аспирин.
Вернувшись в кровать, долго смотрел на спящую жену. Проанализировал мою жизнь с ней, представил, как и дальше – вплоть до самой старости – буду у нее на побегушках и зависеть от нее во всем…
И все это чертовски мне не нравилось.
Очертания комнаты стали ярче, в окна заглядывал рассвет, а вместе с ним в голову закралась идея.
Одновременно пугающая и… черт побери, одним махом решающая все проблемы.
«Другого выхода нет, Герман Андреевич», – раздался в ушах уставший внутренний голос.
Это опасно, подсудно, грешно, но…
«И правда, другого выхода нет».
Глава 20. …И будет нам счастье
Полина
Культурно проведенный вечер, крепкий сон, утренняя пробежка на свежем воздухе и вкусный завтрак – идеальный коктейль для бодрого начала нового дня.
Украсила зеленью омлет и переставила тарелки на обеденный стол.
– Гер, завтрак готов!
Из комнаты раздался стон, затем муж совсем не по-доброму выругался.
Пройдя в спальню, наблюдала картину:
Герман, согнувшись пополам и скривив лицо, держался за живот.
– Что такое, Гер? – Я поспешила к кровати и, сев рядом, положила руку на его плечо. – Живот, да?
– Прихватило, ага, – простонал он и отвернул лицо в подушку.
– Крутит, да?
– Да вообще капец. Режет внизу, как ножом, – прохрипел муж.
Сбегав на кухню, быстренько вынула из шкафчика аптечку, нашла нужные таблетки и, налив воды в стакан, вернулась в спальню.
– Держи. Обычно быстро помогает.
Гера внезапно вскочил с кровати и, приложив руку ко рту, побежал в туалет.
– Ну вот… – расстроенно вздохнула я и взглянула на часы: «6:45»
Через пятнадцать минут мы должны выехать в Питер…
На четыре часа назначена встреча с владельцем здания, который ясно дал мне понять: ждать не будет. У него на это здание уже очередь выстроилась, я и так еле-еле уговорила его придержать для нас до субботы.
Не приедем – уйдет. Как пить дать – уйдет.
– Что ж делать-то, а? – покусала губу я.
«Сможет ли Гера сесть за руль в таком состоянии? Путь ведь неблизкий».
И через пару минут я получила ответ на свои сомнения:
– Поль, давай поездку отложим на завтра, – пошатываясь, войдя в спальню, вымолвил он. – Мутит – жесть просто. Не доеду.
И лег на кровать, свернувшись в позу эмбриона.
– Завтра будет поздно, ты же знаешь, – вздохнула я, уже даже не надеясь, что Герман сегодня сядет за руль.
– Тогда езжай одна, – ответил муж, кутаясь в одеяло.
Я только открыла рот, сказать, что на такие дальние расстояния мне страшно ехать за рулем, как в голову пришла мысль.
«А что если попросить Влада? Ну да, распоряжусь в бухгалтерии, чтобы дали ему двойную доплату за вызов в выходной день. Если он не занят, конечно. Только Гере об этом знать совсем необязательно. Всплеск ревности не нужен ни мне, ни ему. Все же я поеду с ним исключительно по рабочим делам. И да – муж сам нанял его водителем, так что».
– Ну… ты тогда спи, – погладила его по спине. – Таблетка скоро начнет действовать, надеюсь, отпустит.
И, встав с кровати, добавила:
– Завтрак на столе, обед в холодильнике. Я наберу, как доберусь до места, ладно?
Вместо слов из его рта донеслось сонное мычание.
«Совсем плохо, видать…»
Прикрыв дверь в спальню, на цыпочках прошагала на кухню и написала Владу:
«Привет. У тебя сегодня есть какие-то важные дела?»
Ответ не заставил себя долго ждать.
«Привет, Полина. Уже нет :)»
«Мне нужно быть в Питере к четырем. Сможешь отвезти за двойной оклад?»
«Не вопрос. Во сколько за тобой заехать?»
И мне разом полегчало. Вот молодец, Тихонов! Никогда не откажет.
«Я уже готова. Набери, как будешь подъезжать».
Через полчаса после сообщения Влада, что он будет через пятнадцать минут, я вышла во двор и перепарковала свою машину за автосервис, расположенный через дорогу от нашего дома. Туда Герман уж точно не сунется. Да и вообще, судя по его состоянию, дальше туалета он сегодня навряд ли дойдет.
Глаза Влада вспыхнули, как только меня увидел, улыбнулся.
Сам сонный, волосы взъерошены, и, видимо, не успел даже побриться. Мне всегда нравилась его трехдневная щетина. Почему-то тут же вспомнилось, как она кололась, когда он меня целовал.
«Так, Полина, живо бери себя в руки! Ничего личного, только работа!» – приказала себя я.
– Я так понимаю у тебя там встреча насчет здания? – спросил он, снимая кожаную куртку, и бросил ее на заднее сиденье.
Даже не стала спрашивать о его осведомленности. Влад слышит все наши разговоры с Герой, когда возит нас на работу и обратно.
– Именно, – улыбнулась я, и защелкнула ремень безопасности. – И если мы не успеем, то оно уйдет.
– Не переживай, этого я не допущу, – подмигнул Влад и резво тронулся с места.
* * *
Гера
– Да где же эти долбанные ключи? – ругался я, один за другим открывая ящики комода. И только в нижнем нашел нужную связку.
У покойного тестя было две слабости: автосалон и рыбалка. Как сейчас помню, как он уезжал в свой рыбацкий домик с пятницы по воскресенье и переставал для всех существовать. И только оттуда Петрович возвращался изрядно отдохнувшим и удовлетворенным проведенными выходными.
Домишка находится в лесу, в семидесяти километрах от столицы. Добротный, но маленький. И площадь земли там ничтожно мизерная – нисколько не жалко расстаться с таким наследством.
Сегодня я нарочно сделал вид, будто бы мне стало плохо. Знал: у меня больше не будет шанса незаметно съездить в рыбацкий дом и осмотреться там. А еще прекрасно понимал, что жена, которая мне все уши прожужжала про покупку здания, ни за что не отменит поездку в Питер. Сама сядет за руль и помчится туда.
И теперь у меня появилось предостаточно времени, чтобы как следует подготовиться.
* * *
К одиннадцати часам я был на месте.
У Петровича, как у самой дотошной домохозяйки в доме все прибрано: на стенах развешаны удочки, на вешалке – рыбацкий костюм, в ряд выстроились резиновые сапоги, рядом стоят домашние тапки с овечьей шерстью внутри, в углу плетеные корзины.
Я был тут всего один раз, и сейчас прошелся по дому, чтобы освежить воспоминания о нем: подойдет ли он для того, что я задумал?
Стены – брус, потолок обшит пластиком, что тоже очень хорошо, – размышлял я, оглядывая маленькую кухню. Вошел в комнату, открыл печь.
«В тот день
