шрам на пол лица говорил о том, что жизнь не способствовала сохранению внешней молодости. Да и внутренней тоже.
— Расскажи о своем мире. Детали, — настоял ректор, перекатывая в пальцах пишущее перо.
— Да нечего рассказывать. Шесть материков, королевства, колонии! Часть людей владеет магией, но я в список счастливчиков не вхожу, — хмуро пробурчал мужчина. — Нехватка женщин. Обычно рыцарей впихивают в сформированные семьи из женщины и десятков мужчин, но если не дождался до пятидесяти, то уж и не стоит надеяться, что обзаведешься семьей.
— Что думаешь, Урсула, звучит убедительно? — поинтересовался Питер.
— Да, очень! — усердно закивала головой, состроив самое честное выражение лица.
Я бы поступила также, скажи Берт, что на него напали рептилоиды, избили неоновыми дубинками и выбросили в это измерение. Слишком хотелось спасти бедолагу, который уже едва держался в сознании.
С приоткрытого окна стал доноситься шум. Питер сдвинул меня с колен и выглянул на улицу.
— Гвардейцы, — хмуро изрек.
— О, нет. Они ищут меня, — слабым голосом пробормотал Берт, а лицо его побледнело еще на пару тонов.
— Они перероют вверх дном всю академию, странно, что не начали с нее поиски. Его точно найдут, — ректор кивнул на экс-садовника.
— И что же нам делать?
— Если так хочешь помочь, — задумчиво протянул мужчина, подошел к ящику стола и достал из него брачный браслет, — то вот. Придется сделать его мужем.
Я закашлялась, прикрыв рот ладонью. Скосила глаза на Питера. Он отстраненно смотрел в окно, скрестив руки под грудью. Ни один мускул лица не выдавал того, что же творится в симпатичной голове ректора.
Неужто это ультиматум: он или садовник? Хочет проверить, кого я выберу? Или просто помогает?
— Они уже на втором этаже, — поведал Питер, развернулся, положил браслет на стол и пошел к двери, но там остановился, — думай, Урссула. Если за эту ночь из него выбьют чистосердечное, то завтра точно казнят.
Ректор вышел. А мы с Бертом сидели, как два камня друг напротив друга.
Вот так. Пришла соблазнять одного мужика, а теперь надо женить на себе другого. Капец! Я еще никогда не занималась сексом из жалости.
— Вы не обязаны, — заговорил благородный рыцарь, смотря в пол, — женитьба — сокровенное таинство, доступное не для всех мужчин.
А как красиво заливает!
— Почему… почему тогда, в зале суда, ты смотрел на меня так пристально?
— Вы мне понравились. С первого взгляда. Очень красивая женщина — я таких еще не видел. И потом, когда благодаря вам меня не казнили, понял, что весь день думаю о вас и вашей доброте. Но не представлял, что увижу еще хоть раз. Вы такая яркая, на вас смотрят все мужчины, а я преступник, закрытый в сыром подвале с крысами и мхом.
— Но ты же не преступник.
— В этом месте вы первая, кто мне это сказал.
Он поднял на меня глаза и выглядел, как побитый щеночек.
— Я понимаю, что все слишком внезапно, Берт, но для твоего спасения нам придется пройти обряд. Сейчас. Быстро. Времени нет, — тараторила, оказавшись рядом с ним.
— Какой? — заинтересованно спросил мужчина, поднимая лицо выше, чтобы встретиться со мной взглядом.
Так, кажется, в его мире секс был совсем не обязательным пунктом для замужества.
Ну, будет сюрпризом.
— Половой акт, — бросила невзначай, опускаясь к нему на колени, почти полностью удерживая вес своего тела самостоятельно, чтобы не делать ему больно и аккуратно поцеловала.
Сначала ответа никакого не было. Пустыня, перекати-поле, ветер свистел. Но потом рыцарь дал жару — его губы стали двигаться так быстро и страстно, сминая мои что иной раз было сложновато дышать, руки хаотично шарились по спине, вжимая меня в крепкий торс. А когда мужчина подхватил меня на весу под ягодицы и опустил на стол, я задумалась. А так ли ему нужна была помощь?
Глава 17
Процесс пошел и был необратим. Берт целовал меня, спускаясь губами к шее, а потом и к ключицам, медленно оглаживая тело руками, но так и не забрался пальцами дальше ткани платья — не решался или ждал разрешения.
А времени на прелюдии не было.
— Быстрее, они могут явиться в любой момент, — шептала, — мы должны сделать это, а после ты наденешь на меня этот браслет.
Мужчина на секунду отстранился и кивнул. Капельки пока стекали по его лбу, он быстро вытер их запястьем и подвинул меня немного в сторону, тоже забираясь на массивный стол.
Берт стянул с меня одежду сам, нашептывая что-то несуразное про женские тела и персики. С него майку и штаны было снимать труднее — ткань прилипла к ранам и засохшей крови. Но несмотря на все препятствия, мужчина был возбужден, то и дело нервно облизывал губы, а в глазах сверкал огонек, какого там раньше не было.
Я перевернулась на живот и встала на четвереньки.
— Быстрее, Питер их надолго не задержит!
Мужчина возился недолго — прижался сзади и комнату озарил его сдавленный стон, я почувствовала удивительную волну удовольствия, укутывающую тело в жаркий кокон. Все не закончилось несколькими толчками, но я потянулась к браслету и быстро всучила его в руки любовнику, подставив запястье.
Попав с третьего раза, он все же застегнул украшение на моей руке, хотя больше был занят другим процессом.
Времени у нас действительно было мало, но мы уложились! Последние несколько движений, сотрясание тел — мы скатились со стола и на негнущихся ногах стали быстро поправлять одежду. Одышка была такая, будто пробежали пару километров.
Берт пригладил мои волосы и довольно улыбнулся, подняв большой палец вверх.
Через минуту в коридоре послышался топот множества ног и дверь с ноги открылось, по инерции ударяясь о стену.
Гвардейцы обступили со всех сторон в считанные секунды профессионально и без лишних промедлений. В проеме двери стоял растерянный Питер. Кажется, его не тронули, но один бог знает, чего ректору стоили эти десять минут нашего с Бертом уединения.
— Рин Воркс, идете с нами, — холодно припечатал главный, кажется, мое задержание проводил тоже он.
Брюнет с каменным лицом и равнодушными глазами.
— Он никуда не пойдет, — вскинула голову, задрав нос к потолку и подняв руку, помахала ею перед моськами гвардейцев. Четыре браслета радостно зазвенели, раз и навсегда одаривая меня статусом новогодней ёлки.
— Он находится под юрисдикцией императорского суда. Пока дело не решено, женится запрещено, — проговорил главный и выдал эмоцию раздражения.
— Рина Урсула тоже исполняет решение суда, — донеслось со стороны двери, говорил Питер, — ей нужно найти четверых знатных мужей, а насколько мне известно, Воркс походит из обнищавшего рода
