш отец! – воскликнул мужчина, едва не паникуя. – Если вы повергли Стража… Ох! Нам нужно спешить к Учителю Ямазаки! – Не говоря больше ни слова, он развернулся и бросился в деревню. Сейтаро лишь обменялся раздраженными взглядами с братом, прежде чем броситься за ним следом.
Углубившись в деревню, Сейтаро заметил нескольких жителей, возвращавшихся к своей повседневной жизни. Он решил, что они, должно быть, поспешно спрятались, услыхав звуки сражения, а голос Хидеаки вновь возвестил им о безопасности. Или, возможно, вид двух людей в доспехах разбойников их уже не тревожил. Неподалеку, мужчина начал чинить крышу, пока под ним его жена растирала коренья в порошок. Небольшие группы детей играли в разные игры. В считанные минуты деревня вновь ожила. Более половины людей открыто наблюдали за братьями, на их лицах была смесь улыбки и оценивающих взглядов.
Хидеаки подбежал к крупной хижине в центре деревни. Без лишних церемоний он распахнул дверную завесу из шкуры и исчез внутри.
- Что происходит? – выкрикнул Сейтаро всем, кто его мог услышать. Резким движением он отбросил завесу и проследовал внутрь, Шуджиро не отставал ни на шаг.
Запахи ладана и целебных трав ударили в нос Сейтаро. Внутри хижины было темно и пусто, без декораций, мебели, кроме небольшого деревянного сундука у дальней стены. Свитки и книги были свалены в кучу, вместе со свечами, фонарями, и перьями. В центре комнаты были навалены меха, в которых лежал человек.
Хидеаки упал на колени рядом с лежащим человеком, прижимая его слабую руку к губам. Слезы текли по его щекам. Когда глаза Сейтаро привыкли к свету свечей, из горла Хидеаки вырвался всхлип.
- Отец? – спросил Сейтаро, подходя к меховому настилу. Было непросто узнать в тощем черепе перед ним лицо его отца из воспоминаний детства. Человек, которого помнил Сейтаро, был широк в плечах, красив лицом, с пронзительными черными глазами и гордой, седеющей косой из волос. Здесь же лежал не более чем мешок из кожи, натянутый на кости, с тонкими седыми волосами и раскрытым беззубым ртом. Словно что-то высосало все жизненные силы из его отца, оставив лишь дряхлую оболочку.
- Он мертв! – Взвыл Хидеаки. – Мертв! Страж был его проекцией, призванной из его собственного сердца. Когда вы убили Стража, вы убили… - Хидеаки не закончил мысль, задыхаясь от кома в горле. – О! Что же мы будем делать? Наша деревня стоит лишь благодаря магии вашего отца!
Мертв. Сейтаро услышал, как снаружи какая-то женщина, услышала стенания Хидеаки. – Ямазаки мертв! – Услышал он ее крик, затем кто-то еще вскричал от ужаса. К хору присоединялось все больше голосов, быстро распространяясь по деревне.
За его спиной молча стоял Шуджиро.
Сейтаро погрузился в мысли. Его внутренний огонь угас, оставив за собой холодный котлован. Бесчестие и стыд затмевали его взор. Сейтаро не слышал ничего, кроме этого ненавистного слова, повторявшегося десятками различных голосов снаружи. Мертв. Мертв. Мертв. Его отец призвал Стража, нечто, созданное из его собственной души, для защиты деревни от ками. И все же, даже великий маг опасался поражения, и обратился к своим сыновьям-воинам. Я слабею, писал он, и наша деревня падет под ударами ками без вашей помощи. Призвав к помощи, отец Сейтаро лишь обрек на смерть себя и свою деревню.
Сейтаро видел несметное число смертей на Войне Ками, был свидетелем всевозможных зверств. И все же, лишь однажды прежде он сталкивался со смертью в семье, при ранении от стрелы, которая должна была убить Шуджиро. Медленное восстановление брата от этой раны, восстановило веру Сейтаро в той, что хотя смерть приходила ко многим за время Войны Ками, она не касалась клана Ямазаки.
Теперь его отец был убит его собственными сыновьями. Убит руками Сейтаро и Шуджиро Ямазаки.
Прошло несколько мгновений. Сейтаро вдруг понял, что крики снаружи переросли от шока в истерию. Они окружали хижину, многие голоса исходили от пробегавших мимо людей. Сейтаро взглянул на Хидеаки, но тот с головой ушел в свою скорбь, все еще
