— Боже праведный!
Лорд Маллин проглотил остаток бренди и, с громким стуком поставив бокал на столик, многозначительно взглянул на лорда Рэмзи:
— Желаю вам удачи, друг мой, но боюсь, перевоспитание будет сложным и тягостным. В любом случае держите меня в курсе.
С этими словами молодой аристократ поднялся, намереваясь уйти.
Мэгги опешила. На лице лорда Рэмзи отражалось явное недовольство. Почему он позволял себе выглядеть столь мрачно? Не его же сейчас собирались бросить на произвол судьбы!
— Но вы не можете меня здесь оставить! — вскрикнула она, шагнув к двери следом за лордом Маллином. — Мне действительно необходимо вернуться в Лондон. А вы обещали мне помочь.
— Да, обещал, — согласился молодой человек. — Но это было прежде, чем я ознакомился со всеми обстоятельствами. Теперь же я понимаю, что Джеймс действительно хочет вам помочь. Уверен, вам ничто не угрожает.
— Может, и нет, — в отчаянии согласилась Мэгги. — Но я обязана вернуться. Хотя бы потому, что мои слуги не знают, где я. Они беспокоятся и, наверное, уже за голову хватаются.
Лорд Маллин быстро взял ее за руки и сразу отпустил их, словно это были горячие угли.
— Позвольте высказать вам свое мнение, миледи, — натянуто произнес Маллин. — Вы проявляете излишнюю заботу о слугах.
Заметив, что слова его смутили девушку, он добавил:
— Поверьте, миледи, это ради вашего же блага. Позвольте Рэмзи помочь вам.
С этими словами он вышел и закрыл за собой дверь, оставив Мэгги наедине с ее похитителем, в доме которого она вновь оказалась заперта.
Какое-то время лорд Рэмзи молча наблюдал за ней, растерянной и несчастной. Затем он поставил свой бокал и встал. Мэгги сама не знала почему, но во всех его действиях ей мерещилась угроза. От Джеймса не ускользнула ее подозрительность, и он тяжело вздохнул. Она не доверяет ему и не будет доверять никогда. Похищение и правда нельзя было назвать наилучшим способом знакомства, даже если речь шла о последней воле Джеральда. Но объяснять это Мэгги он не стал.
— Миледи, я прошу вас располагать моим домом как своим собственным. Как уже сказал Роберт, вам здесь ничто не угрожает. В отношении вас у меня лишь самые лучшие намерения.
Говорил он искренне, но что означал блеск в глубине сто темных глаз? От этой мысли Мэгги отвлекли следующие его слова:
— Что до ваших слуг, то о них вы можете совершенно не беспокоиться. Я отправил им письмо той же ночью, когда привез вас сюда — в нем сказано, что вы оказали мне честь, согласившись отдохнуть несколько дней в моем поместье. Однако если вы все же беспокоитесь, то можете написать им сами, и я позабочусь о том, чтобы ваше письмо было передано по адресу завтра же утром.
Прежде чем Мэгги ответила «да» или «нет», Джеймс жестом обратил ее внимание на свой внешний вид и объявил:
— Пока же мне следует вымыться, а потом скорее всего я вынужден буду немного отдохнуть. Последняя пара дней у меня выдалась поистине тяжелая. Вы вольны ужинать в своей комнате либо в столовой — на свое усмотрение. Утром я составлю вам компанию за завтраком, и заодно мы обсудим ваше положение и поразмыслим над тем, как его изменить.
Если Джеймс надеялся произвести на нее впечатление своей галантностью, то горько ошибся. Взгляд Мэгги оставался абсолютно холодным. Она заметила, как он старается справиться с одолевавшим его раздражением; затем, все с тем же безразличным выражением лица, она проводила его взглядом, когда, пробормотав сумрачное «спокойной ночи», он покинул комнату.
Стоило ему закрыть за собой дверь, как Мэгги почувствовала, что безнадежное отчаяние закрадывается в ее душу. Ей до сих пор не верилось, что она находится в подобной ситуации. И еще менее ей верилось в то, что лорд Маллин так просто взял и оставил ее здесь! Оба джентльмена не сомневались, что желают ей исключительно добра, и главное — им виднее, в чем оно, это добро: смиритесь, леди!
В бешенстве шагнув к двери библиотеки, она раздвинула ее и через холл направилась к парадному выходу. Остановить ее никто не пытался. Дело в том, что никого и не было. Возможно, именно на это ей и следовало обратить внимание, но в ту минуту ее всецело поглотили эмоции. Рванув на себя парадную дверь, Мэгги вышла за порог. В груди ее клокотало чувство радости и триумфа.
И то и другое моментально угасло, стоило ей услышать лай. Мэгги испуганно посмотрела по сторонам, и в поле ее зрения очутились два огромных черных пса, бежавших прямо на нее, словно она была лисой, выпущенной для охоты.
На несколько мгновений Мэгги словно окаменела; затем ей удалось взять себя в руки и нырнуть обратно в дом. Она захлопнула дверь как раз в тот момент, когда злобные твари начали подниматься по ступеням, а секунду спустя дверь содрогнулась, приняв на себя удары двух мощных звериных тел. Теперь Мэгги понимала, почему Энни больше не следовала за ней по пятам и почему Рэмзи так спокойно оставил ее без охраны. Он спустил собак.
«Нет, конечно же, они скорее всего не натасканы на то, чтобы атаковать любого, кто ступил на землю Рэмзи», — мрачно размышляла Мэгги. Однако все же не испытывала особого желания выглядывать за дверь и выяснять, хотят ли животные, чтобы она проявила к ним внимание и ласку, или же намереваются ее укусить.
Стиснув зубы, она прислушалась к лаю собак и к ударам их лап о парадную дверь, затем медленно отошла, боясь, что они каким-либо образом сумеют ворваться и набросятся на нее. Мэгги так и пятилась до самой лестницы, пока они не начали замолкать. Нервно глотнув, она повернулась и поспешила наверх, к себе в комнату. Оказавшись там, она огляделась, не зная, что делать дальше, затем бросилась к сводчатой двери, ведущей на балкон. Ее встретил раздавшийся с новой силой собачий лай.
Собаки услышали скрип балконной двери и моментально очутились прямо под ее окнами. Шныряя из стороны в сторону, злобные бестии возбужденно гавкали. Мэгги тяжело вздохнула, безнадежно махнула рукой, в последний раз посмотрела на собак и вернулась к себе в комнату. Впрочем, ее побег, если подумать, был весьма глупой затеей. Она никогда не смогла бы нанять карету до Лондона, что ей наглядно успел продемонстрировать мистер Тиммонз. А шансы на то, что по пути она встретит экипаж, владельцы которого согласятся отвезти ее туда, были крайне малы. Так что, похоже, она застряла здесь надолго.
Как это ее ни злило, она понимала — придется выслушать все, что хозяин дома скажет ей утром, за завтраком; потом она решит, что делать дальше.
Закрыв дверь балкона, под которым все никак не унимались собаки, Мэгги подошла к постели и прилегла, чтобы немного отдохнуть перед ужином.
Глава 6
