больше, причём не хилую такую дырку. Пуля снесла почти половину фотографии Поллукса Игривого.
Второй выстрел последовал спустя половину удара сердца. Пуля угодила в левое плечо Лендеру, эффективно передавая ему свою кинетическую энергию и разворачивая на девяносто градусов. Слишком мощно для обычной. Она экспансивная?
Я рефлекторно поднялась со стула.
— Ленд...
Официантка, как самая трезвая из присутствующих, первой вникла в происходящее и вместо крика "На помощь!" сиганула к подсобке. Чувствуется опыт.
Третьей попытки попортить себе шкуру Лендер допустить не мог. Сильным, молниеносным движением он вышиб оружие из руки противника и раскрытой ладонью ударил Гуру в центр грудной клетки. Каким бы шустрым ни был Морус, законы физики не в его пользу — он не удержался на ногах и тяжело рухнул в проход между двумя столиками прямо на спину. Казалось бы, на этом конец, но основное действие только начиналось.
Гуру не успел даже хрипнуть, как разгорячённые дрянным виски мужики повскакивали со своих мест и выхватили оружие. Кастеты, ножи, пистолеты — полный набор! Вряд ли Морус Черинсайро их друг, но он часть стаи, а Лендер — грозный Спектр, завидев которого, переходят на другую сторону дороги, — всего лишь задирающий нос злодей, к тому же пошедший на сделку с героями и получивший официальную амнистию. И он один. Про притаившегося в уголке Электрика мужики, похоже, забыли. А зря.
Совершенно проигнорировав тот факт, что поверх его модифицированных перчаток надеты простые кожаные, Юлиус наотмашь пальнул в центр залы.
Осечка!
Вместо электрической дуги глаза ослепила яркая вспышка и только. На пальцах гениального изобретателя весело затанцевали оранжевые язычки пламени. Поспешно стряхнув их, Юлиус сдёрнул обугленные перчатки и тут же повторил попытку.
Следующая молния вопреки прицелу разделилась на три ветви. Одна дуга ушла в потолок, вторая вонзилась в столик у двери, а третья выбрала своей целью электрическую розетку. Напряжение в сети бара сделало резкий скачок. Все лампы накаливания одновременно лопнули с громким хлопком и раскалёнными осколками посыпались на головы посетителей. Зала погрузилась во тьму, чтобы тут же засветиться от новых молний. В этот раз их было уже не три, а тридцать три! Я проворно заступила за спину боссу, рассудив, что здесь сейчас самое безопасное место.
"Бродячая собака" взвыла множеством голосов. Грязные ругательства, проклятья, кто-то позвал маму. Отвратительно запахло палёным. Электрик намеренно бил пониженным напряжением, имея цель лишить жертв воли к сопротивлению, а не изжарить их до хрустящей корочки (за это посадят), но мало никому не показалось.
Стоило понять, что наш план пойдёт наперекосяк, ещё на моменте, когда мне принесли отбивную и пиво вместо салата. Разве нельзя было по-тихому проследить за Гуру, чтобы сцапать его в более удобном месте? Или мои спутники рассчитывали удержать ситуацию под контролем? Хорошо же удержали, ничего не скажешь! Будет чудом, если сегодняшнее "недопонимание" не настроит против них половину Индустриального района.
В дёрганых вспышках мертвенно-бледного света мир утратил реальность. Я постаралась разглядеть Лендера в поднявшейся неразберихе разворошённого муравейника. Он минимум на голову выше большей части завсегдатаев бара, его нельзя пропустить.
Несчастный кот Шрёдингера, где он? Едва не сделала глупость, выйдя из "укрытия", чтобы лучше видеть.
— Гуру уходит! — Он нашёлся сам, и я испытала такое облегчение, что едва удержалась на ногах.
Ещё раз пальнув молнией, Юлиус откинул стол, мешающий ему быстро выбраться из угла, и бросился на выход. Я не растерялась. Чёрта с два останусь тут в одиночестве хотя бы на мгновение! После устроенного концерта меня линчуют без лишних вопросов и с особой жестокостью. Ловко обойдя все живые препятствия, выскочила на улицу почти сразу же за боссом. Лендер уже здесь с обоими револьверами в руках. И всё же драгоценные секунды мы потеряли. Секунды, которыми Гуру с толком воспользовался.
Одна из машин с парковки — серебристо-серый седан без номерных знаков — резко сорвалась с места, едва не зацепив стоящий рядом пикап. В окне мелькнуло озабоченное лицо Моруса. Ленд выстрелил вслед, разбил заднее стекло и снёс правое зеркальце. В ответ седан вильнул на тротуар, ловко скрывшись с линии стрельбы за будками и мусорными баками.
Вот это да! И рефлексы, и соображение у Гуру работают на пять с плюсом. Не каждый юнец провернёт такое, а уж дед под шесть десятков лет... Нет, он какой угодно, но ни разу не обычный. Я бы даже восхитилась, если бы несколькими минутами ранее он не подстрелил Ленда.
— Не дадим ему скрыться. — Юлиус первым поспешил к нашей машине.
Я запрыгнула на заднее сиденье и потянулась к ремню безопасности.
Лендер нажал педаль акселератора. Взревел двигатель. "Степной Цезарь" перескочил низенький бордюр и очутился на газоне. Развернувшись прямо тут, мы через две секунды вылетели на главную дорогу и быстро набрали скорость.
Движение в Индустриальном районе никогда не бывает достаточно плотным, чтобы Гуру мог спрятаться за другими автомобилями, поэтому он был вынужден рисковать, обходя машину за машиной, словно в древней компьютерной игрушке.
— Не отставай! — Юлиус предусмотрительно сжал руки в кулаки и ни к чему не прикасался. Губительное поле его супериора не всегда выводит электрику из строя, но на сегодня слепых надежд уже хватило.
— Не плохо бы сперва догнать, — напряжённо отозвался Ленд. Крутанув руль вправо, повторил уловку Гуру и под красный свет вылетел на перекрёсток.
— Тебе что-то мешает? С ручника не снял, да?
— Заткнись, док, — рыкнул приспешник. — Без форы не интересно.
— Конечно, мы же сюда поиграть пришли, — заткнуться без последнего слова за собой доктор попросту не мог.
"Цезарь" машина спортивная, мощная и потрясающе послушная, но особых преимуществ на улицах самого разбитого района мегаполиса ему не получить. И всё же премиум класс решает. Расстояние неминуемо сокращалось. Гуру прекрасно видел мигающие фары, призывающие его остановиться. Ну-ну, послушается он! Ещё в "Собаке" стало ясно, как сильно он не жаждет говорить с нами.
Опасным манёвром свернув влево, седан выскочил на главную дорогу, уводящую в западном направлении.
Оттянув ремень безопасности, я подалась вперёд и крепкой хваткой вцепилась в спинку сиденья Юлиуса. С такого ракурса мне прекрасно видна дорога и бешено мелькающие по её сторонам индустриальные пейзажи. Темнело быстро, уличные фонари зажглись, но света почти не давали. Встречные машины, не включающие фары по последней моде местного быдла, выплывали мрачными тенями. Я их почти не замечала.
— Ленд, ты как?
— Всё отлично, крошка, — отрезал он таким тоном, что лучше не отвлекать.
Боли он
