не хочет.
— Так говоришь, будто знаешь ее лично.
— Я часто бываю в столице. Про нее ходят слухи. Разные. Она ненавидела Урсулу все детство девочки, поэтому отослала скитаться по странам, лишь вы выучиться и прославлять семейство, но не путаться под ногами. Почти таким же образом она поступила и с Лютином, но сына всячески поддерживала и финансово, и именем, когда пацан попадал в передряги в виду скверного характера.
— Как бы не было жаль настоящую Урсулу, но она знатно меня подставила. Паразитка!
— Другого способа сбежать из ненавистного мира не было. И лучший способ скрыть уход — выдернуть кого-то вместо себя. Я не жалею, что попалась ты.
Я подняла глаза на мужа. Красивый. Статный. Талантливый. По крайней мере, выводить меня из себя талант присутствует. И в ту секунду, переглядываясь с ним в тишине, даже смогла снова ненадолго вернуться в ту ночь, когда между нами зарождалась любовь. Хорошие были часы, когда никто ничего не усложнял.
— Мила… — начал было Бастиан, даже подвинулся на стуле немного ближе ко мне, но в дверь постучали.
Ручка повернулась, а в проеме показался Грей. С брачным браслетом в руках.
Какой насыщенный день!
Глава 15
Грею сопротивляться не было смысла, раз уж пообещала мужику брак, то надо выполнять. Обладательницей третьего браслета на запястье я стала в считанные минуты. А новый муж сиял ярче любой звезды на ночном небосводе. Придвинувшись ближе к Грею, закинула на его колени ноги, с ехидством поглядывая на закипающего Бастиана, которого пополнение в семье устраивало с натяжкой.
— Когда возвращался — заглянул в почтовые ящички академии, вам пришло письмо, Урсула, — проговорил Грей, протягивая конверт, после чего принялся массажировать мои голени.
Не успела моргнуть, как дознаватель отобрал почту и быстро распечатал пломбу.
— Эй! — возмутилась, попытавшись вырвать письмо из пальцев противного следователя, но тот поднял его вверх на вытянутых руках так, чтобы я не могла допрыгнуть и вчитался в строки.
— Милая, — он особенно выделил это слово, отождествляя его с моим настоящим именем, — тебя зовут на заседание по делу брата и садовника послезавтра. Там будет Патриция де Левьер. Ты попала, — проговорил он без ехидства, а наоборот, с долей тревоги в голосе.
— Почему попала? — недоуменно спросил Грей.
Я закусила губу размышляя над тем, признаваться или не стоит. Но он теперь мой муж, а правда в тесном семейном кругу всегда выплывает наружу, даже быстрее, чем где-либо еще.
— Я родом из параллельной вселенной. Мы с настоящей Урсулой поменялись местами. Ее мать сразу поймет, что я не та. И мне крышка!
Грей завис ненадолго, нахмурил брови, осмотрел меня с пят до головы, а потом выдал, как ни в чем ни бывало:
— Ты можешь одеться скромно и полностью закрыть лицо, большинство зрелых дам так и поступают. Урсула же все детство и юность училась, из семьи ее никто давно не видел, по голосу и повадкам тебя вряд ли раскроют. Не вижу проблемы.
Мы с Бастианом переглянулись, а потом он бросил хмурый взгляд на Грея, который я назвала «Почему я сам до этого не додумался?!»
— Но меня видел Лютин, — с досадой напомнила я.
— Вряд ли он догадается провести параллели с твоей внезапной скрытностью, — с сомнением протянул первый по хронологии муж.
— Не думаю, что размышлять о чужих умственных способностях сейчас лучшая идея, но утешает, что Лютин мне должен, я выгородила его перед Бегонией, иначе сейчас братец мог бы быть на плахе.
— Не надейся, что теперь он считает себя должным. Не обижайся, но семейка это такая себе.
— Не собираюсь обижаться. Чего только сама Урсула стоит — свинтила в продвинутый мир и сбросила на мои хрупкие плечи все проблемы.
Бастиан прыснул, едва сдерживаясь, чтобы не заржать, но под моим убийственным взглядом прикрыл рот рукой.
— Она поступила нечестно, но не будем судить девушку, — заступился Грей, — наверняка у нее были причины.
— Грей, ты чудо, — вздохнула, поворачиваясь к нему, ну правда, понимающий, добрый, красивый и при том не глупый. Редко можно встретить такого человека, что способен стать в нейтральную позицию и никого не винить.
— Скажи, что ты не видение. Мне иногда кажется, что проснусь утром, а тебя не найду, — шептал мужчина, а в светлых глазах загорались искорки.
— О-ой, меня сейчас вырвет, — послышалось сбоку.
Нащупав подушку, запулила ею в морду дознавателя, но тот удачно увернулся от мягкого снаряда, проявив чудеса ловкости.
— Сегодня я сплю с Греем, а ты можешь занять место на ковре под дверью. Со стороны коридора, — изрекла, вздернув нос, краем глаза заметила, как перекосилось лицо Бастиана.
— Нет, милая, лягу в комнате, — так же елейно прошипел мужчина, — пристроюсь на полу возле кровати, буду всячески вам мешать.
Ближе к ночи мы с Греем отлично умостились на моей пусть и узкой, но удобной кроватке, а Бастиан возлежал на полу рядом, повернувшись к нам спиной. Я сжалилась над ним и выдала подушку с пледом. Он принял удобства с таким лицом, словно делает мне одолжение.
День выдался таким насыщенным, что в тепле объятий мужа, ритмичный стук его сердца под ухом и дыхание в волосах на макушке, уснула в считанные мгновения.
Проснулась утром от того, что что-то грохочет в ухо. Ото сна шевелиться особо не хотелось, поэтому прислушалась к ощущениям. Подо мной что-то мягкое, но тверже, чем матрас. И наглое, потому что лапает за задницу!
— Ммм, — возмутилась, пытаясь отползти в сторону, но крепкий канат обхватил за талию, не давая сползти с места.
— Может продолжим нашу пламенную ночь, пока Грей дрыхнет? — горячо шептал на ухо Бастиан откуда-то снизу.
Резко разлепив глаза, вдарила по загребущим рукам мужика и откатилась в сторону, вскочив на ноги, чтобы проверить обстановку.
Грей развалился на кровати, раскинув руки и ноги в стороны, уткнувшись лицом в подушку, мужчина тихо посапывал с приоткрытым ртом. Перевела взгляд чуть ниже. На полу в перекрученном одеяле возлежал довольный Бастиан, закинув руки за голову.
— Возвращайся, сладкая, без тебя холодно, — мурлыкнул артист, расплываясь в оскале, сверкнув белыми зубами.
— Что произошло?
— Примерно через полчаса после того, как ты уснула, неудачно повернулась и упала прямо ко мне в объятия. Так что по факту ты спала со мной.
— Можешь рассказывать эту невероятную историю внукам в старости, — фыркнула, скрестив руки под грудью.
— Нашим непременно расскажу.
— Нужно собираться на занятия, — проговорила, сделав вид, что не услышала предыдущую его фразу.
— Ты фактически под арестом. Моим. Ни о каких занятиях и речи не идет. В эти
