тебя сюда, чтобы показать, с чем мы столкнулись, чтобы ты осознал размах своего задания. Когда ты покинешь меня, войди в Колокольню. Сними со стены бревно и ударь в колокол.
- Учитель? – дрожащим голосом сказал Казуки. Перед глазами у него плыло. Священный колокол висел в самом сердце Фудайдзю, но никто в Ордене никогда не слышал его звон. Колокол был артефактом, напоминанием об истории Ордена и центром их молитв. Казуки никогда не предполагал, что его можно было использовать, никогда – как бы странно это ни казалось ему сейчас – не верил в мистическую силу его звона.
- Ударь в колокол один раз и дождись, пока звон не утихнет, - строго сказал Рокуан. – Когда ты не будешь слышать ни звука то удара колокола, кроме звона в ушах, ударь еще раз. Продолжай бить со всей своей силы, Казуки. К тому времени, как ты утратишь слух, ты уже будешь знать, сколько времени должно пройти между ударами. Если кто-то останется в живых, я пошлю его к тебе с едой и водой. Но, если этого не произойдет, продолжай бить даже после того, как усталость замкнет тебя в свои объятья. Ты меня понимаешь?
- Я… - начал Казуки. Где-то под ними Дзюган испустил рев, сотрясший великое дерево.
- Ты понимаешь? – настаивал Рокуан. Он снова повернулся к ученику. Его зеленые глаза вонзились прямо в сердце Казуки.
- Понимаю.
- Хорошо. Боюсь, монахи Ордена Священного Колокола единственные, кто помнит, что звон колокола – это крик о помощи. Я лишь молюсь о том, что ошибаюсь. Когда будешь бить в колокол, советую, тоже молиться. Колокол должен призвать подмогу, прежде чем Фудайдзю будет захвачено, прежде чем наш священный алтарь будет уничтожен.
Учитель Рокуан вздохнул, положив руку на плечо ученика.
- Ступай.
Казуки замешкался лишь на мгновение. Он бросился вниз по Спиральной Тропе, обегая великое дерево. Чем ниже он спускался, чем четче звучали тревожные крики монахов. Эхо сражения зловеще отражалось от Стены звуками, подобными грохоту речных камней и давящимся фруктам в когтях дракона.
Когда первые лучи рассвета осветили Фудайдзю, Казуки добрался до Колокольни. Снаружи, Дзюган, Восходящая Звезда, взревел, и рев его был подобен голосу разъяренного бога.
Рассказанное Шепотом
Rei Nakazawa
- Они лгали нам. – Усмехнулся юнец, и его друзья едва ли не почувствовали запах самодовольства. Это была знакомая картина – Каджия, хоть и не был старше своих семнадцатилетних сверстников, уже провозгласил себя верховным мудрецом. Его ухмылка и блеск карих глаз, обрамленных зализанными назад черными волосами, были привычным выражением его бледного лица.
Маленький класс был тесным, как и большинство других кабинетов в Минамо, в которых места хватало лишь для стола, полки для чернильниц и кистей, и пары стульев и ламп. Небольшое окно, выходящее на Водопады Камитаки, предлагало столь жалкий вид, что большинство учеников согласились с тем, что оно было лишним. Не считая щебета случайной птицы, и постоянного шума воды за окном, ничто не отвлекало учеников от работы… даже, если они сами желали бы на что-то отвлечься. Поэтому слова юноши мгновенно обратило на себя внимание его товарищей.
- Поразительно, - фыркнула Рина, и ее хвостики на затылке осторожно качнулись. Она попыталась вернуться к чтению, полагая, что беседа на этом закончена, но Каджия был не готов завершить разговор.
- Можешь смеяться, если хочешь, но это правда. Я слышал это от Гена.
- От того Гена, которого отчислили на прошлой неделе за бомбу-вонючку в Большой Библиотеке? – Закатила глаза Нозоми. – Он бы не узнал разумную мысль, даже если бы Настоятель Хисока уронил бы ее ему на голову.
- Существуют разные виды интеллекта, - с ухмылкой ответил Каджия. – У Гена он называется, как говорят друзья у меня дома, «уличная смекалка». Он знает, как узнавать то, что другие пытаются утаить.
- И кто нам лгал? – Мотомура никогда бы не признал свою заинтересованность, если бы ему не было так скучно. Слова заклинания на свитке перед ним начали сливаться, и он уже молился о каком-нибудь отвлечении, когда Каджия подал голос.
- Все верховные сенсеи школы, конечно, включая самого Настоятеля Хисоку и Леди Азами. Довольно странно для места, посвященного знаниям, вам не кажется?
- Если ты улыбнешься чуть шире, у тебя лицо треснет. – Вздохнула Рина. – Ты уже разрушил мою концентрацию, так что мы можем послушать, каким бредом напичкал тебя Ген. Расскажи нам: что это за особый секрет, ради сохранения которого сенсеи стали бы нам лгать?
- Ками. – Ухмылка Каджии растянулась, когда он увидел эмоции на лицах друзей, вызванные этим словом: подозрение, отвращение, страх. Но более всего, интерес. – Ками был призван в наш мир прямо здесь, в Минамо!
- Это безумие, - запинаясь, пробормотала Нозоми. – Кто в здравом уме призвал бы ками в наши дни и в нашем веке? Особенно сюда.
- И как мы могли об этом не знать? – добавил Мотомура. – Появление нового ками – это большое событие. Как смогли даже сами Настоятель Хисока и Леди Азами скрыть это?
- Очень тщательно. – Голос Каджии перешел в шепот. – Я говорю о несказанных вещах.
- Ах, это, - простонала Рина. – Эту историю я уже слышала. Это лишь сказка, придуманная старшеклассниками, чтобы пугать новичков.
- Нет! Ген рассказал мне, что сенсеи скрывают правду у всех на виду. Они хотят, чтобы вы думали, что все это выдумка. Но это произошло на самом деле!
- Что за история? – вмешалась Нозоми. – Я ничего такого не слышала.
- Ты слишком новенькая, - ответил Мотомура. – Но все, кто здесь учится уже какое-то время, знают ее. Ее рассказывают в каждом новом классе, как страшилку на ночь.
Рина, наконец, нарушила повисшее напряжение. – Предположительно, около пятнадцати лет назад, одну ученицу убил водный ками. Ее друзья хотели отомстить, но сенсеи не позволили им сделать ничего такого, что могло привести к нападению на Минамо орд ками. Поэтому, когда Настоятель Хисока и Леди Азами были в отъезде, друзья погибшей вломились в частную библиотеку Азами и выкрали несколько свитков.
Нозоми ахнула. – Странно, что их не казнили только за это!
- То, что в итоге с ними случилось, было хуже, - усмехнулся Каджия. – Они использовали древние заклинания, разработанные для получения знаний, в надежде, что смогут с их помощью найти,
