Читаем без скачивания Дело крючка с наживкой - Эрл Гарднер

– Помните, ваша жизнь зависит от того, выполните ли вы свое обещание.

– Но, мистер Мейсон, они не должны трогать меня. Ведь я действительно в пять утра была в Рино, а секретарь Альберта показал, что еще днем Альберт был жив.

– Вы знаете, почему Маттерн сделал это?

– Нет конечно, не знаю, но это большая удача для нас.

– Неверно. Это неправда. Суд в любое время докажет это, и вся ваша защита рухнет. Я не строю свои дела на таком шатком фундаменте. Мои дела всегда имеют под собой прочное основание. Теперь, если вы убили его, я должен знать правду.

– Я не убивала его.

Резко и настойчиво зазвонил звонок.

– Если не вы, то кто это сделал?

– Не имею ни малейшего понятия. Должно быть, кто-то из опекунского совета. Иногда я подозревала…

Дверь стонала под ударами.

– Хорошо, идите и откройте им.

Миссис Тидгинс пошла открывать дверь. В комнату влетел сержант Голкомб.

– Опять вы! – злобно взревел он. – Что вы здесь делаете?

– Разговариваю с клиенткой.

– Вы знали, что я приеду сюда. Откуда вы узнали это?

Мейсон покачал головой.

– Зачем она вас наняла? – спросил Голкомб.

– Вести ее дела.

– Какие именно?

Мейсон улыбнулся:

– Вы забыли, сержант, что адвокат не обсуждает дела своих клиентов.

– Хорошо. Миссис Тидгинс, мы приехали сюда, чтобы получить ответы на несколько вопросов. У нас есть доказательства, что вы не ездили в Рино на своей машине. Пока вы были в Рино, ваша машина находилась в гараже на Ист-Сентрал-авеню. Там опознали вас как миссис Роберт Хашмен. Они видели вашего предполагаемого мужа. Его идентифицировали с Робертом Полтхемом. Они опознали его и вас по фотографиям. Что вы можете сказать на это?

– Я могу ответить на этот вопрос, – ответил Мейсон.

– Я не хочу, чтобы отвечали вы, – отрезал Голкомб, – я хочу услышать ответ от нее.

– Я ничего не скажу.

Мейсон кивнул.

– Я не велел ей отвечать ни на какие вопросы, – сказал он.

– Если она не ответит на вопросы, ей придется поехать в управление, – сказал Голкомб. – Окружной прокурор хочет поговорить с ней. Если она не даст объяснения по некоторым фактам, ее ждет обвинение в убийстве первой степени.

Мейсон осторожно стряхнул пепел.

– Наденьте шляпу, миссис Тидгинс, – сказал он.

Глава 11

– Почему вы не сказали ей о новостях, шеф? – спросила Делла, когда они поехали обратно.

– Ты имеешь в виду, что нашли пальто Полтхема в его автомобиле?

– Да.

– Я предоставил эту возможность Голкомбу.

– Это будет ужасный удар для нее, шеф. Разве не лучше было бы намекнуть ей, что это часть плана? Чтобы она меньше волновалась?

– Нет.

– Почему, шеф?

– Я специально устроил эту маленькую западню для Адель Гастингс. Я хочу выкурить наружу Полтхема, и мне интересно узнать, кто как поведет себя, узнав, что Полтхем мертв.

– Это очень опасно. Если миссис Тидгинс решит, что Полтхем умер, она что-нибудь расскажет им.

– Пусть говорит. Если Полтхем прячется за ней, спасая свою шкуру, то пора выкурить его на свет божий.

– А вы думаете, это он?

– Пока не знаю, Делла. Многие адвокаты являются в суд с фальшивыми показаниями. Иногда они выкручиваются, иногда нет. Лично я никогда не боялся рисковать. Истина – это самое сильное оружие, которым может воспользоваться человек, и ты из нашей практики знаешь, что это единственное мое оружие.

Другой делает то же, что и я, но его оружие слабее моего, потому что у него нет истины. Дело, которое мы ведем сейчас, беспокоит меня… смущает меня… Я не могу точно понять, что именно случилось. Я догадываюсь, что произошло, но мне не хватает истины, чтобы превратить ее в оружие, которым можно сражаться. Однако пусть теперь они сами побеспокоятся друг о друге. Я думаю, что дело сделано хорошо. Надо повидать Адель Гастингс.

Они нашли Адель Гастингс в ее квартире. На ее спокойном, холодном лице не отразилось никаких эмоций.

Мейсон внимательно посмотрел на нее:

– Это мисс Стрит, моя секретарша. Мисс Гастингс.

Адель сердечно поздоровалась с Деллой.

– Вы зайдете? – спросила она.

– Я не ожидал, что застану вас, – сказал Мейсон. – Я думал, что вы работаете.

– Сегодня я не работаю, – сказала она, и на этом все ее объяснения закончились.

Когда они уселись, Адель внезапно повернулась к Перри Мейсону. На мгновение маска на ее лице дрогнула.

– Зачем вы послали телеграмму? – Она указала на утренние газеты.

– Мне нужна была информация, – ответил Мейсон.

– Это же ловушка.

– Ловушка? – удивился Мейсон.

Она сжала губы.

– Конечно, – продолжал Мейсон, – теперь даже упоминание об этом выглядит довольно странно, если учесть, что вы получили ответ от человека, который был смертельно ранен.

Она с испугом посмотрела на него.

– Вы можете сказать точно, в какое время вы виделись с мистером Полтхемом прошлой ночью? – спросил Мейсон.

– Нет.

– Полиция будет очень интересоваться этим, – заметил Мейсон. – Боюсь, мисс Гастингс, что вы теперь должны быть со мной откровенны.

– Они нашли его?.. Тело?

– Не знаю. Полиция не всегда дружелюбна ко мне. Я завишу от газетной информации, как и вы.

Она нервно сжала руки.

– Очевидно, в интересах всех нас важно, чтобы тело было найдено, – сказал Мейсон. – Полиция всегда настойчива в своих расследованиях. Я бы хотел, чтобы вы это поняли.

– Вы угрожаете мне? – спросила она.

– Да. – Мейсон выдержал ее взгляд.

– Меня нелегко испугать.

Мейсон достал сигареты:

– Вы не возражаете, если я закурю?

Она поджала губы, но вежливость и гостеприимство взяли верх.

– Простите, мистер Мейсон, что сразу не предложила вам…

Она стала искать свои сигареты.

– Нет, спасибо, я закурю свои. Хотите?

Она взяла его сигарету. Одну взяла Делла Стрит. Мейсон поднес им огонь.

– Я жду, – сказал он.

– Чего?

– Ваш рассказ.

– Я не собираюсь ничего рассказывать.

– Это будет большим несчастьем.

Она открыла рот, нерешительно посмотрела на Мейсона и неожиданно разразилась словами:

– Вы всегда стремитесь подавить того, кто имеет с вами дело? Вы можете оставить человека в покое? Мое первое знакомство с вами было настолько унизительным, что мне хотелось плакать. Но теперь… Я не хочу, чтобы это повторилось.

– Обратимся к фактам, мисс Гастингс. Ваши приятельские отношения с мужчинами носят такой характер, что выходят за рамки светской любезности. Я имею в виду вопросы жизни и смерти. А у меня нет времени на вежливость и любезность.

– И что же?

– А то, что вы связаны с Робертом Полтхемом, и я знаю, как вы обмениваетесь записками и что он дал вам карт-бланш.

– Что заставляет вас думать, что он дал мне карт-бланш?

– Это очевидно. От мертвого не получают записок, – ответил Мейсон.

– Значит, вы думаете, что он мертв?

– Косвенные улики, полученные полицией, говорят за это.

– Он был жив, ну, скажем, до девяти вечера.

– Вы точно знаете это?

– Да.

– Вы разговаривали с ним?

– Да.

– По телефону?

– Я не отвечу на этот вопрос.

– Думаю, нам лучше позвонить сержанту Голкомбу в уголовный отдел, Делла, и сказать ему, что есть человек, которому кое-что известно о Полтхеме.

– Вы не должны делать этого, – сказала Адель.

– Почему же?

– Неважно. Мистер Полтхем нанял вас.

– Он нанял меня не для того, чтобы я защищал его, а для того, чтобы я защищал женщину.

– Кто эта женщина?

– Мистер Полтхем позаботился скрыть это от меня.

– Теперь я понимаю, что вы имели в виду, спрашивая у меня кое-что.

– В самом деле? – вежливо удивился Мейсон.

– Позвонить сейчас, шеф? – спросила Делла.

– Пожалуйста, – сказал Мейсон.

– Разрешите воспользоваться вашим телефоном? – обратилась Делла к Адель.

– Нет, я не собираюсь иметь дело с полицией.

– Вы найдете телефон в аптеке на углу, Делла, – заметил Мейсон, не поворачиваясь к ней. – У вас есть десятицентовики?

– Есть.

Делла встала, положила в пепельницу сигарету и направилась к двери.

– Извините.

Она не успела уйти.

– Стойте! – хрипло, с болью в голосе закричала Адель.

Делла остановилась.

– Вернитесь, – сказала Адель. – Я расскажу мистеру Мейсону все, что он хочет знать.

Делла Стрит вернулась в комнату и села на свое место. Адель Гастингс с трудом сдерживала слезы.

– Значит, вы даже не видели ее? – спросила она.

– Простите, мисс Гастингс, у меня есть результат, но это результат моего труда.

– Так я и знала. Думаю, мистер Мейсон, что мне легко возненавидеть вас.

– Меня многие ненавидят, – равнодушно сказал Мейсон.

– Я скажу правду, – начала Адель. – Я сдаюсь. Две недели назад ко мне пришел Роберт Полтхем. Он сказал, что заметил что-то неправильное в действиях с опекунским фондом. Сначала я ему не поверила, но он обратил мое внимание на некоторые факты. Он сказал, что по личным причинам ему невозможно взять инициативу на себя. Он предложил, чтобы это сделала я.