собой.
— Не стреляйте! — Тайвин очень надеялся, что достаточно убедителен. — Он сейчас не в себе, вы же видите.
— Он опасен. Но вы правы, — Алан задвинул игломет обратно и наклонился за другим. Убивать первопроходца в его планы не входило.
В это же мгновение Честер вспрыгнул на стол, повалив и разбив все, что на нем находилось, и бросился на апостольца. Алан замешкался — и это стало ошибкой. Завязалась потасовка.
Тайвин спрятался за облюбованным оперативником столом, изредка выглядывая и наблюдая, как воюют разум и инстинкты.
Закончилась битва быстро, коротко и прозаично — Честер прокусил Алану руку, заставив бросить оружие, и хорошенько приложил его лбом об пол.
Устранив угрозу и дико озираясь, оперативник оббежал помещение и начал ломиться в дверь, опознав ее как выход наружу. Тайвин со вздохом вылез из-за пострадавшего стола. Он понимал, что Чез может напасть и на него, но совершенно не хотел, чтобы в наркотическом бреду оперативник поранил по глупости сам себя.
— Тихо, тихо, — мягко уговаривал гений, показывая пустые ладони, — смотри, у меня ничего нет, я тебе не наврежу.
Честер фыркнул, подскочил к нему, внимательно осмотрел и обнюхал. Замерев на месте, Тайвин ждал вердикта. Первопроходец наткнулся на автоинъектор в кармане халата, отобрал, попробовал разгрызть, но не преуспел. Тайвин сделал попытку изъять у наглого животного опасную вещь, но Чез его удивил — оскалив зубы, он зашипел, чем окончательно сделался похож на представителя семейства кошачьих.
— Все, все, не трогаю, — поднял руки штатный гений. — Странно, я думал, поведение будет ближе к обезьянам…
Скрипнула, отъезжая в сторону, дверь, и первопроходец метнулся в образовавшуюся щель. Оттуда послышались крики и сухие щелчки игл. Гений двинулся было за ним, но стены у него на глазах покрылись мелкими выщерблинами, и гений спрятался обратно. Мало ли. Перестрелка стихла, и Тайвин обеспокоенно прислушивался — вылезать наружу он не хотел точно, но ему было невероятно любопытно и одновременно очень тревожно за Честера.
Высунув нос в коридор, гений констатировал очевидное — что бы ни творилось в мозгу оперативника, в некой инстинктивной логике ему было не отказать: в коридоре валялись несколько человек охраны, живые, но сильно потрепанные, а за следующей открытой переборкой виднелся коридор, загибающийся углом и увенчанный чьими-то ботинками. Зверь пошел гулять. Может, и Тайвину сходить? Или лучше обзавестись личным оружием, пока случай подвернулся?
Только гений сделал шаг в коридор к ближайшему игломету, как позади раздалось лаконичное:
— Стоять. — Потирая голову невредимой левой рукой с зажатым в ней оружием, Алан сел. — Зря вы меня остановили.
— Зря вы вынудили меня потратить практически неизученное вещество на антигуманные опыты. Поздравляю, — с ядовитым ехидством отметил Тайвин. — Теперь у вас тут расхаживает по коридорам обозленный неуправляемый первопроходец со всеми его умениями и опытом. Вы этого хотели добиться?
— Не знаю я, чего хотел, — огрызнулся Алан. — Могли бы предупредить.
— Я предупреждал, — карикатурно развел руками гений. — Действие любого психоактивного вещества непредсказуемо, тем более если это производное псилоцина. Теперь только ждать, пока отпустит.
— И долго ждать?
— Часов пять. Может, семь.
— Он же мне всю базу разнесет… — простонал Алан, поднимаясь. — Черт, сильный, руку чуть не откусил.
— А как вы хотели, — хмыкнул Тайвин. — Инстинкты не пропьешь, хотя принято считать, что у человека их и нет. Да только он сейчас не совсем человек.
— Что с ним?
— А вы не поняли? Озверел слегка. Похоже, что экстракт отключает сознание в привычном нам понимании и возвращает человека, так сказать, к природе.
— Не вполне то, на что я рассчитывал… — Алан поморщился, рассматривая укушенную конечность: на ней во всей красе отпечатались все стоматологические особенности Честера.
— А на что вы рассчитывали? — поинтересовался гений. — На новый перспективный вид наркотиков? Извините, я не дипломированный химик и тем более не варщик, или как там у вас это называется. Изучать могу, синтезировать в промышленных количествах — нет.
Алан медленно обретал привычную невозмутимость и коротко кивнул в ответ.
— Вот и займитесь прямыми обязанностями. Пока вреда от вас больше, чем толку. Дам вам еще неделю, потом будем решать вопрос о целесообразности вашего здесь присутствия.
— А если за неделю я не найду больше ничего полезного для вас, — подчеркнуто прищурился Тайвин, — пустите в расход?
— Да, — меланхолично пожал плечами Алан. — Именно так. Что не приносит пользу — идет в утиль.
Он, подвинув гения в сторону от двери, отдал приказ убрать бессознательные тела охраны и вышел, не забыв закрыть за собой дверь. Пикнул замок, отсекая Тайвина от общего веселья, и Тайвину ничего не оставалось, кроме как ждать.
Через пару часов, наведя порядок в разгромленной комнате и погоревав над разбитыми образцами и аппаратурой, штатный гений сел за описание наркотика, подспудно снова удивляясь тому, как он мог пропустить возможность посетить абсолютно новый мир.
Тяжелую молекулярную структуру триптаминового алкалоида вполне возможно было отсечь силами нанопротекторной защиты, и полноценная высадка на Седьмой, а не безбашенная одиночная выходка Честера, была более, чем реальна. Может, Чез прав, и их всех элементарно обвели вокруг пальца?
