при ней вкусить это волшебнейшее блюдо, а потом хвалить её, пока язык не отвалится, если только я не проглочу его раньше. Нужно пулей лететь за ними».
Бегом, через две ступеньки, сглатывая на ходу, он промчался по лестнице и собрался постучать в дверь, когда она открылась. На пороге стояла Тамара, держа за руку Сашу, а старая учительница выглядывала из-за них.
— О! А вот и папа приехал, да, Сандро? Вовремя мы закончили занятия. Спасибо, Анна Ивановна. Вечером выходите гулять.
— Выйду и книжку с собой возьму, почитаем с Сашенькой.
Погладив мальчика по голове, она улыбнулась Араю.
— И от меня большое спасибо, — сказал он. — А это небольшой сувенир от нас с Шуркой.
Арай вручил ей бумажный пакет, учительница засмущалась.
— Зачем же? Он тяжёлый! Что там? О, какая красота! — Она с восхищением посмотрела на подарочное издание книги «Руслан и Людмила», исполненное в стиле палехского рисунка. — Боже мой, это же очень дорого!
Сандро, до этого стоявший без всякого интереса к происходящему, поднял голову и немного укоризненно посмотрел на Анну Ивановну. Она приподняла бровь, потом пригляделась к его глазам и спросила:
— Думаешь, не надо об этом говорить? Книга лучший подарок? — Он едва заметно кивнул. — Значит, так тому и быть. Спасибо большое за такое чудо папе и сыну. Пойду любоваться! До вечерней встречи!
Тамара наблюдала со стороны за реакцией всех, кто участвовал в разговоре, видела немое общение ребёнка и взрослых. Сердце кричало, просило услышать хоть слово, но мальчик молчал.
— Тамрико, Сандро, бежим скорей домой, я так хочу есть! А там солянка! Я проверил, прости.
Его виноватый вид заставил её рассмеяться.
— Это ты еще в духовку не заглянул.
— А там что? Не томи! Я голодный, как волк.
«Во всех смыслах, между прочим, — подумал он, рассматривая улыбку Тамары, её густые светлые волосы, ямочку на одной щеке, добрые глаза. — Но надо придержать коней, иначе может всё сорваться».
— Узнаешь, когда съешь солянку. Вдруг и не захочешь больше ничего.
Арай вдруг почувствовал прикосновение тёплой ладошки сына, опустил взгляд на Сашу, но тот смотрел себе под ноги. Стало немного грустно, захотелось большего внимания от ребёнка, но женщина, стоявшая напротив, покачала головой, словно советовала не торопиться. И он согласно кивнул.
Уже сидя за столом, спросил сына:
— Шур-Шур, мне надо сказать тебе очень важный секрет. — Мальчик замер, потом отодвинул от себя тарелку и сел ровно, будто ждал приговора. Тамара тоже застыла, понимая, о чём пойдёт речь, и опасаясь реакции ребёнка. — Я хочу, чтобы ты жил со мной. Всегда. Твоя мама будет против, наверное. Но я очень постараюсь с ней договориться и всё сделаю для того, чтобы мы были вместе. Ты согласен?
Тишина, возникшая в крохотном помещении кухни, казалось, тоже затаилась в ожидании. Двое взрослых людей напряжённо всматривались в мальчика, вытянувшегося в струнку. Никто не двигался. Наконец, Саша медленно поднял руку, показал пальцем на Тамару и склонил голову к плечу. Потом ткнул себя в грудь и перевёл взгляд на отца. Арай, сомневаясь, правильно ли понял его, осторожно произнёс:
— Ты спрашиваешь, что значит «вместе»? Будет ли с нами Тамара?
Неожиданно для взрослых он быстро и резко кивнул.
— Да, Тамара согласилась… — он чуть не сказал «помочь нам», но вовремя поймал эти слова, — быть с нами. Она станет моей женой. Не знаю, понимаешь ли ты, что это такое… Я вот при тебе, Сандро, вручаю нашей Тамрико колечко, чтобы она знала, как нам нужна.
Арай достал коробочку, открыл её и протянул покрасневшей Тамаре.
— Ты обещала выйти за меня замуж. Не передумала?
Говоря это, он взял её руку, не ощущая сопротивления, и надел кольцо на палец.
— Ух! Оно прямо для тебя сделано. Подошло? Не мешает? Я боялся, оно ведь широкое.
— Оно очень красивое, — прошептала она, часто моргая, не давая слезам показаться на глазах. — Необыкновенное.
Саша спрыгнул с табурета, взял её ладонь и подтянул к себе. Он покачал головой, словно изображал восхищение, а потом показал отцу большой палец, поднятый вверх, после чего убежал в комнату.
— Вот это чудеса, — еле слышно сказал Арай. — Он отреагировал на кольцо, спросил про тебя, да ещё и одобрил мой выбор.
Он замолчал, чтобы дать себе возможность справиться с эмоциями, и через минуту добавил:
— Всё это благодаря тебе… И всё-таки — что в духовке?
— Мясо по-французски, — со смехом и слезами на глазах ответила ему.
А вечером, когда пожилые люди спокойно беседовали, сидя у подъезда, Арай, взяв сына за руку и обняв Тамару, торжественно объявил:
— Я просил Тамрико стать моей женой, и она согласилась. На свадьбу приглашены все.
— Да что же это такое! Я опять забыла бинокль, — среди общего онемения произнесла Тётя Фрося. — Софико, почему все молчат?
— Мы немного в шоке, — ответил за жену дядя Ваня и потёр ладонью подбородок. — Если Тамрико счастлива, мы только поддержим. Так, Соня?
— Не знаю, что и сказать. Всё так быстро. Не нам её учить. Ты, Тамара Николаевна, не забудь родителям сказать, что замуж выходишь.
Пожилая женщина выглядела расстроенной. Она подтолкнула локтем сидевшую рядом Марию, которая просто открыла рот от новости.
— Очнись, Маша, — тихо сказала ей тётушка Софико, — скажи что-нибудь, ты же самая говорливая.
— А что сказать-то? Поздравляю! Даже немного завидую. Но вопросов море!
— И у меня, — негромко подхватила Анна Ивановна. — Но задавать не буду. Они взрослые люди, знают, что делают. Я только надеюсь, что Сандро останется… здесь?
— Мы приложим к этому все силы, — так же тихо ответил Арай.
— Дорогие тётушки и дядя Вано, мы очень постараемся, — поддержала его Тамара.
Он сжал её плечо, от этого она чуть покраснела, что заметили все старики. Чтобы не смущать невесту и дальше, начали наперебой задавать Араю вопросы. Саша отпустил его руку и деловито направился к своей учительнице, которая показала ему интересную книгу.
— Тамрико, а платье? — перекрывая все голоса, вдруг спросила Мария. — Если вы говорите, что в субботу, то как же?
— Не знаю пока. Может, успею купить что-нибудь светлое.
— И слышать ничего не хочу! — замахав руками, воскликнула она и торжественно объявила. — Я сама тебе сошью свадебный наряд! Я успею…
Когда уже совсем стемнело, и все потихоньку стали расходиться, Арай продолжал серьёзно беседовать с Фросей. Саша улёгся на скамейке, положил голову на колени отцу и уснул. Напротив них сидели Тамара и Мария, обсуждая что-то важное и срочное.
— Как думаешь, они из-за мальчика женятся? — спросил жену Иван, поглядывая на них уже из окна своей квартиры. — Знать, плохо ему с родной матерью,
