сенатора, то в свою очередь должен был дать указания Кроу лететь в Вашингтон. По крайней мере, отсрочка встречи брата с сестрой дала бы возможность Софии укрепиться в ФАМО и в своем намерении сотрудничать с АМБ.
– Что ж, благодарю за понимание, сенатор. Вы окажете мне большую помощь. А парень, можете не сомневаться, толковый. Всего доброго, Лайнус. Здоровья жене и детям… До свидания.
Билл положил трубку и довольно потер ладони. И вдруг его взгляд остановился на мужчине, который вошел в кабинет по окончании его разговора с сенатором.
– Алекс!
– Добрый день, сэр! Простите, что не предупредил о приезде еще вчера – сильно устал,– проговорил Ахматов и прошел к столу Макстейна.
– Ты уже вернулся? Как поработал, мой мальчик?– по-отечески заботливо спросил Билл.
– Могу сказать одно – утечка информации точно происходит из ФАМО. Информация передается электронно. Ее не перевозят и не отправляют почтой. Это закрытый канал. Ни входящая, ни исходящая сторона не известна. Меня удивляет их самонадеянность, ведь это достаточно рискованный способ передачи. Рано или поздно канал будет раскрыт.
– Они, вероятно, пока не догадываются, что мы засекли утечку, поэтому и действуют смело,– рассудил Макстейн, жестом приглашая Ахматова присесть.
Алекс присел и с серьезным интересом спросил:
– Как я знаю, Леди уже работает?
– Да, Леди вступила в начальную фазу операции, проходит адаптацию и ориентировку на месте. Сегодня я с ней встречаюсь. Майк сообщил, что у нее есть идея. Надо обсудить. А ты, Алекс, останься в тени и не высовывайся. Да… и вот тебе параллельное дело: поразмысли, вдруг что придет в голову.
Билл достал из ящика стола папку с секретными разработками смежной группы АМБ и вручил Ахматову. Он часто поручал Алексу анализировать и вносить коррективы и предложения в планы операций разных отделов АМБ. Об этой работе Ахматова не знал никто из его постоянной группы. Он был что-то вроде независимого аналитика.
– Леди скоро будет здесь, так что ты иди отдыхай, набирайся сил. А предложения предоставь в течение трех дней.
Ахматов кивнул и поднялся. Из внутреннего кармана пиджака он достал коричневую коробку, перевязанную лентой, и положил перед директором.
– Сэр, вы не щадите себя, совсем забыли, какой у вас сегодня день.
Билл задумчиво посмотрел на коробку и на Ахматова.
Алекс улыбнулся и, перед тем как уйти, на прощание сказал:
– Поздравляю, сэр, долгих лет!
Макстейн покачал головой, слабо улыбнулся, но не оттого, что был недоволен, а от сознания правоты своего ученика, почти сына, и развернул коробку. Внутри лежала ароматная кубинская сигара. Билл еще раз улыбнулся и тоскливо вздохнул:
– Эх, ребятки, как я рад, что вы у меня есть!..
***
Ахматов не сразу отправился домой, а зашел к Эду Стивенсону, чтобы узнать новости отдела и о состоянии операции «Леди», разработкой которой он занимался уже несколько месяцев. Алекс не нашел Эда в его кабинете, но узнал, что тот в комнате наблюдения, в которой шла съемка всех занятий, ведущихся в помещении за зеркалом Гезелла.
Ахматов тихо вошел в комнату и застал Стивенсона, внимательно наблюдающего за двумя женщинами в соседней комнате. Одной из них была агент Кайл, с другой Алекс не был знаком.
– Эд, привет,– еле слышно произнес Ахматов.
Стивенсон вскочил со стула и выпрямился струной. Алекс впервые наблюдал за ним такую реакцию и, проходя ближе к зеркалу, удивленно спросил:
– Я тебя напугал?
– Ты подкрадываешься, как пантера!– скрыл истинную причину испуга Эд. Он всегда сидел в комнате, когда Сибил говорила с Мэдисон, и просто наслаждался наблюдением за бывшей ученицей. О его интересе к ней никто не должен был догадаться.
Алекс проницательно прищурился, улыбнулся, но не стал заострять внимание на своих догадках.
– Какие новости?
– Пока ничего интересного.
– А это кто?– заинтересованно спросил Ахматов, задержав взгляд на незнакомой девушке за стеклом, играючи вертящейся на кресле вокруг своей оси.
– Это новый агент. Сейчас ее обрабатывает агент Кайл,– сообщил Эд, наблюдая, узнает ли Ахматов Мэдисон, которую видел только на фотографии.
Алекс не глядя положил папку с вверенными Биллом секретными документами на край стола, сунул руки в карманы брюк и сосредоточенно стал рассматривать лицо девушки. Папка благополучно упала на пол. Документы рассыпались, но Алекс будто и не заметил этого.
Стивенсон подозрительно сощурился и окликнул Ахматова:
– Такими документами не разбрасываются.
Тот среагировал моментально: ловко повернулся, присел и коснулся рукой пола именно в том месте, куда упала папка, а затем уже наклонил голову.
– Новый агент? Забавно! Я бы сказал, что у нее нет и месяца спецподготовки.
– Хм, правда?
Эд любопытно уставился на девушку.
– Это у нее на лице написано?
– Почти…
– Ну… уж поделись своей гениальной догадкой?– усмехнулся Стивенсон.
– Жесты не организованные, бесцельные; взгляд ненаправленный, нервные движения губ. А в целом – просто интуиция.
– Да ну! Алекс, у нее ровно один месяц подготовки. Это та самая «Леди»,– улыбаясь сообщил Эд.– Мэдисон. На фото она выглядела ужасно! А в жизни даже ничего…
Тут Стивенсон кашлянул, чтобы прикрыть свою откровенную симпатию к девушке.
– Так это моя разработка?– изумленно спросил Алекс и наклонился к стеклу, чтобы поближе рассмотреть девушку.
Но та все равно находилась на расстоянии около шести метров, и затененное стекло мешало увидеть ее настоящую.
– Если тебе так угодно ее называть…
– Такая хрупкая и…
– И очаровательная,– добавил Эд, тоже наклонившись к стеклу.
– Да, пожалуй,– подтвердил Ахматов.
«Она мне кого-то напоминает… Где же я мог ее видеть? Хм, странное ощущение!»– подумал Алекс, отмечая действительно странное волнение, возникшее почти сразу, как только его взгляд упал на девушку.
– И впрямь, скажу тебе, на фото она выглядела безобразно,– отметил он и улыбнулся.
– Надеюсь, ты удержишься от очередного соблазна?– поддел Эд.
– А ты что, уже ревнуешь?– проницательно ответил тот.
– Уходи, Леди не должна тебя здесь видеть.
– Меня все сегодня гонят,– усмехнулся Алекс, спокойно взял свою папку и вышел из комнаты.
***
София недолго пробыла у Макстейна. Он задал ей несколько вопросов, а она поделилась своей идеей о программе-взломщике. Билл принял это решение, похвалив девушку за оперативный анализ. Он не мог изменить ситуацию быстрее, поэтому все, что ему оставалось, – это дать время Мэдисон самой поработать над проблемой.
Отчеты Андерсона и Келтона о работе Леди его радовали: у редкого человека, завербованного АМБ со стороны, сразу проявлялось столько энтузиазма и целеустремленности. Мэдисон грамотно и ответственно подходила к своей задаче временного сотрудника АМБ. Она почти профессионально корректировала свои действия и изменяла тактику поведения в соответствии с обстоятельствами. Она не нуждалась в пошаговой поддержке, консультации и самостоятельно
