с хмурыми, а кто и со злыми взглядами.
После 500 тысяч остались только Прохор и мужик из «Молота».
— 550 тысяч, — Прохор оглянулся на меня.
Это был предел того, что может выставить Чистилище.
— Шестьсот, — перебил усатый.
— Поднимай до семисот, — шепнул я Прохору.
«У нас просто нет столько!», — читалось в его отчаянном взгляде, но я спокойно кивнул ему в ответ.
— Поднимаю до семисот!
На Калинине скрестились удивлённые взгляды всего зала.
— Восемьсот! — припечатал тип из «Молота» не сводя взгляда с Прохора.
Калинин развёл руками, и ведущий зафиксировал сделку.
— Что это было? — спросил меня Прохор, когда мы только вышли из зала, — откуда ты знал, что он перебьёт?
— Похоже, они готовы работать себе в убыток, лишь бы не отдать тебе очаг. — отметил я.
Прохор покачал головой.
— Не понимаю, как они собираются окупаться. Хотя… они забрали также и все альфа-очаги. К тому же, я слышал, владельцы уже не в первом городе такое проворачивают. Видать, хотят крепко прижать конкурентов и окупиться уже потом, когда станут монополистами.
— Ладно, поехали отсюда.
Я встал и, бросив последний взгляд на карту, вышел из аукционного зала. Прохор пошёл за мной.
А, когда мы вернулись в «Чистилище», я спросил:
— Как часто ты проверяешь документацию, которую ведёт Арнольд?
— Да почти никогда, — нахмурившись ответил Прохор — Я воин, а не бухгалтер. А к чему ты клонишь?
— Думаешь, твой финансовый директор поехал на дачу? — ошеломил его я, — на самом деле он помчался звонить твоим конкурентам сразу, как только нас покинул. И сказал, цитирую: «Ваш план с „дельтой“ провалился. Калинин выкарабкался и даже откопал откуда-то нового инвестора. Если не задавите его сейчас, потом может быть поздно.»
— Ты серьёзно? — ошарашенно переспросил меня Прохор.
— Как видишь, теперь их план просто не давать тебе очаги и, таким образом, задушить Чистилище, оставив его без работы. Но гораздо важнее, что переходный очаг, похоже, не был случайностью.
Прохор бухнулся в своё кресло и задумался. Молчал он долго, то и дело хмурясь и сжимая кулаки.
— А я ещё так радовался… — наконец, заговорил он, — Молот в тот день забрал все очаги, кроме альфы и вот этой гаммы. Я сильно удивился, что они не стали за него бороться, но списал всё на то, что их ублюдочное руководство просто просчиталось и не захотело выходить за рамки бюджета. Теперь же я вижу, как ошибался. Да они готовы на всё, лишь бы нас задушить. Чёрт!
Прохор в сердцах ударил кулаком по столу и снова выругался.
— Каким же я был идиотом, что не понял этого сразу. Но Арни… с ним я облажался куда сильнее.
Ещё немного подумав, он признался:
— Впервые хочу не только убить говнюка, но ещё и мелко ему нагадить. Эта крыса так любит свою дачу, что я готов прям щас сорваться и спалить её дотла. Вместе с подвалом, где этот гад держит свои соленья. Вкусные, кстати, чёрт бы его побрал!
Позволив Прохору выговориться, я спокойно сказал:
— А теперь слушай…
* * *
— Как-то здесь страшновато одной ходить… — съежилась Алина, озираясь по сторонам.
— Не бойся, дом рядом и мы не одни, — Ольга кивнула на Арчи.
Пёс вприпрыжку бежал рядом, радостно виляя хвостом.
— Мне кажется, он маловат для защитника… — с сомнением перевела взгляд на собаку младшая Астер.
Девушки провели весь день в клинике, а к вечеру взяли несколько заказов уже у одарённых с передозом. С каждым днём Ольга перерабатывала скверну всё уверенней и теперь сама учила этому Алину.
К тому же работа с аристократами — всё ещё приносила хорошие деньги. Ольга не собиралась садиться на шею Максу, сбросив всю ответственность за благосостояние их будущего клана только на него.
Нет. Она хотела быть полезной. И сильной. Ольга сама не заметила, как быстро менялась.
Теперь она уже не понимала, как раньше была готова всю жизнь влачить жалкую судьбу лекаря, прислуги для других одарённых.
И она хотела, чтобы Алина тоже это поняла. Поэтому весело ответила:
— Дело ведь не в размерах. Вот мы с тобой тоже не выглядим опасно, но скоро такими станем.
Астер осторожно улыбнулась, всё ещё не слишком уверенная, что сможет когда-то сравниться даже с Ольгой. В Рихтер всегда чувствовался какой-то внутренний стержень. А себя Алина считала простой и даже мягкой девушкой, которая звёзд с неба не хватает.
— Эй вы, шкуры! — вдруг раздался развязный мужской голос.
У Алины сердце сразу провалилось в пятки. А ведь они почти пришли, всего-то оставалось миновать две общаги. И зачем Ольга решила срезать путь?
Девушки обернулись, и из переулка показались трое парней в спортивных костюмах. У одного из них торчала в зубах сигарета.
Алина ускорила шаг, а Ольга, наоборот, неожиданно остановилась, глядя на них как-то странно.
