И пусть в него бросит камень тот, кто никогда не мечтал о сексе с понравившимся ему человеком! Гарри не поймает ни одного камня на свой щит, потому что таких людей нет.
— П-привет, — просипел фалломорфирующий{?}[фалломорфировать — 1)испытывать сильные чувства, 2)охуевать] Гарри, увидев свою судьбу, выступившую из полумрака.
Том в своих министерских доспехах выглядел так горячо, что полы должны были плавиться под каждым его шагом. Волосы, элегантно зачесанные назад, открывали высокий чистый лоб, строгий темный костюм с жилеткой сидел как влитой на его идеальной фигуре, накинутая поверх мантия из дорогой ткани придавала ему королевского шика.
Когда он выступал в Визенгамоте, у Гарри натурально начинали капать слюни. И у половины присутствующих тоже. Не зря его сосед подозревал в нем вампира — настолько красивых и идеальных людей природа создавала крайне редко, а у Тома, помимо внешности, была такая бешеная харизма, что сносила с ног.
Гарри хотелось упасть перед ним на колени и вымаливать разрешения любить его всю оставшуюся жизнь. А потом вытряхнуть его из всех этих тряпок и хорошенько…
— Добрый день, — голос Тома прозвучал внезапно холодно, совсем не так, как накануне вечером.
Гарри решил не обращать на это внимания. Том иногда превращался в засранца, когда нервничал.
— Выглядишь невыспавшимся, — наугад начал беседу Гарри.
— Я прекрасно спал, — отрезал Том и отвернулся к полкам. — Что обезвреживаем сегодня?
Гарри нахмурился, почувствовав, что от него снова закрылись. Но почему? Вчера всё было просто волшебно!
Том был напряжен. Гарри привык отмечать поведение преступников и успел изучить его, и сейчас чётко видел, что Том не так спокоен и холоден, как хочет показать.
— Сначала я хотел поговорить с тобой, — решительно шагнул к нему Гарри, оттесняя к стеллажу своим телом.
— О чём? — в темных глазах промелькнула какая-то уязвимость, неуверенность. Гарри шагнул ещё ближе, практически прижимаясь к нему.
— Я… Хотел пригласить тебя сегодня на ужин, — Гарри очень хотел накрыть ладонью его щёку, которая окрасилась нежным розовым румянцем, но не посмел.
— Зачем? — темные густые ресницы опустились на щёки, и Гарри чуть не сорвался.
Он так хотел прижаться губами к этим трепещущим векам, спуститься ими по горящим щекам, коснуться нежной кожи за ухом…
— Как это зачем? — выдохнул полушепотом Гарри, подмечая, как забилась жилка на его виске, как покраснели губы, как задрожали ресницы. — Компенсация. Вчера тебе было очень неловко, я хотел бы загладить свою вину.
«Я по тебе с ума схожу уже много лет».
Том шумно выдохнул, и Гарри прикипел взглядом к его влажным приоткрытым губам.
— Не стоит, ты ни в чём не виноват, — очень серьезно ответил он.
«Мерлин, как же к нему подступиться?!» — Гарри от азарта готов был выпрыгнуть из своей кожи.
Он видел, как Тома ведет от его близости, слышал его сбившееся дыхание, неровное биение сердца. Он знал, что Том хочет его.
Гарри поднял руку и медленно заправил локон его волос за ухо. В этот раз Том даже не подумал отпихнуть его, просто стоял, опустив взгляд, и тяжело дышал.
— Но я хочу, — низко ответил Гарри, делая ещё один крошечный шаг вперед. — Ты мне… позволишь?
Гарри знал, что Том совсем не понимает, что сейчас происходит. Он узнал его достаточно, чтобы оценить степень его опытности. Ему в анамнез Гарри записал неловкий пьяный секс и петтинг тайком. Ох, что же его ждет впереди…
— Я… — заметался Том, не зная, куда сбежать из плена рук Гарри. — Я занят.
У Гарри медленно, но верно угасали все мыслительные процессы. Раскрасневшиеся щёки и пунцовые губы вытесняли собой всякий здравый смысл.
«А что он сделает, если я…?»
«Воткнёт свою палочку мне в глаз. Или проклянет. Или пнёт по яйцам. Или…»
Как в бреду, Гарри положил ладонь на его щёку и погладил её большим пальцем, как хотелось.
— Чем же? — выдохнул он ему на ухо.
Том замер, напряженный, как тетива лука, готовая вот-вот распрямиться.
— Ну я… Кхм, — хрипло промямлил Том. — Я хотел… Мне книззлов покормить надо. Соседка умерла. То есть не умерла, а уехала. В дурдом. И мама просила сводить Маркуса к мозгоправу. И бабуля убила крота…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Гарри хрипло засмеялся и поймал в тиски пытавшегося удрать Тома. От его мнимого высокомерия и холодности не осталось и следа. Это был распаленный, смущенный парень, которому просто необходимо показать, как хорошо им может быть вместе, при этом не испугав окончательно.
— Очень жаль, что ты так занят, — вкрадчиво прошептал он, опаляя дыханием его ухо и щёку. — Может, завтра?
— Угу, — промычал Том. Его ресницы вновь темными стрелками легли на покрасневшие щёки.
— У тебя тут что-то, — вторая рука зарылась в его волосы. — Пушинка застряла, — Гарри закусил губу и легонько дернул за прядки.
И готов был поспорить, что услышал еле различимый стон.
Пора было заканчивать это, иначе, Гарри был уверен, его любимые штаны обзаведутся дыркой спереди. Поэтому он резко отступил от смущённого Тома и попытался улыбнуться так, словно пас овечек, нарядившись в соломенную шляпку и воздушное платьице.
— Ага, — снова выдавил Том, глядя исключительно на свои ботинки. Вся его самоуверенность исчезла, открывая настоящего Тома Риддла: чувственного, жаждущего ласки и любви, уязвимого, человечного. Его броня разлетелась, показав Гарри нечто восхитительное, что он желал удержать рядом с собой любой ценой.
«Вот ты и двинулся, дед», — прозвучал в голове голос старого Гарри.
«И ничего не двинулся. Вам двоим просто необходимо быть вместе, чтобы другие люди не страдали от вашей неудовлетворенности», — ответил ему голос Гермионы.
— Значит, договорились! Завтра ужинаем вместе, — широко улыбнулся Гарри, про себя радуясь, что Том не смотрит на него и не видит этого плотоядного выражения лица, которое, он был уверен, делает его точь-в-точь как те маньяки, которых он ловил.
Что поделать, когда дело касалось Тома, Гарри становился собственником и не очень совестливым человеком.
— Угу, — снова пробормотал Том и схватил первый попавшийся в руки предмет с полки. Это оказалась кусачая пепельница в наморднике. — Нужно начинать работать!
— Конечно, — Гарри усилием воли заставил себя отойти от него.
Скоро… Скоро Том будет с ним. Терпения Гарри не занимать.
Комментарий к Часть 5 Делаем ставки, как поступит Том? )))
====== Часть 6 ======
Том ворвался в свой отдел и сразу кинулся к кабинету Грейнджер, не обращая внимания на удивленные лица коллег.
К чёрту. Плевать, что они подумают.
— Я ухожу на больничный! — рявкнул он, распахнув дверь без стука.
Грейнджер замерла, не донеся до рта сэндвич, который поедала прямо за рабочим столом.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.
— Заболел! — Том схватил первый попавшийся под руку пергамент и начал писать на чистой стороне. — Нуждаюсь в покое и отдыхе! Вот, подпись, дата! — он швырнул пергамент на стол и резко развернулся.
— Эй, это же отчет для министра! Том! — Грейнджер кинулась за ним следом, но Том даже не оглянулся. — Да постой ты! Что случилось? Что с Гарри?
Имя сработало как заклинание оцепенения.
— С Гарри? — выплюнул он. — Вы что, знакомы?
Он не видел её лица, но затылком почувствовал, что она занервничала.
— Эм… А он не рассказал? — она фальшиво рассмеялась. За такой смех любого актёра уже бы запинали.
Так они были знакомы с Поттером? Том вспомнил, что аврор упоминал некую «подругу», которая работает заместителем начальника отдела.
— Что произошло? — немного неуверенно спросила Грейнджер, перестав смеяться, как умалишенная.
— Ничего! Меня сыпью обсыпало, размером с горох! — воскликнул Том, показывая жестами куда-то в область задницы. Если Грейнджер и Поттер дружат, то ему нужно алиби, которое она сольет аврору.
Чтобы Тому не пришлось идти на завтрашний ужин.
— Какой сыпью? — Грейнджер уронила бутерброд на пол.
