- Я нашел много материалов, - сказал он. - Тут копии нью-хейвенских газет за летние месяцы тысяча восемьсот семьдесят третьего года, копии патчинских газет и все книги, которые показались мне хоть в малейшей степени относящимися к этому вопросу... И я вспомнил то, о чем упоминал. - Он указал на старую книгу в сером библиотечном переплете. - Вы слышали что-нибудь о Стефане Поллаке?
Грем покачал головой.
- Считают, что Поллак оказал влияние на Вашингтона Ирвинга. Как бы то ни было, Поллак написал книгу под названием "Любопытные путешествия" книгу, рассказывающую о его поездках. Вот что я вспомнил: он был в Коннектикуте в тысяча восемьсот семьдесят третьем году, путешествовал дилижансом из Нью-Йорка в Нью-Хейвен.
Молодой человек улыбнулся:
- А это означает, что он проезжал мимо этого дома. Ведь он ехал по Олд-Пост-роад.
***
Грем отложил книгу Поллака в сторону, намереваясь прочитать ее позже, и в течение нескольких часов просматривал газеты за лето 1873 года. Самым удивительным было то, что в них ни в коей мере не отражались происходившие в Хэмпстеде события. Шло Черное Лето 1873 года, а на страницах газет обсуждались местные сплетни, приводились расписания движения дилижансов и кораблей, давались прогнозы на цену зерна в будущем году. Погибло полгорода, но соседи закрыли глаза и продолжали как ни в чем не бывало шутить. Они притворялись годами, делая вид, что Хэмпстеда уже не существует.
Все еще не добравшись до книги Поллака, Грем вновь отослал студента к стеллажам за сведениями о патчинском пожаре 1779 года - ему хотелось подробно узнать о событиях тридцатилетнего цикла.
Солдаты грохочут сапогами по могиле Гидеона Винтера, отправляясь на разграбление города...
Кенделл-Пойнт... Иногда казалось, что Кенделл-Пойнт хочет захватить город, поглотить его...
По телу Грема пробежала дрожь: он увидел себя со стороны, сгорбившегося старика, довольно слабого - сильным теперь остался лишь его голос. И это он хочет противостоять Гидеону Винтеру из-за той идеи, которую вынашивал в течение пятидесяти лет, из-за того, что когда-то он сражался на катере с сумасшедшим и решил, что это был кто-то гораздо более опасный, чем просто сумасшедший?
Сколько прошло времени, с тех пор как он в последний раз видел Кенделл-Пойнт? Грем сообразил, что не появлялся там с тех пор, как начал изучать историю Хэмпстеда, - в те дни, совсем мальчиком, он ходил туда. Но ничего не видел. Он смотрел на деревья, скалы, воду, на изрезанную огромными оврагами землю, на валуны... Он смотрел, но не видел. Он представлял, как высаживаются на побережье солдаты, но не обращал тогда внимания на сам Пойнт. А ведь именно там и находился центр происходившего.
Сам не понимая, зачем он это делает, Грем встал из-за стола и подошел к стене, на которой висела карта; по спине и плечам пробежали мурашки. Карта в светлой деревянной рамке была застеклена. Там, где находился Гринбанк, художник нарисовал две маленькие фермы, за ними начинались болота. Грем вновь посмотрел на Кенделл-Пойнт. В масштабе карты он казался намного больше, чем был на самом деле.
В центре его стоял солдат в красном мундире, с мушкетом на плече. Грем придвинулся поближе к карте, внимательно всматриваясь в лицо маленького воина.
Грем придвинулся совсем близко к стеклу - от карты его отделяло несколько дюймов - и замер.., потому что увидел, что фигурка в красном двигается. Солдат снял с плеча мушкет и злобно усмехался - он больше не был нарисованным, он был живым и древним. Маленький человечек заряжал мушкет. Грем, не веря себе, увидел, что линии карты заплясали перед глазами, образовав вокруг маленькой фигурки небольшое пятно. Солдат в красном мундире хищно блеснул глазами, поднял мушкет, прицелился и нажал на спусковой крючок. В этот момент Грем услышал: "Пух!" - словно взорвался маленький воздушный шарик.
В следующую секунду стекло, закрывающее карту, покрылось густой сеткой трещин.
Грем отпрянул назад, испугавшись, что сейчас пуля вылетит прямо на него. И через мгновение он увидел ее - черная металлическая точка со звоном разбила стекло, а на груди солдата запылал крохотный язычок пламени.
***
Перед тем как молодой человек в бабочке влетел в комнату, Грем успел заметить, как изменилась береговая линия.
Побережье от Нью-Хейвена до Норрингтона искривилось и превратилось в страшный рогатый профиль Дракона. Грем застонал, словно в него и впрямь попала пуля.
- Мистер Вильяме? Что случилось? - беспокойно спросил парень. Он прибежал в такой спешке, что даже не застегнул пиджак. Потом он увидел карту.
- Что вы сделали? - Он бросился к Грему, потом опять к стене.
Пламя уже выбивалось из-под стекла, огибая только то место, где был нарисован Кенделл-Пойнт. Фигурка в красном съежилась и потемнела.
- Господи, - проговорил молодой человек. Он подбежал к карте и попытался снять ее со стены, ухватившись за деревянную рамку, но тут же отдернул руку:
- Она горит! - завопил он.
Он стянул пиджак и, обмотав им руку, снял карту со стены.
- Что происходит?.. - парень ошарашенно уставился на Грема.
- Огнетушитель, тебе нужен огнетушитель, - посоветовал Грем.
- Подождите здесь. Только подождите здесь.
- Я думаю, тебе лучше поторопиться.
Парень растерянно посмотрел на поднимающиеся от карты огненные языки и выбежал из читальни.
Грем подошел поближе к карте. Он затушил пламя ногами. В глубине здания хлопнула дверь. Грем медленно подошел к столу, взял ручку и блокнот и забрал книгу Стефана Поллака "Любопытные путешествия". Он уже вышел из здания Исторического общества и был на полпути к старой машине, когда услыхал, как в глубине вновь хлопнула дверь.
Тяжело дыша, он добрался до машины. Перед тем как отъехать от георгианского особняка, Грем еще раз взглянул на окна и увидел в одном из них юношу в бабочке, который что-то кричал ему. Грем развернул машину и нажал на газ.
Это был один из самых стремительных отъездов в его жизни.
Он двигался по направлению к Патчину, прочь от Хэмпстеда, выехал на Харбор-роад и не свернул в сторону Маунт-авеню и Гринбанка. Он ехал на Кенделл-Пойнт.
Дорога обрывалась возле разрушенной стены, за которой тянулась тропинка, усыпанная гравием. Грем припарковал машину и медленно пошел к насыпи по покореженному асфальту. Он поставил ногу на невысокий каменный заборчик, испытывая удивительное волнение. Раньше он не понимал этого: здесь, на Кенделл-Пойнт, все пропитано духом Дракона, это его земля.
Разглядывая Кенделл-Пойнт, Грем почувствовал, что помолодел лет на двадцать или тридцать. Немного кололо в груди, побаливало правое колено, как всегда немного ныла спина, но он знал, что стоит на пороге открытия. Он знал это. И Дракон тоже знал. Так же как и Табби Смитфилд на Грейвсенд-бич. Грем мог бы прокричать: "Покажи мне!" - и это означало бы такой же вызов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
