Читаем без скачивания Летун. Другая история. - Андрей Изюмов

Размышляя о своей личности со стороны, он никогда не считал себя палачом. Разве он похож на убийцу? Никогда в жизни. Он не маньяк, а чистильщик. Орудие Господа, если угодно. И его миссия — зачистка всего земного шара от мерзких тварей, заполонивших его со всех сторон.

Одной из которых являлся и он сам…

Наверное, сам Бог решил так, чтобы высшей карающей силой стал представитель проклятой расы. Иначе объяснить это он не мог.

И тогда он и назвал себя Вершителем. А как иначе, если именно он распоряжался судьбами и жизнями огромной части населения планеты?

Все эти опороченные силой люди могли сделать мир лучше, но они только грабили и убивали, переступали через остальных, которые являлись лишь жалкими подобиями существ, мнивших себя богами.

Они пускали в расход любого, кто хотя бы на секунду отодвигал выполнение их прихотей. Люди так не поступают, считал Вершитель.

Это поведение скотов.

Животных!

Бешеных собак!

А таких следует немедленно убивать, чтобы они больше никогда не смогли причинить вред окружающим, разнося свою заразу дальше по свету!

Кто-то из великих сказал однажды: «В тот день, когда у меня не останется врагов, я, наконец, пойму, что больше ничего не стою».

Вершитель не запомнил имени автора этой фразы, но это и не было настолько уж важным для него. Всеобъемлющей истиной этой фразы была ее суть.

Потому что Вершитель знал, что в конце этого пути он сам неизбежно станет своей последней целью. Иначе быть не могло.

Он сотворил кисть и, обмакнув ее указательный палец в крови, оставил на стене свою единственную и неизменную надпись: «Only one has given a curse to wear this terrible power!»

Сила была его ношей, причем, очень тяжелой. Радовало только то, что Вершитель четко знал, что с каждым часом, каждым днем, неделей, месяцем, а главное — с каждым новым трупом он становится на один шаг ближе к своей конечной точке.

Дар был тяжким грузом…

Цель — сияющей мечтой…

А жизнь, с того самого проклятого дня — путем исповеди и наказания.

Когда человек однажды возвращается домой и находит обезглавленной свою любимую девушку, его отношение к окружающему миру в корне меняется.

Вершитель до сих пор помнил, как упал пластом, только лишь заметив ее изувеченное тело. Он просто не мог вырвать из своей памяти эту ужасную картину, хотя многое отдал, только бы вычеркнуть те чудовищные минуты…

А потом резкая боль пронзила голову и сердце… а когда он в мучениях протянул к любимой руки, то от кончиков пальцев отделились две серебристые кисти и медленно поплыли в нужную сторону.

На шее девушки, а точнее, на том ужасном обрубке, который от нее остался, совершенно отчетливо выдавились отпечатки от чьих-то пальцев…

Словно кто-то оторвал голову с плеч девушки голыми руками.

Но ведь это было невозможно. Правда?

И тогда он начал разрушать…

А растерев весь свой дом в щепки с помощью кистей, Вершитель понял, какой чудовищной силой обладает.

Так же как и осознал, каким образом была убита его любимая.

С того самого дня начался его собственный крестовый поход. Он понял, что Бог не просто так дал эту силу именно ему. Он был избран в качестве оружия для очистки мира от наполнившей его мерзости.

Время летело очень быстро…

А волны крови постепенно смывали его душевную боль.

11

— И каким образом ты сможешь помочь? — Лена окинула Андрюху скептическим взглядом.

— Ну, я пока что еще не официальный волшебник, но вполне успешно учусь, — ответил он и взял девушку за руки. — Закрой глаза, ладно?

«Я знаю, что будет дальше, — прочел он ее мысли, — ты взлетишь вместе со мной, других вариантов нет».

Он мягко обнял Лену за талию и тихо ответил:

— Угадала.

Андрей оттолкнулся ногами от земли и поднялся вверх метров на тридцать. Замер в воздухе.

— Открывай.

Лена подчинилась. Вид вокруг был весьма впечатляющий. Особняк Картера располагался в густом лесу, с городской цивилизацией его соединяла единственная дорога, выходящая к автостраде. С этой высоты можно было разглядеть прячущееся среди деревьев в паре сотен метров озеро за усадьбой, а также вертолетную площадку на крыше здания.

— Картер не умеет летать? — пошутил Андрей. — Или для него это просто несолидно?

— Скорее второе. Хотя, нельзя исключать и первый вариант. Это что там? Деревня какая-то? — Лена указала за спину Андрюхи.

Он оглянулся и с трудом рассмотрел очертания нескольких домов, вполне успешно скрывающихся за вершинами местной растительности. Тут же вспомнилось, как Антон рассказывал о том, что Организация базируется в одной из множества деревенек в округе.

Ну… он почти не приврал.

— Неплохо, — улыбнулся Андрей.

— Да. Очень красиво, — едва слышно прошептала Лена. — И долго ты сможешь меня так держать?

Он тут же сотворил две кисти на ее поясе и покрепче обхватил любимую.

— Достаточно долго.

— Как бы я все-таки хотела уметь летать, — повторила девушка свою недавнюю фразу. — Это так притягивает… парить в облаках, словно птица.

— Я как-то раз пролетел через облако, — сказал Андрюха. — Мигом промок, потом начал замерзать, а напоследок в панике ощутил, как останавливается сердце. В итоге — потерял сознание и мешком полетел вниз. Друг спас. Мы вместе летали, но он так высоко не забирался, — приврал он напоследок.

— Ужас, — Лена, похоже, тут же нарисовала эту картину относительно себя и мигом прижалась к Андрею, стиснув его в объятиях, что было сил.

В этот миг ему страшно захотелось ее поцеловать…

— Даже не думай! — отчеканила Лена.

Он неожиданности Андрюха даже закашлялся.

— Я сам не заметил, как подумал об этом, — пробормотал он.

— Держи мысли под контролем, — посоветовала Лена. — Вот это, — она на секунду прервалась и поцеловала его в щеку, — максимум того, что ты можешь от меня получить. Не стоит оскорблять чувства к своей любимой, заигрывая с посторонними девушками, ладно?

— А я этого и не делал, — честно ответил Андрей. — Та история уже завершилась, причем, весьма печально, так что я не хочу повторять прошлых ошибок.

— Боже, она умерла? — Лена в ужасе распахнула глаза.

— Не совсем, — Андрюха не знал, как ей это объяснить. Врать на ходу сегодня совершенно не получалось. Одно дело — вставить пару слов, совсем другое — с нуля сочинить для Лены историю, с ней самой неразрывно связанную. — Я не могу найти подходящих слов, чтобы передать все то, что случилось, — наконец, сказал он. — Но поцелуй, пусть даже в щеку, настроение поднимает. Начало уже неплохое.