Читаем без скачивания Последняя битва (с иллюстрациями) - О. Бухина

– Добро пожаловать во имя Льва. Выше и дальше!

Тириан увидел, как король Питер и король Эдмунд, и ко­ролева Люси бросились, вперед, встали на колени и обняли Мыша, восклицая: «Рипичип!» И Тириан задохнулся от изумления, ибо понял, что видит перед собой одного из ве­личайших героев Нарнии, Рипичипа, Мыша, который сра­жался в великой битве при Беруне, а потом плавал с коро­лем Каспианом Мореплавателем на Край Света. Но прежде, чем Тириан успел хорошенько вспомнить все это, он почув­ствовал, как две сильные руки обнимают его, и кто-то боро­датый целует в обе щеки, и услышал голос, который так хо­рошо помнил:

– Что, парень, похоже, ты потолстел и вырос с тех пор, как я последний раз видел тебя?

Это был его отец, добрый король Эрлиан: не такой, ка­ким Тириан видел его в последний раз, когда короля при­несли домой бледного, раненного в битве с великанами, и не такой седоголовый воин, каким он был в предсмертные годы. Он был молодой и веселый, каким Тириан помнил его с раннего детства, когда он, малыш, играл летним вечером в саду Кэр-Паразела, пока не пора было отправляться спать. И тот неповторимый запах молока и хлеба, которыми он ужинал тогда, вернулся к нему.

Алмаз подумал: «Пусть они поговорят немного, потом я подойду поздороваться с добрым королем Эрлианом. Много спелых яблох съел я жеребенком из его рук». Но мгновением позже он забыл обо всем, потому что из ворот вышла ло­шадь, такая величественная и благородная, что даже Единорог почувствовал себя смущенным в ее присутствии – огром­ная крылатая лошадь. Она поглядела минуту на лорда Дигори и леди Полли и заржала: «Эй, двоюродные братья!» И оба вскрикнули: «Стрела, старая добрая Стрела», – и броси­лись целовать ее.

В этот момент Мыш снова пригласил всех войти. Они прошли через золотые ворота, почувствовав чудесный аро­мат, доносившийся из сада, и попали в прохладную смесь солнечного света и тени от деревьев, прошли по весеннему дерну, усеянному белыми цветами. И обратили внимание на то, что сад был гораздо больше, чем казался снаружи. Но у них не было времени подумать об этом, ибо со всех сторон шло множество народу встречать новоприбывших.

Все, о ком вы слышали (если знаете историю этих стран), были тут. Белая Сова и квакль Хмур, король Рилиан Оча­рованный и его мать, дочь Звезды, и его великий отец, сам Каспиан; а за ними шли лорд Дриниан, и лорд Берн, и гном Трам, и добрый барсук Боровик, и кентавр Гленсторм, и сотни других героев Великой войны за освобождение. А с другой стороны показались Кор, король Орландии, вместе со своим отцом королем Лумом и женой – королевой Арави-той, и братом – храбрым принцем Корином, по прозвищу Громовой Кулак, и вместе с ними шли конь Игого и кобыла Уинни. Чудеса следовали за чудесами, и Тириан несказанно удивился, когда из далекого прошлого показались два до­брых Бобра и фавн Тамнус. И начались объятия и поцелуи, и рукопожатия, и оживали старые шутки (вы даже не пред­ставляете себе, как хорошо звучит старая шутка, после то­го, как она отдохнула пять или шесть сотен лет), и целые компании двинулись к центру сада, где на дереве сидел Фе­никс и смотрел вниз, а у подножия стояли два трона, и на них сидели король и королева, такие величественные и пре­красные, что все поклонились им. К правильно сделали, что поклонились, ведь эти двое были король Франциск и коро­лева Елена, от которых произошли все древние короли Нарнии и Орландии. И Тириан почувствовал то же, что могли бы почувствовать вы, если бы оказались перед Адамом и Евой в их славе.

Через полчаса, а может быть прошло полсотни лет – время там не походило на обычное – Люси стояла со своим до­рогим другом, со своим старейшим нарнийским другом, фавном Тамнусом, и глядела со стены сада на Нарнию, рас­стилавшуюся внизу. Сверкающие обрывы спускались на тысячу футов вниз и деревья выглядели, как крупинки зеле­ной соли. (Когда вы смотрите сверху, то понимаете, что стоите гораздо выше, чем вам раньше казалось). Потом Лю­си снова обернулась и посмотрела в сад.

– Я понимаю, – сказала она задумчиво. – Я понимаю те­перь. Этот сад – как Хлев. Он куда больше внутри, чем сна­ружи.

– Конечно, дочь Евы, – ответил фавн. – Ты стремилась выше и дальше, это самое большее из того, что можно получить. Внутри больше, чем снаружи.

Люси пристально посмотрела на сад и увидела, что это не простой сад, а целый мир, со своими реками и лесами, мо­рями и горами, но они были не чужие, Люси узнала их.

– Я понимаю, продолжала она, – это тоже Нарния, и она реальней и прекрасней, чем Нарния внизу, настолько, насколько та была реальней и прекрасней Нарнии снаружи Хлева. Я понимаю… мир внутри мира, Нарния внутри На­рнии…

– Да, – отозвался мистер Тамнус, – это как луковица, только наоборот – когда ты продвигаешься внутрь, каждый круг – больше предыдущего.

Люси глядела то туда, то сюда и вскоре обнаружила в се­бе еще одну чудесную перемену. На что бы она ни смотре­ла, как бы далеко это ни было, она могла разглядеть любой предмет, и он становился ясным и близким, как в телеско­пе. Она видела Южную пустыню и огромный город Ташбаан, а на востоке – Кэр-Паравел на краю моря, и каждое ок­но в своей бывшей комнате. Далеко в море она видела ост­рова, остров за островом до конца мира, а за ними – огром­ную гору, которую они тогда называли страной Аслана. Но теперь она увидела, что это только часть громадной цепи гор, кольцом окружавшей весь мир, и мир показался ей очень тесным. Потом она взглянула налево и увидела гряду ярко окрашенных облаков, отделенную от сада узким ущельем; взглянув пристальней она поняла, что это не облака, а настоящая страна. И посмотрев еще внимательней, она вне­запно закричала: «Питер! Эдмунд! Идите и взгляните! Быс­трей!». И они подошли и все увидели, потому что их глаза тоже изменились.

– Ну и ну! – воскликнул Питер. – Это Англия. Тот самый дом. Старый дом профессора Керка, где начались все наши приключения!

– Я думал, что дом разрушен, – удивился Эдмунд.

– Так и было, – сказал фавн. Но сейчас вы гладите на Англию внутри Англии. Настоящая Англия – то же самое, что и настоящая Нарния, ведь в той Англия, что внутри, все хорошее сохраняется.

Они перевели взгляд на другую точку, и тут у Питера, Эдмунда и Люси перехватило дыхание от изумления, и они закричали, и заволновались, и замахали руками, ибо увидели своих родителей, которые прогуливались в огромной глубокой долине и махали им. Представьте, что вы видите людей, машущих с палубы большого корабля, когда вы сами на причале.

– Мы можем попасть к ним? – спросила Люси.

– Это не трудно, – ответил мистер Тамнус, – эта страна и та страна – все настоящие страны – только отроги Великих гор Аслана. Мы можем пройти вдоль гребня, вперед и вверх, туда, где они соединяются. Но послушайте, это рог короля Франциска, нам надо идти.

Вскоре все собрались вместе, и длинной яркой процессией отправились вверх по горам, гораздо выше, чем мы можем себе представить. На этих горах не было снега. Там были леса и зеленые склоны, сладко пахнущие сады и сверкающие водопады, бесконечно текущие один над другим. И страна, по которой они шли, постепенно становилась глубо­кой долиной, и настоящая Англия превращалась в такую же узкую долину, и они были все ближе и ближе.

Свет становился все сильнее. Люси увидела, что разноцветные уступы разворачиваются перед ними как лестница великанов. Тут она забыла все остальное, потому что Аслан спускался вниз с уступа на уступ, как живой водопад силы и красоты.

Первым Аслан позвал Недотепу. Ослик выглядел таким ничтожным и глупым, когда поднимался к Аслану. Он казался перед ним таким маленьким, как котенок перед сен­бернаром. Лев наклонил голову, шепнул что-то Недотепе, и его длинные уши опустились, потом он сказал что-то еще, и уши снова поднялись наверх. Люди не слышали, что он сказал, ни в первый раз, ни во второй. Аслан повернулся к ввм и произнес:

– Вы еще не такие счастливые, какими я хотел бы вас ви­деть.

– Мы боимся, что ты пошлешь нас назад, Аслан, – отве­тила Люси. – Ты так часто отсылал нас обратно в наш соб­ственный мир.

– Не бойтесь, – промолвил Аслан, – разве вы не догада­лись?

Их сердца забились в отчаянной надежде.

– Это было настоящее крушение, – ответил Аслан мягко. Ваши родители и вы – в том мире, Мире Теней – мертвы. Учебный год окончен, каникулы начались. Сон кончился, это утро.

И говоря так, Он больше уже не выглядел как Лев, и все, что случилось потом, было таким великим и прекрасным, что я не могу это описать. Для нас тут конец историй, и мы можем только сказать, что с тех пор они жили счастливо, и для них это было началом настоящей истории. Вся их жизньв нашем мире и все приключения в Нарнии были только об­ложкой и титульным листом, теперь, наконец, они открыли Первую Главу в Великой Истории, которую не читал никто в мире: истории, которая длится вечно, и в которой каждая глава лучше, чем предыдущая.