он может оказаться тёмной лошадкой, а за ним могут стоять другие люди. Ладно, пиши пока свой договор.
И уже мне:
— У нас кушетка какая-то есть специальная. Мы же можем здесь сеанс провести? А то дел столько, что продохнуть некогда.
Я прошлась взглядом по кабинету, а в памяти всплывали моменты первого попадания сюда. Усмехнулась, вспоминая, как этот лось гонял меня по всему кабинету. Поймала взгляд Стужева и вздрогнула. Он смотрел жадно, опаляя меня своим желанием. Точно, и он вспомнил!
Сглотнула, опустив на секунду глаза. Приподняла подбородок, показывая, что не боюсь его, вспомнив, что для моей безопасности Владимир как раз и составлял договор. Пробежала мысль, что зря я решила просить помощи у этого хищника. И всё же риск того стоил, Стужев был настоящим хищником, он своего не упустит. От него мне нужна была именно защита. И серьёзная.
От того, кто предал, кто обидел и показал свою страшную суть.
Я спокойно посмотрела на Стужева, но в его взгляде больше не было того огня, что поначалу испугал.
Или мне показалось?
А, может, он просто дразнил меня?
Кинула взгляд на Владимира, понимая, что тормоза всё же у Стужева были, да и Владимир обычно мельтешил рядом с ним. Решила не приезжать, если рядом не будет этого спокойного, сдержанного человека, каким мне сразу показался Владимир. Он всегда напомнит этому чудовищу о договоре.
Вопрос, кто ещё смог закрыть меня от возможных притязаний Матвея Ветрова? Я всё ещё помнила его слова, его обещания, угрозы, когда он понял, что потерял меня.
Я ждала, пока охранник занесёт ту самую удобную кушетку для массажа, но была скорее не здесь, а обдумывала, не ошиблась ли я в своём решении. С другой стороны, только матёрый хищник меня спасёт от другого хищника. Вопрос, каким человеком окажется сам Стужев и могу ли я ему доверять?
Промелькнула мысль о Борисе. Я уже не раз думала, а не рассказать ли ему, и не обратиться к нему за помощью? Но мы не были парой, он просто ухаживал за мной. Да, я наслаждалась этими моментами, не желая форсировать события. Да и он сам, я видела, с удовольствием узнавал меня. Но как он вообще сможет мне помочь?
Борис уедет на очередные сборы, а я останусь одна.
Я знала Матвея. Если бы не его странный звонок Владу…
Подруга узнала о том самом звонке, чёртов Влад! И даже устроила мне истерику по видеосвязи, требуя немедленно бежать под её крылышко. Детский сад развела, честное слово!
С Матвеем всё было в прошлом. Но зная его упёртость, я понимала, что он найдёт повод меня увидеть, если захочет. И не только увидеть.
Мне нужна была стена, на которую я могла опереться. Борис не подходил, потому что он уехал на свои сборы, а я осталась здесь. И как будет дальше, я не знала.
Стужев уселся на кушетку, собираясь укладываться, когда я очнулась и поняла всю абсурдность ситуации. Решительно ответила:
— В будущем здесь проводить сеансы будет неудобно, ммм, Никита. Сегодня я начну с верхней половины, у вас, эм, у тебя проблемы начинаются с задней части шеи и спины. Причина, скорее всего, трапецивидная и лопатки. У тебя там и латентные точки, и спутниковые, работы много. Дальше посмотрю хорошенько спину, возможно, паховую область тоже не мешает, так, на всякий случай. Возможно, и ягодицы, верхнюю часть. На бедре и с коленями работы тоже много. На сеансе ничего не должно мешать, даже мягкая резинка от нижнего белья. Ты можешь надеть халат, и взять полотенце. Им удобно будет прикрыться, когда ляжешь.
Я посмотрела, как Стужев поднял бровь на слове «прикрываться», но не успела отреагировать, когда он начал расстёгивать пуговицы. Он смотрел мне в глаза и с усмешкой переспрашивал:
— Паховую область? Ягодицы? Хм, хорошо, что мой массажист туда не стремился, а то без рук бы остался. Но на тебя я согласен. Можешь трогать меня и там, и там, если тебе так хочется.
Я закатила глаза и ответила:
— Судя по тебе, я бы тоже не полезла, если бы была мужчиной. Большинство массажистов и не поймут, в чём причина твоих болей. Тем более, у тебя причина — жёсткий спорт, а не сидячий образ жизни, например. Другие мышцы. Ты что, будешь прямо здесь раздеваться? У тебя в спальне есть санузел, будь добр, не шокируй меня. Не забудь халат надеть и прихвати полотенце, пожалуйста.
Всё же Стужев оказался не так страшен и вполне договороспособен, когда был трезвым и заинтересован в результате. Он только кинул:
— Хорошо.
Посмотрел на Владимира, предложив:
— Может, пока выйдешь и составишь черновик у себя? Видишь, «моей» девушке некомфортно.
Я быстро ответила:
— Думаю, пока что ваше присутствие будет нелишним, Владимир. Сегодня я буду больше диагностировать, причём верхнюю часть туловища. Стоит избавиться от одежды, чтобы ничего не сдавливало, даже минимально. И я бы предпочла, чтобы вы оставались здесь.
Стужев так и стоял с расстёгнутой рубашкой, слушал и улыбался. Вот наглец!
Глава 24
Увидел, что я смотрю на него, и отреагировал, словно одолжение мне делал, с лёгкой усмешкой обратился к своему юристу:
— Ладно, Владимир, останься пока. Потом Ярослава поймёт, что я не нападу на неё, стоит нам остаться одним, а пока потерпи.
Владимир кивнул и, продолжая просматривать информацию обо мне, которую ему отдал Стужев, спросил меня, поднял на меня взгляд и спросил деловито:
— Кстати, по поводу нашей договорённости. А кто для вас Борис Смоленский, Ярослава? Я вижу, вы встречались, а сейчас он в отъезде. Вы же понимаете, что не сможете ему сказать о нашем договоре?
Я непонимающе спросила:
— Почему?
На что Стужев, внимательно слушавший Владимира, жёстко ответил:
— Потому что это неприемлемо, Ярослава. Мне не нужны странные разговоры, тем более, если информация уйдёт куда-то в СМИ, поэтому в договоре будет пункт о неразглашении. Тебе стоит объясниться со своим ухажёром и не встречаться с ним, пока мы вместе. Ты будешь под моей защитой, со своей стороны я выполню обязательства полностью.
Я стояла и смотрела в его глаза, они обещали сделать всё, что он только что сказал. Этому взгляду хотелось довериться, хотелось доверять.
Вопрос, не обманывала ли я себя сейчас?
Стужев ушёл в ванную комнату, а Владимир встал, предложил мне сесть в кресло со словами:
— Читайте и задавайте вопросы, вроде я всё учёл.
Я
