Нет. Нельзя сдаваться. Нужно продолжать надеяться на побег. Только бы добраться до города! Законы на моей стороне.
– А почему вы фамильяров с собой не взяли? – спросила я, решив выведать о похитителях побольше.
– Они потом появятся, – ответил Лекс, – в том месте, где мы будем. Всегда появляются. По первому зову. Расстояние для них не проблема. Исчезнут в одном месте и возникнут в другом.
– А как вы их зовете? Это свист или какой-то пароль?
Непонятно, что насмешило эту троицу. Но мне пришлось ждать, пока они успокоятся.
– Вообще, достаточно только подумать, – сообщил Байрон, повернувшись ко мне, – и все. У нас ментальная связь. Слова не нужны.
– А почему тебя зовут Байрон? Откуда такое имя?
Лекхе снова рассмеялись. Как будто я им тут клоуном подрабатывала.
– Она забавная, – заметил Лекс.
– А я что говорил? – поддакнул Ивар и посмотрел на меня в зеркало заднего вида.
Я отвернулась.
– Байрон у нас стихи пишет, – произнес он таким тоном, будто уговаривал меня не дуться, – поэтому и Байрон. Кличка такая.
– Не пишу, а так… бумагу порчу, – смутился тот, о ком шла речь. – Но кому-то нравится.
– Мне – нет, – заявил Ивар.
– Мне тоже, – подхватил Лекс.
– А вообще, меня Стас зовут, – закончил Байрон и приуныл.
– А я Лекс – потому что Леша. Алексей, – пояснил темноволосый.
– А у тебя какая кличка? – обратилась я к Ивару.
– Хамелеон, – усмехнулся Лекс. – Ивар у нас Хамелеон.
– Ненавижу это слово, – процедил тот сквозь зубы.
– Родион тоже ненавидит, когда ты его Топтыжкой называешь, – беззлобно отразил нападки его друг.
– И вы забавные парни, – не осталась в долгу я. – Будет приятно вас прикончить. Байрона оставлю. Стихи на ваших могилках прочтет.
Наступившая на несколько мгновений тишина в салоне дала понять, что мне удалось ввести их в ступор.
– Кровожадная какая… – протянул Лекс.
В это время Ивар выпрямил спину, сбросил скорость и заерзал на сиденье. Я сразу поняла: что-то не так. Оглянулась – но погони не заметила. Ивар напряженно вглядывался куда-то вперед. Потянулся, открыл бардачок, вынул две красные повязки и бросил по очереди Лексу и Байрону.
– Надевайте. Быстро!
Те в мгновение ока послушались. Я застыла в изумлении. «Красноповязочники»? Они? Папа говорил…
– Сиди тихо, охотница, – прошипел Ивар, на мгновение повернувшись ко мне.
Вытянув шею, я наконец поняла, что так его напугало. Впереди, на обочине, стояла полицейская машина. Патрульный в салатовом светоотражающем жилете наблюдал за нашим приближением, приложив ладонь козырьком к глазам, чтобы защитить от капель дождя. Жезлом он дал знак остановиться.
У меня внутри все оборвалось, а потом бабочки запорхали в животе от возбуждения.
Вот он, мой шанс спастись!
Парни нервничали. Байрон начал тихонько что-то бормотать. Может, молился? Лекс сжал кулаки и спрятал их между колен. Ивар притормозил на обочине, достал документы и вышел из машины навстречу полицейскому. Воспользовавшись остановкой, я осторожно потянулась к ручке двери, но тихий угрожающий шепот Лекса остановил меня:
– Ивар же сказал сидеть смирно.
– Да ничего ты мне не сделаешь, – фыркнула я, но он тут же грубо схватил меня сзади за шею и заставил повернуться. Взгляд темных глаз растерял все былое добродушие.
– Если Ивар сказал, надо его слушать. Если мне придется тебя придушить, чтобы никто из нас не умер, так и сделаю. Он сейчас спасает наши задницы, и я не дам тебе все испортить.
Я оторопела. В это время в окне за спиной Лекса показалась жилетка полицейского. Я не могла рассмотреть его как следует, видела только пистолет в кобуре на поясе. В салоне было слышно, как он представился и попросил документы.
– Я что-то нарушил? – послышался голос Ивара.
На удивление спокойный и даже ленивый голос. На его фоне общая нервозность его друзей внутри машины только больше бросалась в глаза.
– У вас номера нечитаемы, – ответил полицейский.
– Да? – Ивар начал обходить автомобиль, и патрульный двинулся за ним. Они остановились, разглядывая номера. – Действительно, грязь. Я забуксовал там, на проселочной дороге. Когда уже эта чертова погода устаканится? Вам тоже ведь не сладко тут стоять, а?
Я увидела, как он вынул из кармана и что-то сунул патрульному.
– Точно, – полицейский усмехнулся, найдя сочувствующего собеседника в лице Ивара.
– Я всегда об этом думаю, когда проезжаю и вижу очередной патруль, который мерзнет на морозе, или в ливень, или в праздники. Все отдыхают, а вы почему должны работать?
– Работа такая, – охотно поддакнул полицейский.
– Курите? – Ивар опять сунул руку в карман.
– Не откажусь.
Он дал прикурить.
– Может, я возьму тряпку и просто протру номера?
Я затаила дыхание в ожидании ответа. Рука Лекса по-прежнему сжимала мою шею и не позволяла сдвинуться с места, но я очень надеялась, буквально умоляла в мыслях, чтобы полицейский решил проверить машину более тщательно или выписать штраф. Из-за тонированных стекол он вряд ли мог хорошо разглядеть, что происходило внутри.
– Давайте устраним нарушение. Тут всего-то одну цифру нечетко видно.
– Отлично.
Ивар выбросил сигарету, подошел и открыл свою дверь. Он уронил документы на сиденье и наклонился, чтобы нашарить где-то под ним тряпку. Полицейский маячил за его спиной. Я поняла, что другого шанса уже не будет и заорала во всю мощь легких:
– Помогите!
Ивар дернулся и поднял голову, встретившись со мной яростным взглядом. Мой крик захлебнулся и перешел в жалобный вой, когда Лекс тряхнул меня так, что клацнули зубы.
– Кто это там у вас? – тут же напрягся полицейский. Я заметила, что его рука потянулась к кобуре.
Выражение лица Ивара ясно говорило, что жить мне осталось недолго. Но когда он выпрямился с тряпкой в руках, его голос снова звучал безмятежно.
– А, девчонка-лекхе, которую мы везем в гетто.
Что? Такого наглого вранья я не ожидала. Он выдает меня за себя?! Несмотря на боль и угрозу физической расправы, я открыла рот и хотела крикнуть: «Нет!», но увидела, как другая рука Лекса скользнула под сиденье и вернулась с пистолетом. Из-за спинки водительского кресла полицейский пока не мог видеть опасности. Я замерла. Мои похитители настолько сумасшедшие, что готовы повесить на себя еще и убийство сотрудника при исполнении?!
Что-то стукнуло по крыше автомобиля.
– Это ее сокол? – спросил полицейский.
– Нет. Это фамильяр ее сопровождающего.
Сопровождающего?!
