— Можно нам посоветоваться? — спросила женщина.
— Конечно, — улыбнулся Михаил.
* * *
— Можно нам посоветоваться?! — нарочито громко произнес Кларк, с недовольством поглядывая в окно. Тягач неторопливо ехал за шагающим впереди мужчиной. Никакого воодушевления его предложение не вызвало, однако и бурных протестов тоже. Только Кларк во всеуслышание объявил, что это очередная ловушка. Подобную возможность никто и не отрицал. Но, с другой стороны, — соваться в чужую страну, не зная ее законов и устоев, казалось неблагоразумным. В итоге решили деревню посетить, но на ночь остаться в машине.
Дорога к скромной обители оказалась недолгой. Вскоре деревья разошлись, открыв нетерпеливым взорам путешественников то самое поселение, за которым совсем недавно наблюдали Кэр и Йарика. Михаил замахал руками.
— Кэр, как называется чувство, когда понимаешь, что когда-то уже был в подобной ситуации?! — крикнул из кабины Гракх.
— Голову лечи! — бросил эрсати.
* * *
Тягач оставили у ворот, отогнав его немного в сторону, чтобы не закрывать проезд. Кто тут мог еще появиться — было неясно. Кларк с винтовкой в руках занял место на мачте. Марна, Абель и Свельса выбрались из отсека. Охрана на вышках оружия не подняла.
— Добро пожаловать в нашу обитель, — указывая на раскрывающиеся ворота, сказал Михаил. — Паства на работах, но вас встретит сам преподобный. В глазах Свельсы загорелся азартный огонь, она потянула Марну за рукав. Но та лишь дернула рукой.
— Скажите, а преподобный всех гостей встречает лично?
— И встречает, и провожает, — кивнул Михаил. — Возможно, вам будет сложно понять. Мы верим, что любое богоугодное дело следует начинать с благословения. Тогда и работа спорится, и дорога становится легче.
— И правда помогает? — спросила Свельса.
— Знаешь, дитя, когда-то была такая поговорка: «На бога надейся, а сам не плошай». Совершенно верная поговорка. Не стоит перекладывать свои заботы на Божьи плечи. Но, неся его помощь и защиту в сердце, истинно верующий человек всегда найдет силы, никогда не отчается и не собьется с пути.
— Скажите, а как вы относитесь к… нелюдям? — спросила Марна. — Мы слышали, в Земле Обетованной их не очень жалуют. Не хотелось бы вам создавать неудобств.
— Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы. И какою верою мерите, такою и вам будут мерить. Мы рады всем приходящим. Верим, что истинная вера и человеколюбие найдут отклик в каждом сердце. И не важно, в чьей груди оно бьется.
— Очень приятно это слышать, — Марна улыбнулась. Свельса снова потянула ее за рукав.
— Простите, у нас есть особенно нетерпеливые, — Марна чувствовала себя очень неловко. — Хотят поближе осмотреть вашу деревню. Это возможно?
— Разумеется, я сам все покажу. А к вам выйдет настоятель нашего храма — преподобный Антоний.
— Я думала — вы здесь главный… ну, по духовным вопросам.
— Что вы, — Михаил снисходительно улыбнулся. — Я всего лишь смиренный ученик, встречающий проезжающих путников и помогающий вести службу.
— А много здесь путников проезжает?
— Бывают, — снова та же улыбка. — Но об этом вам лучше расскажет сам преподобный.
* * *
Йарика со скучающим выражением лица плелась за почти неумолкающими женщинами.
Они наперебой сыпали вопросами, завороженно внимали каждому слову Михаила. А тот размеренно, словно учитель, рассказывал о жизненном укладе деревни, истории ее жителей, целях и прочей, с точки зрения шиверы, ерунде. Подумать только — эти клуши всерьез думают, что где-то здесь может начинаться какая-то новая земля. Обетованная земля! Шивера скривилась. Она бы с удовольствием оставила безмозглых куриц в этой дыре. Интересно, как они закудахчут через недельку, когда снимут свои пусть изношенные, но теплые одежды и нарядятся в мешковину?
— Скажите, а у вас лучше, чем в Фениксе? — спросила одна из женщин. Шивера не помнила, как ее звали. С острым лицом, тонкими губами и бегающими глазами — она производила впечатление сплетницы.
— Да, знаете, мы ищем этот город. Говорят, в нем до сих пор работают ученые, — поддержала другая. Эту звали Кассилия. Весьма приятная, даже с точки зрения Йарики. Разве что глуповата. Но чего ожидать от человека? А, тем более, женщины!
— Феникс? — переспросил Михаил. — Вы ничего не путаете? Женщины переглянулись.
— Не путаем, — сказала Свельса. — Вот она, — девушка кивнула на шиверу, — сопровождала их группу до Генка. Это на севере. Ой, там так страшно. А они не испугались…
— Продолжим ознакомление с деревней, — Йарика еле заметным тычком под ребра заставила Свельсу замолчать. Если глупость этой девки еще как-то можно объяснить ее молодостью, да и то относительной, то чем объяснить фанатичные взгляды остальных женщин? Шивера не знала. Основываясь только на слухах и услышанной от Михаила ахинее, они построили до небес идущие планы. Йарика только усмехалась, поражаясь людской наивности и глупости. А вот «длинные языки» женщин ей совсем не нравились.
Здешний уклад показался ей до невозможности скучным. Работа и молитвы, молитвы и работа. Свихнуться можно! Чего ожидать от людей, которые все свободное время либо вкалывают до потери пульса, либо стоят на коленях, бубня бессмысленные тексты? Оттого и походят на болезных да убогих. От Йарики не могло укрыться, какие взгляды бросают местные жители в ее сторону. В них было столько неприязни, столько непонимания, словно их грязь месил настоящий огнедышащий демон. Не могли же они никогда раньше не видеть шивер. Или могли? Тогда странная реакция понятна. Особенно глазеющим Йарика отвечала самой обаятельной своей улыбкой. Изнутри деревня не выглядела столь запущенной, как показалось с обрыва. Несомненно, поселение старое. Самолет производил впечатление старого металлолома, словно упал еще до войны. Он глубоко врос в землю, и, если бы не старания трудолюбивых послушников, или как они там назывались, металл давно бы прогнил и превратился в труху. Вся поверхность фюзеляжа была тщательно промазана каким-то желтоватым составом. Никаких следов ржавчины. На фоне покосившихся домишек он казался настоящей цитаделью — незыблемой и отстраненной. Вся остальная деревня не вызвала у шиверы никаких эмоций. Ей показалось, что все это хозяйство долгое время простояло пустым и лишь недавно вновь обрело жильцов. А вот поля преподнесли сюрприз. К ним Михаил вывел их в последнюю очередь, да и то по просьбе Свельсы, которая воочию захотела взглянуть на аграрные достижения деревни. Достижения повергли в шок…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
