тут же явятся обратно, исполненный скептицизма и полагая, что Сублимация может быть хороша только для меньших цивилизаций, но не для Гзилта. Однако назад никто не явился.
В последнее время полковой флот снова сменил диспозицию и система Изенион осталась едва защищенной. Это означало, что баланс между действиями и действиями, которые могли обеспечить наилучший результат, изменился. Он был счастлив, что ему не пришлось принимать решение по истечении всех тридцати восьми часов: теперь у них было больше времени. Если обстоятельства вновь не изменятся, корабль будет атаковать, пролетая мимо, что позволит использовать более полный спектр боеприпасов, да и вернётся гораздо быстрее, чем если бы ему пришлось наносить удар на полной скорости.
…Девушка проявила некоторые из своих фантазий, связанные с доминированием, но они ему не нравились, и он сказал ей об этом. Она выразила удивление, думая, что большинство политически влиятельных, агрессивных мужчин втайне вынашивают желание поменяться ролями и — в безопасном, контролируемом, полностью секретном контексте — подчиниться. В ответ он поведал ей, что эта обнадеживающая теория — вздор: сильные остаются таковыми всегда… Правильно ли он поступил? Люди умрут — от этого факта никуда не деться. Он принимал решения, которые приведут к гибели тех, перед кем у него был долг. Он должен был доверять им, и они должны были доверять ему. Но система сломалась.
Наркотик создавал иллюзию замедления времени, он расширял сознание, становившееся частью спектра надсуществования, в вихри которого он мог погружаться, игнорируя, улучшая и сублимируя.
Корабль — полковой крупный корабль — был испорчен, его ИИ обманут, вирусное присутствие внедрено в него много веков назад. Это был первый акт предательства, первый акт чего-то столь же значимого по своей сути, как и откровенная агрессия. Он должен был ответить, когда Четырнадцатый заблаговременно отказался от права на доверие, уважение или защиту этим актом древнего предательства.
Орпе подняла руки над головой, затем наклонилась назад, затем еще дальше, и продолжала наклоняться, пока голова ее, в конце концов, не исчезла из поля зрения — тогда она выгнула позвоночник и вцепилась в него. Она уже делала так раньше. Красавица Орпе. Вирис — как она хотела, чтобы он называл ее, хотя в первые несколько раз признавалась, что ей нравилось, когда к ней обращались Орпе или мадам Орпе.
…Помимо этого, однако, имел место тот простой факт, что единственное, что имело сейчас значение — не считая предательства, — Сублимация, которая должна была свершиться вовремя и в полном объеме.
Используя аугментации, которые он всегда носил с собой, он мог наблюдать, как Орпе ускоряется и замедляется. С наркотиком он мог синестезировать опыт, мысленно удаляясь в другие лакуны восприятия, в то время как оставшаяся часть его все еще находилась в реальном времени, наблюдая за происходящим. Процесс напоминал самосозерцание.
…Знания о содержимом корабля Ремнантеров — если послание, которое тот нес, было правдой, а не ложью, — необходимо было держать в секрете, скрывать не только от огромной массы людей, но от всех вообще. Запугивать массы не выгодно, и никогда не стоит сбивать их с толку. Иногда можно довериться людям, наделенным властью, иногда это помогает сохранить конфиденциальность — но не в этот раз. Ставки были слишком высоки. Ничто — вообще ничто, ни на практике, ни в теории — не имело большего значения, чем Сублимация. Они ставили на кон всё; он ставил всё, неся на своих плечах бремя надежд всего гзилтского народа.
..Орпе — Вирис глубоко дышала. Он не видел сейчас её лицо и мог позволить себе расслабиться, пока мысли блуждали гдё-то далеко.
…И именно потому, что это было так важно, существовала также вероятность того, что даже тот, кому он обычно доверял, кто-то из высших эшелонов, проболтался бы только ради славы, дурной славы, в надежде, что откровенность принесла бы героический статус, независимо от того, насколько правильным был такой поступок. Никогда не нужно недооценивать эгоизм и глупость людей.
Он подумал о корабле, замедляющемся, но продолжавшем мчаться к планете, падающем на нее.
Орпе застонала. Прямо сейчас он был с подкомитетом, принимавшим решение о том, какие виды падальщиков получат статус Привилегированных Партнеров, что позволит им рассчитывать на помощь Гзилта, когда дело дойдет до раздела наследия. Необходимости в его присутствии не было — в зале комитета соответствующий персонал уже был проинструктирован, они знали, что делать и как голосовать. В конце концов, они по-прежнему боялись его, до сих пор, и в этом, он готов был признать, имелся некий дискомфорт, раздражение от обладания силой, которое он ощущал даже сейчас, не будучи там.
К черту подкомитет. Тот сам о себе позаботится. В конце концов, он предпочел быть здесь.
С Орпе, которую ему пришлось делить с президентом.
Обычно он этого не терпел — он не делил любовниц. Но с мадам президент дело обстояло иначе. Именно по причине близости Орпе к формальному лидеру их нации он первоначально подружился с девушкой, льстил ей, ухаживал и, наконец, завлёк её. Не то чтобы это была какая-то великая жертва: в конце концов, она действительно была красивой и привлекательной, хотя и чересчур… напористой, на его вкус.
Он был очень осторожен и никогда ничего не спрашивал у Орпе о мыслях или возможных действиях президента Сефой Гельджемин, довольствуясь тем, что она сама рассказывала ему, когда думала, что он хотел ее исключительно ради нее самой, а не из-за ее любовной связи с Сефой.
Вполне возможно, что это никогда бы не пригодилось ему, но дело по большому счёту было в другом.
* * *
— Приказы есть приказы, к сожалению.
— Что ж, нам будет тебя не хватать. Тебе действительно нужно лететь прямо сейчас?
— Боюсь, что да. …Я заметил легкую дрожь в варп-ядрах, не проходящую гравитационную волну или что-то в этом роде.
— …Ничего не видно… Нет, подождите секунду, да, инженеры говорят, что они что-то увидели.
Ошибка Не… почувствовал легкое смущение. Он безропотно отключил свои собственные варп-модули — по сути, они работали на холостом ходу, — а затем преднамеренно усилил поля своих двигателей, включив главный привод, специально для создания крутящего момента. У него имелась таблица с данными о том, какие из менее развитых цивилизаций могли быть обмануты таким способом и в какой степени. Это было в некотором роде нечестно. Ложь, которую Ошибка Не… счёл несколько нежелательной, но необходимой. Технически предаваться такому обману было необязательно — столь же необязательно, как и направится теперь на максимально возможной скорости к далёкой звёздной системе, как было предложено ему в полученном сообщении,
