большой кусок, заедая хлебом. Интересно, когда закончится дождь? Не хочу тут сидеть долго.
Сбоку послышался хруст ломающихся веток. Кто-то приближался, я зажмурилась от страха, может, пройдет мимо и не заметит. Но любопытство, граничащее со страхом, пересилило, я высунулась из палатки и попыталась хоть что-то разглядеть. Дождь стоял сплошной стеной, я выбралась из своего убежища и замерла, пытаясь, хоть что-то увидеть. Может, зверь какой ходит кругом в поисках укрытия или пищи.
– Стоять! – закричала. – У меня пистолет, я буду стрелять!
В ответ – гробовая тишина, меня стала накрывать паника.
Чья-то теплая и мокрая рука легла на мой рот.
Одновременно другая рука перехватила руку с пистолетом. Ну все, мне крышка! Я уже мысленно попрощалась со всеми родными и близкими.
– Не стреляй, это я! – прозвучал спокойный голос возле моего уха, приглушенный дождем. – Я напугал тебя? – всё внутри похолодело от страха и осознания того, что Эдвард меня не бросил.
Я попыталась вырваться, но Эдвард держал крепко. Решила применить прием, удар локтем в печень, мужчина застонал и повалился на землю. Что это с ним? Пнула ногой – хрипит. Значит живой.
– Эй ты, чего разлегся? – нет, я, конечно, где-то, наверное, очень глубоко в душе и была рада, что он вернулся. Но я никак не нанималась таскать полудохлого мужика, тем более такого грязного. И что мне с ним делать? В палатку тащить, грязного, как свинью? Он же все там перемажет. Потопталась на месте. Подумала.
– Эй, может, ты встанешь, а то мне тебя не поднять?! – легонечко пнула еще раз. – Ладно, черт с тобой! – взяла мужчину за обе руки и потащила в палатку.
Он был мокрый насквозь, включила фонарик на телефоне и положила в кармашек палатки. Стало светлее и уютней. Рассмотрев своего недруга, я пришла в ужас. Эдвард весь перепачкан грязью, ветки и трава застряли в растрепанных волосах, одежда местами порвана. Где это он шатался или зверь на него, какой напал? Я глубоко вздохнула… ох, и что мне с ним теперь делать? Если оставлю так, то замерзнет и заболеет. Почему все так сложно?
И вот только теперь мокрая одежда начала причинять значительное неудобство и омерзение. Захотелось быстрее избавиться от нее. Я переоделась в сухое.
Расстегнула пуговицы на черном кожаном плаще заметила кровь. Чья она? Схватила телефон, посветила, на левом плече была кровь. Ярко-красная кровь сочится из небольшой, но сильно кровоточащей раны… Пуля?
– Это че такое? Твою жжешь… У меня есть, конечно, аптечка, но я не умею вытаскивать пули! Господи верни меня домой, умоляю! – молитвенно сложила руки.
Паника подступала, я не переносила вида крови. Когда в фильмах ужасах показывали мясо и ужасные алые порезы, я закрывала глаза. Сразу становилось не по себе…
Так, дышим глубже, признайся, тебе без него не выжить. Оставь все, что было между вами в прошлом и попробуй сосредоточиться. Так, что я знаю о ранениях… я напрягла мозг. Я ничего об этом не знаю, только видела в кино и читала в книгах. Может, мне, точнее, ему повезло, и пуля прошла навылет?
У меня начиналась паника. Кровь не давала рассмотреть рану. Попыталась приподнять эту тонну мускулов и завалить набок, непонятно, откуда течет. Тут везде кровь!
Придется раздевать… И как мне снять одежду? Села сверху на его ноги, взяла за рукава и потянула на себя. Эдвард, как мешок с картошкой, килограмм на сто, повалился на меня.
Стянула мокрую окровавленную одежду, отбросила ему в ноги. Сзади отверстия не было, уложила обратно, значит, пуля осталась в теле.
– Эй, Эдвард! – впервые я обратилась к нему по имени. – Живой? – потрепала его за щеку, вроде, в отключке. – Думай! Что надо делать?
Бинты, обеззараживающие средство, нитка с иголкой или любой раскаленный предмет, чтоб прижечь рану… Пинцет, пинцета нет, есть плоскогубцы, тоже сгодятся… Перекись придется расходовать экономно, бутылочка маленькая. Мне нужен нож и зажигалка. Рядом положила бинт, пластырь и плоскогубцы.
– Ох, чувак, будет больно! Но ты потерпи! Постараюсь аккуратно!
Прокалила лезвие ножа, дала остыть, протерла ватой. Закатала рукава толстовки, полила на руки и растерла до локтей перекись. Протерла кожу вокруг раны той же перекисью. Кровь не останавливалась, отверстия не видать. Вытащила из рюкзака, стараясь не испачкать руки, первое, что попалось. Это были мои трусики, ну да ладно, он все равно никогда не узнает, чем я стирала кровь.
Надо проверить, как глубоко сидит пуля. Засунула в раневой канал палец и попыталась нащупать твердое тело пули. Эдвард застонал. Неглубоко, сантиметра два. Нужно сделать разрез. Развела пальцами края раны в стороны. Мне стало нехорошо, тошнота подступила к горлу. Но выбора у меня не было, постаралась собраться и дышать носом. Взяла плоскогубцы, и, идя по раневому каналу, пробую добраться до пули. Главное – не перепутать пулю и кусок кости. Когда я начала поиск и извлечение пули, мой подопечный начал пинаться, ворочаться и орать, всячески мешая. Он попытался сопротивляться. Я навалилась всем своим весом, и кое-как зафиксировала пациента.
Ладно, если сдохнет, прикопаю тут, в лесу, хоть далеко не придется тащить. Я глянула на него, чего-то он совсем как покойник. Бледней, чем раньше.
– Ну же… давай! Я обещаю помириться с ним, только вылези! – это я с пулей разговариваю.
И мои молитвы были услышаны! С третьей попытки.
– Ура! Получилось!
Эдвард находился в отключке. Я положила пулю на окровавленные тряпки, залила рану перекисью, и прижгла раскаленным ножом. Завоняло паленой кожей. Будет шрам! Но лучше так, чем надгробье. Просушила рану и наложила повязку. Собрала кровавые тряпки, и закопала подальше от палатки. Рубашку простирнула под дождем, умылась. Сейчас бы выпить! Мы тут как минимум неделю пробудем с такой раной! Не надо было вести себя, как истеричка, остался бы Эдвард целым и невредимым.
А интересно, на кого он нарвался? Не на тех ли ищеек? Значит, нас ищут, точнее меня? Как он и говорил, тогда придется отсюда уходить, когда Эдвард очнется? Стало страшно, а если на нас нападут, что мне делать? Я же с ними не справлюсь одна, вон даже он не смог, несмотря на свою крутизну.
Забралась в палатку, зубы стучали от холода, да и ему, судя по мурашкам и синеве губ, не жарко. Есть только один верный способ. Легла рядом с ним и накрыла нас спальником. Никогда бы не подумала, что буду лежать в обнимку с человеком, которого ненавижу. Я не заметила, как заснула, пригревшись.
ГЛАВА 8
Судя по тишине, дождь и ветер
