Двигался он ужасающе стремительно для существа, закованного в тяжёлую броню.
Моя шпага со свистом рассекала воздух, отражая удары и выискивая бреши в защите противника. Но каждый выпад оказывался тщетным. Клинок лишь бессильно скрежетал по доспехам Эльриха, не оставляя даже царапины. Будто чёртов рыцарь был высечен из цельного куска титана. Неужели в этой проклятой гробнице перестали действовать законы физики?
Уловив момент, ушёл от размашистого удара и, вложив всю силу, пнул рыцаря в грудь. Бесполезно. Пятка просто соскользнула по полированной поверхности доспеха, лишив меня равновесия.
В тот же миг трицепс обожгло острой болью — он достал меня! Горячая кровь потекла по руке, пробуждая чувство отчаяния.
Дальше произошло нечто странное.
Эльрих в несколько звериных прыжков взлетел на каменный саркофаг. Я выдохнул, на долю секунды обрадовавшись передышке.
Рыцарь медленно поднял руку, и я с ужасом ощутил, как моя собственная кровь, пульсируя, вдруг взбунтовалась против меня. Она рванулась прочь, извиваясь алой спиралью в воздухе, устремляясь к протянутой длани Эльриха.
Рука стремительно немела. Мгновенно перекрыл рану, мысленно приказав телу сформировать защитную корку. Однако моя кровь, змеясь в воздухе, уже достигла рыцаря и, будто повинуясь его воле, устремилась в тёмные прорези забрала.
— Глупец, кровушки моей захотел? Получи!
Я сконцентрировался, стараясь превратить жизненные соки в испепеляющий напалм.
Что?
Она меня не слушалась!
Когда последняя капля оказалась поглощена, силуэт рыцаря окутала багровая аура. Там, где раньше зияла пустота забрала, вспыхнули две раскалённые точки.
А ведь этот враг будто создан именно против меня! Полное противодействие моему классу личности. Неужели я прогневал богов или Парадигму?
Одно мгновение — и рыцарь материализовался прямо передо мной. Скорость Эльриха многократно возросла. Успел уклониться от выпада меча, но пропустил страшный удар латной перчатки в грудь. Тело потеряло контакт с поверхностью, и я пролетел несколько метров, завихряясь в движении, прежде чем спина врезалась в стену. Скрежет нагрудника смешался с мелодичным звуком падения шпаги на пол.
Сквозь тёмную пелену я видел, как Эльрих неспешно приближается, наслаждаясь моментом. Железная фигура возвышалась надо мной, зловеще отбрасывая тень в мерцающем свете факелов. С ритуальной медлительностью он воздел сжатый кулак вверх. Видимо, именно у этого забытого героя жест победителя над поверженным врагом был традицией. Затем рыцарь перехватил зазубренный меч обеими руками и занёс его для последнего, смертельного удара.
Тем же временем, лагерь.
Вот уже полчаса выжившие безрезультатно переворачивали всё вверх дном. Даже женщины бросили дела и помогали с поисками. Эстебан заметно нервничал. Было видно, что горячий мексиканец не готов смириться с потерей и намерен отомстить прямо сейчас. Его лицо мгновенно сосредоточилось, когда послышался крик Диловара.
— Нашёл! Все сюда!
Дровосек стоял возле туалета и указывал на траву. Эстебан поднял дротик и хмуро осмотрел всех присутствующих.
— Хрум! Бери след! — крикнул вояка.
Лидер грызлингов вместе с двумя сородичами прильнул к ладони Эстебана и принялся морщить носик, вибрировать усами.
— Слишком много запахов смешалось! Не получается! — раздосадовано подытожил Хрум.
— Я с вас семь шкур сдеру, если не окажетесь полезными!
Услышав угрозу, грызлинги вздрогнули и принялись работать носиками с удвоенной ретивостью. Они передавали друг другу дротик, нюхали его и воздух вокруг. Спустя пару минут напряжения Хрум вскрикнул:
— Я чувствую! Я нашёл след убийцы! Он вон там! — грызлинг указал на восточную часть лагеря.
Тем же временем, гробница героев.
Как там говорил отец, читая сказки перед сном? Вот и финал, а кто слушал — тот не проспал.
Доспехи Эльриха скрипнули, руки пришли в движение с хладнокровностью палача, готового исполнить приговор.
ПШШХХ!
Оглушительный звук разорвал тягучую тишину гробницы. Мой мозг отказывался верить тому, что видели глаза. В груди Эльриха внезапно образовалась сквозная дыра. Идеально круглая, с оплавленными краями, достаточно широкая, чтобы просунуть туда несколько пальцев. Раскалённый металл с шипением стекал на пол, оставляя дымящиеся следы. Красные точки в прорезях забрала моргнули раз, другой — и погасли навсегда. Массивная фигура замерла на мгновение, а затем рухнула, как подрубленное дерево, с грохотом, отразившимся от стен усыпальницы.
За спиной поверженного врага стояла…
Ханна?
Моё сердце ёкнуло от удивления. В её тонких руках красовался короткий лук, какого я никогда прежде не видел, даже в фэнтезийных фильмах про эльфов. Рукоять была изготовлена из белого дерева или кости, а плечи лука украшались витиеватыми узорами на манер растительных лоз. Тетива из серебристого материала выглядела тонкой, как паутина… Но куда сильнее удивляла едва заметная золотистая аура, переливающаяся всеми цветами радуги. Это что, легендарный предмет?
— Откуда ты здесь? — прохрипел я, пытаясь подняться с пола и борясь с волнами боли, прокатывающимися по рёбрам.
Ханна закатила глаза и перебросила лук через плечо с небрежностью, контрастирующей с ценностью оружия.
— Аха-ха! Ты что, правда думал, что сможешь его сразить? Какая прелесть… — её голос дрожал от восторга. — Он же неуязвим для физических атак, дурашечка! Только магия или оружие высшего порядка… Я следила за тобой с самого входа в гробницу. Честно говоря, думала, ты справишься.
Ханна развернулась и встала ко мне спиной.
— Спасибо! Я обязан тебе жизнью! Но зачем ты решила пойти за мной?
— Голос, голос, голос! — протараторила она, обхватив голову. — Он всегда говорит, а я всегда слушаю! Там, на Земле, он был жестокий, злой… О, как весело было! Родители не оценили. Заперли меня в психушку… но здесь… здесь он такой вкусный и уверенный. Ты тоже его слышишь. Слышишь же, да?
Неужели в её сознании обитает некая сестрёнка? От всей этой чертовщины закружилась голова.
— Не слышу, — я перешёл на серьёзный тон. — Ты видела, что произошло этой ночью?
— Не-а. До утра танцевала с ветром.
Ханна изящно пустила волну телом, будто финалистка конкурса по восточным танцам, а потом резко развернулась. Её… кхм… прелести качнулись, и мой взгляд невольно зацепился за них. А у какого нормального мужика бы не зацепился? Она облизала губы и бросила мне кокетливый взгляд.
— Нравится? Возьми! Фелиция уже не узнает о нашей маленькой шалости!
Совсем дура?
Спокойствие…
Вдох. Выдох.
Ханна двинулась мне навстречу, а я попятился, выставив ладони вперёд. Внезапно её интерес пропал, направление изменилось, а глаза прищурились. Она присела возле поверженного Эльриха и смахнула фиолетового светлячка. Судя по
