не брать напрокат самолет.
Он на мгновение задумался об этом.
— Интересно, пустит ли меня какая-нибудь из заправочных станций на свою крышу.
— Будет ли это достаточно высоко?
— Я думаю да.
— Мило! Я позвоню владельцам сегодня вечером и узнаю, разрешит ли кто-нибудь из них это. Я уверена, что «Gas&Go» позволит тебе это сделать. Сын владельца ходил со мной в школу и однажды кинул мне жвачку на волосы. Эта семья у меня в долгу.
Он ухмыльнулся мне сверху вниз, прежде чем начать хихикать.
— Ты всех знаешь в этом городе?
— Почти всех. — Всех, кроме него. Хантер был самым загадочным человеком, переехавшим в Прескотт за последние годы.
Он усмехнулся.
— Я должен буду иметь это в виду. Где еще мы будем фотографировать?
— Я бы хотела порыбачить на одном из общественных прудов. Есть место, где мои дедушка и папа научили меня и моих братьев ловить рыбу. Я подумала, может быть, мы могли бы там что-нибудь сделать с Коби. Я бы хотела, чтобы это было безлико, может быть, просто его силуэт сзади или что-то в этом роде?
— Подожди. Ты рыбачишь?
— Я рыбачу. Черви и все такое, — гордо заявила я. У меня были свои девчачьи моменты, но также я приняла своего внутреннего сорванца. — Почему у тебя такой удивленный вид?
Он просто улыбнулась шире.
— Я никогда не встречал женщину, которая была бы похожа на тебя и призналась бы, что умышленно прикоснулась к червяку.
— Это комплимент?
Его взгляд смягчился.
— Большой.
Легким прикосновением он убрал выбившийся волос с моего плеча. По моей руке пробежали мурашки, оставляя за собой след. Как могут такие большие руки быть такими нежными? Я хотела знать, что они могут сделать с моей кожей в более мягких местах.
Боже, я сильно влюблена в этого парня. Сильнее, чем когда-либо прежде.
И, судя по пылкому выражению его глаз, я ему тоже нравилась.
— Вот, держите. — Наша официантка положила на стойку белый пакет, нарушая наш момент. — С вас восемнадцать пятьдесят.
Я оторвала взгляд от Хантера и полезла в сумочку за бумажником.
— Я заплачу. — Прежде чем я успела вытащить бумажник, Хантер оставил стодолларовую купюру на стойке и сунул сумку под мышку.
— Я могу заплатить за это. Правда. Я должна. Это деловые расходы…
— Мейзи. — Он прервал меня. — Я всегда буду платить за еду. Так меня воспитали.
Папа научил моих братьев тому же. Мама научила меня позволять им это.
— Ладно. Спасибо.
Я буду отплачивать Хантеру домашней едой каждый день в течение следующих двух недель. К тому времени, как Хантер выселится из моего мотеля, его комната будет полностью заставлена посудой.
Помахав на прощание небольшой компании, собравшейся в кафе на поздний ланч, я последовала за Хантером на улицу, где он протянул мне мою сэндвич с индейкой, а затем достал свой. Каждый из нас развернул и снова наполовину завернул сэндвичи в пищевую бумагу, чтобы мы могли идти и есть одновременно.
— Хорошо, итак, значит мы хотим снимок кинотеатра, кафе, Мэйн-стрит и пруда для рыбалки, — сказал он, прожевав. — Что еще?
Я проглотила свой кусок и пробормотала остальную часть своего списка желаний.
— Я бы хотела фото реки Джеймисон, но я не привередлива в выборе места. Я бы хотела фото мотеля, но не раньше, чем посажу цветы. О, и еще на ранчо моего друга есть старый приусадебный сарай, который действительно классный. Я подумала, что мы могли бы поехать и проверить его. А потом я надеялась сделать что-нибудь на озере Уэйд.
— Это всего лишь восемь мест. У тебя сколько, четырнадцать комнат?
— Да, но я могу просто сделать каждой фотографии по две. — Было слишком просить, чтобы он сделал четырнадцать уникальных фотографий в четырнадцати местах, и поскольку он делал их в свободное время, я не хотела навязываться. Я бы просто обошлась восемью.
— Нет. — Хантер остановился на тротуаре. — Не обманывай себя. Тебе нужно подумать еще о шести местах.
— Поскольку мы никогда не обсуждали цену за твое время, давай остановимся на восьми. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя…
Свободной рукой Хантер коснулся моей руки.
— Еще шесть мест, Мейзи. Мы займемся ими в следующие выходные. — Его голос был нежным, но твердым. — Сколько бы времени это ни заняло, это не имеет значения. Я дам тебе все время в мире, пока ты не получишь именно то, что хочешь.
— Ты уверен?
Он кивнул.
— Я уверен. Я хочу это сделать. Пожалуйста, позволь мне?
— Спасибо. Большое тебе спасибо. — Как мне могло так повезти? Как получилось, что этот человек, фотограф, вошел в мой мотель? Я буду еще долгие годы благодарить свою крестную фею, если все получится как надо.
Прогуливаясь по центру города, мы съели еще несколько сэндвичей. Покончив с едой, Хантер выбросил обертку в мусорное ведро и вытер руки от крошек.
— Думаю, я остановлюсь здесь, если только ты не хочешь показать мне что-то конкретное.
— Нет, — я покачала головой, — ничего конкретного.
— Хорошо, тогда как насчет того, чтобы ты отвезла меня на озеро Уэйд и показала мне окрестности?
— Звучит заманчиво.
Мы развернулись и пошли обратно к его грузовику, я быстро доела, и сама выбросила мусор. Когда мы поехали по шоссе и выехали из города, я решила набраться смелости и задать Хантеру вопрос. Я не хотела совать нос в его личную жизнь, но мне действительно хотелось узнать его поближе. С тех пор как мы покинули мотель, наш разговор был таким искренним и естественным.
Я не хотела, чтобы это прекращалось.
Скрестив пальцы на коленях, я глубоко вздохнула.
— Разговор о твоем новом доме — безопасная тема? Или мне следует поговорить о погоде?
Он усмехнулся.
— Дом — безопасная тема.
Я улыбнулась своей маленькой победе.
— Как продвигаются дела? — спросила я.
— Получается замечательно, но я заходил сегодня утром, и мне еще многое предстоит сделать. Я позвонил своему подрядчику, и он сказал, что они отстают.
— Черт возьми. Сильно?
— Он думает, что на две недели, что, вероятно, означает четыре. Я не думаю, что у тебя найдется свободная комната еще на месяц.
— Прости. Еще две недели, и у меня начнется самый разгар туристического сезона. Единственное пустое место, которое у меня есть — это старая комната экономки, и она больше похожа на чулан, чем на настоящее жилое помещение. — Там даже окна не было. Я не удивилась, когда предыдущие владельцы сказали мне, что ни одна экономка никогда не хотела жить в той комнате.
— Я сниму ее.
Моя голова резко повернулась.
— Что?
— Комнату экономки. Я сниму ее.
— О,
