Милашка стояла, сложив руки на груди и изредка бросая на нас недобрые взгляды. Судя по тому, как нетерпеливо она притопывала ногой, сердитый монолог библиотекаря, чье имя мы сегодня узнали, ей изрядно надоел, но она молчала и лишь сдержанно кивала в ожидании, когда сможет вставить свое слово.
— Ты хотя бы нашла, что искала? — Кай заинтригованно приподняла брови. — Тот фолиант о ядах?
— Нашла, — недовольно отозвалась я.
— А почему так мрачно?
— Страницы кто-то срезал, — я показала Каэле палец с уже затянувшейся ранкой.
— Не может быть!
Я лишь вздохнула, промолчав. Каэла недоверчиво прищурилась.
— Но зачем кому-то… Ивеллиосу понадобилось это делать? Чтобы никто не догадался, что он задумал?
— Откуда же мне знать? Наверное.
Помолчав, Кай опасливо покосилась на дверь.
— Ты не боишься, что новость о том, как ты попалась с этой книгой, дойдет до него? Тогда он догадается, что ты что-то знаешь о его замыслах, и решит избавиться от тебя.
— Спасибо, Кай! — Я укоризненно уставилась на подругу. — Это не та поддержка, которой мне бы сейчас хотелось!
— Ну ладно тебе, — виновато протянула она. — Может, еще обойдется. Ведь не изверг же он, в самом деле.
— Действительно! Просто задумал кого-то отравить!
Кай цокнула языком и отвернулась, но руку с моей ноги не убрала, и я с благодарностью ощущала ее тепло. Целый кварт мы просидели молча, в ожидании того, что над нами вот-вот разразится гроза, но время шло, а, вместо грома, слышно было лишь встревоженные возражения прислужника и спокойный голос Одарии — единственные звуки, нарушавшие библиотечную тишину.
В том, что она все уладит с Вильмом, я не сомневалась. Но если Каэла была права, и весть о случившемся дойдет до старшего принца, что он со мной сделает? Я взяла в руки книгу, но поняла, что не могу прочесть ни строчки. Гелла при всем ее мастерстве переговоров не сможет защитить меня от королевской семьи. Может, будет лучше, если я сбегу? Но тогда Элрис останется совсем один.
Хшет! Я даже не узнала для него ничего об Итильдисах! Только зря попалась.
Внезапно у самого уха раздалось:
— Гляди, Милашка идет.
— Так, — выдохнула Одария, подойдя к нам. — Вильма я успокоила, но, Селена… Ради Альтеи, объясни, какого хшета ты там делала?
Пока я ждала окончания ее разговора с Вильмом, то успела придумать складную историю, которую теперь и собиралась поведать настороженной гелле.
Однако, гром, про который мы уже забыли, все-таки грянул, не дав мне раскрыть рта. Дверь в библиотеку распахнулась. В проеме сверкнули латы.
— Жрица Альтеи Селена здесь? Прошу пройти со мной.
Когда вошла в комнату, и стражник закрыл дверь за моей спиной, я сначала подумала, что попала в тайный библиотечный зал. В просторном помещении с огромными окнами повсюду лежали книги: они стояли плотными рядами на полках шкафов, стопками лежали на столе, у кровати и на полке камина. На стене висела гигантская карта мира, где жуткого вида чудовища обвивали заплатки континентов, а поверх них четкими линиями были нарисованы стрелки с мелкими пометками.
— Проходи, — прозвучал суровый голос из одного из кресел возле огня.
Ивеллиос сидел, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Морщинка на его лбу казалась очень глубокой, льдистый взгляд резал безжалостно.
— Добрый вечер, Ваше Высочество, — легко поклонилась и, выпрямившись, застыла на месте. — Зачем Вы меня позвали?
В воздухе пахло горящими в камине поленьями, старой бумагой и чем-то еще. Вином?
Глаза принца блестели странным блеском. По лицу блуждали тени.
— Подойди ближе.
Я послушно сделала еще несколько шагов и увидев, что лежит на столике возле его кресла, покачнулась, чувствуя, что ноги вот-вот откажутся меня держать. В мрачном скачущем свете золотистыми искорками вспыхивали нити легкого наряда, звездами мерцали украшения на шпильках. Вот и нашлись.
Довольный моей реакцией, Ивеллиос усмехнулся. Взяв стоявшую рядом бутылку, он подвинул к себе пустой бокал. Багровая жидкость с оглушительным плеском наполовину заполнила прозрачную чашу. После того как бутылка оказалась на столе, он взял оттуда же маленький пузырек с темно-синей субстанцией и на моих глазах, откупорив его, влил в бокал несколько капель.
Подвинув его ко мне, он сухо кивнул:
— Пей.
Глава 7. Танец признаний
Я отступила на шаг, покачав головой.
— Что Вы туда налили?
— Ты об этом? — принц с наигранным интересом качнул пузырек и посмотрел сквозь него на пламя. — Думаю, ты догадываешься.
— А если нет? — слова с трудом скатились с пересохших губ.
— Это неправильный ответ, — Ивеллиос поставил флакон на стол и, переплетя длинные пальцы на животе, хмуро уставился на меня.
В комнате стало очень тихо, лишь треск поленьев нарушал разлившееся между нами молчание.
— Пей! — В голосе принца послышалось раздражение.
К горлу подкатил комок, глаза защипало. Я ухватилась за спинку стоявшего рядом кресла и сжала пальцы так, что побелели костяшки. То, что я сейчас собиралась сделать, стоило мне всей моей храбрости. Словно со стороны, я услышала свой голос, показавшийся мне чужим:
— Не буду.
Принц вздернул брови и хмыкнул.
— Какая дерзкая. Неужели так страшно?
Я не ответила, лихорадочно обдумывая, что же мне делать. Бежать, драться или сделать то, что он хочет. Какой бы вариант я ни выбрала, каждый заканчивался для меня плохо. Потеряв терпение, Ивеллиос встал и, взяв бокал, пошел ко мне.
Я попятилась. Обострившиеся черты красивого лица; глаза, мерцающие ледяным светом; холод, расползшийся по комнате, — мне хотелось быть отсюда как можно дальше, но стена, издевательски упершаяся мне в лопатки, лишила последней надежды на хороший исход.
Ивеллиос приблизился ко мне почти вплотную, игнорируя мои выставленные перед собой руки. Между нами осталось несколько сантиметров, и легкие заполнил исходящий от него запах смородины и вина. Колено принца уперлось мне между ног, длинные тонкие пальцы обожгли щеки холодом, заставляя приоткрыть рот.
— Ну же, давай. Выпей.
Он поднес бокал к
