Она набросила повод, попыталась застегнуть уздечку. Гейша упрямилась, но Ольга действовала уверенно, вставила трензель и подтянула уздечку вверх. Оседлав лошадь, она вывела ее из конюшни и вскочила в седло. Гейша поначалу артачилась, поворачивала к Оле голову с прижатыми ушами, явно угрожая тяпнуть за колено. Оля продолжала успокаивать ее голосом, и в конце концов Гейша, кажется, образумилась, спокойно порысила к воротам.
Ольга поехала через поле. Покрытая свежей, недавно пробившейся травой земля тянулась почти до самого горизонта, даря ощущение простора, воли, почти полета. Далеко впереди белели в сумерках низкие домики поселка, располагавшегося по ту сторону шоссе, тускло блестели купола недавно отстроенной церквушки. Над куполом, галдя, кружились галки. За церковью медленно текла меж высоких берегов тихая речка. На небе разгорался поздний майский закат – рваные розовые полосы чередовались с серо-сиреневыми.
Вдруг впереди, на кромке поля, рядом с первыми домами что-то тяжело разорвалось, в небо взлетела яркая изумрудно-зеленая ракета, рассыпавшая вокруг светящиеся брызги. «Мать твою! Как же задрали со своими фейерверками. Ни один урод не может жениться, не оповестив об этом всю округу», – выругалась про себя Ольга и погладила лошадь по холке, чтобы успокоить, показать, что все в порядке. Но было уже поздно. Гейша рванула в сторону, дернулась и понесла. Ольга едва успела откинуть корпус назад и упереться в стремена. «Спокойно! Спокойно! Не паниковать!» – командовала она себе, пытаясь натянуть повод. Ветер, еще недавно нежно гладивший виски, теперь бешено летел в лицо, сдавливая дыхание, трепал волосы.
Оля пыталась завернуть лошадь на круг, но та не слушалась. Дернувшись, кобыла встала на дыбы, и Ольга едва успела прижаться к горячей, мокрой от пота, нервно вздрагивающей спине животного. «Сбросит!» – поняла она. Но всаднице все же удалось удержаться в седле. Гейша пригнулась к самой траве и снова галопом понеслась вперед. Комья земли, вылетавшие из-под копыт лошади, хлестали Ольгу по ногам, по бедрам. Ольга тянула повод то вправо, то влево – Гейша не унималась, мчалась к краю поля. Впереди пролегало шоссе, уже отчетливо видны были пролетающие на полной скорости машины.
– Стой! Гейша, стоять! – отчаянно закричала Ольга, не справившись с голосом.
Неожиданно, словно из ниоткуда, рядом появился какой-то мужчина. Минутой раньше Оля никого не видела поблизости. Откуда он взялся?! Из-под земли выскочил? Куда он лезет, идиот конченый! Сейчас прямо под копыта угодит.
– В сторону! – крикнула ему Ольга. – С дороги!
Но мужчина, не слушая ее, бросился наперерез понесшей зверюге; прыгнул, казалось, под самые копыта, ухватился за повод и повис на нем всей своей тяжестью. Оля разглядела синие яростные глаза, побелевшие от напряжения высокие скулы, сжатый в полосу рот – и узнала Руслана.
Гейша замотала головой из стороны в сторону, дернулась вперед, протащив Руслана несколько метров по земле. Но тот не отпускал поводьев – вцепился намертво. Ольга видела очень близко его крупные, сильные, крепко сжатые кулаки.
Гейша взбрыкнула, заржала и остановилась так резко, что Ольга едва не вылетела из седла. Руслан поднялся, отряхиваясь от прилипших к брюкам комьев земли.
– Зачем вы это сделали? Кто вас просил сигать под копыта лошади? – спешившись, спросила Оля. Она не успела еще отдышаться, опомниться после бешеной скачки, и голос прозвучал резко, пожалуй даже гневно. – Она бы покалечила вас!
Руслан, услышав ее отповедь, иронично усмехнулся в ответ:
– Простите, что вмешался. Нужно было дать вам сломать себе шею.
Голос у него был низким, бархатным, невыносимо приятным. От его звука у Ольги захолонуло сердце, и, сердясь на себя, она отрезала:
– Я бы справилась, я в седле пятнадцать лет.
Руслан развел раскрытые ладони, словно сдаваясь перед ее натиском. Бог знает почему, но каждый раз, когда им доводилось пересекаться, у нее возникало ощущение, что он сторонится ее, что она вызывает у него снисходительную неприязнь. Это коробило, оставляло неприятный осадок. И Ольга злилась: в конце концов, он всего лишь начальник охраны, какое ей дело до его настроений? Она взрослый человек со сложившейся жизнью – неужели же ее до сих пор волнуют какие-то давно похороненные детские мечты? Все еще важно заслужить внимание и одобрение надменного красавчика-мальчишки? Чушь какая то!
– Как вы здесь оказались? – хмуро бросила она. – Следили за мной?
– Почему вы уехали одна? – вопросом на вопрос ответил он. – Вы же знаете, это опасно. Если Миша согласен, чтобы вы продолжали заниматься клубом, мне придется объяснить ему, что бизнес подождет…
– Давайте, объясните ему! – сердито перебила Ольга. – Он с огромным удовольствием запрет меня дома, а клуб продаст с концами. Он только об этом и мечтает.
Она тут же одернула себя – не нужно было обсуждать свои отношения с мужем с посторонним. Но Руслан уже успел сделать какие-то свои выводы, кивнул и сказал мягко:
– Я понял вас. И все-таки постарайтесь не делать так больше. Я устроил ребятам хорошую выволочку за то, что они вас проморгали.
– По-моему, вы преувеличиваете грозящую мне опасность, – поморщилась Ольга. – Убить хотят Мишу, моя жизнь никому на фиг не сдалась.
– Сдалась. Мише, – возразил он. – А значит, вас могут использовать как способ давления. Оля, поймите, я не хочу вас пугать, но… Если вас раздражают мои ребята, давайте я найду для вас личного телохранителя, чтобы он все время мог выезжать вместе с вами.
– Делайте как хотите, – со вздохом пожала плечами Ольга.
Ей хотелось сказать: «Я могу выезжать с вами!» – но она сдержалась. И тут же вздрогнула, ощутив, как теплая твердая ладонь осторожно придержала ее за предплечье.
– Я бы не рискнул сегодня снова садиться на эту лошадь, – мягко посоветовал он.
– А я рискну, – запальчиво отозвалась Ольга. – Животному нельзя давать спуска, иначе оно выйдет из-под контроля.
Она лихо взлетела в седло и направила коленом все еще раздраженно фыркавшую Гейшу в сторону клуба. И лишь через несколько мгновений обернулась. Солнце уже укатилось за горизонт, небо почти совсем потемнело, и в наступившей черноте фигура Руслана едва просматривалась. И сердце Ольги тревожно сжалось, будто почувствовав приближение скорой беды, стало тоскливо, и восторженное настроение исчезло.
– Руслан, – негромко окликнула она, – я забыла сказать вам спасибо. За то, что оказались рядом…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
